Все рубрики
В Омске четверг, 21 Января
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 73,3550    € 89,1483

Дмитрий ЗВЕРЕВ, бывший начальник ПТО станции Комбинатская: "Мне очень хочется, чтобы ответственность понесли и те, кто спровоцировал меня на взятку".

16 января 2013 12:15
0
1850

— Хотя пресса перестала быть властительницей дум, но ее по-прежнему справедливо называют четвертой властью. Вот поэтому я и решил на страницах «Коммерческих вестей» рассказать об обрушившейся на меня беде. Возможно, моя история послужит кому-то уроком и позволит сделать правильный выбор в подобной ситуации.
Меня обвиняют в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30 и пунктом «б» части 4 статьи 291 УК РФ, а именно – в даче взятки должностному лицу. Я не отказываюсь от того, что пытался дать взятку майору полиции ИВАНОВУ, но меня вынудили пойти на это сотрудники полиции. Однако совершенно не согласен с тем, что меня пытаются представить матерым взяточником, пытавшимся искусить «ангелоподобных» сотрудников Омского ЛУ МВД России.
Все началось с того, что в ходе проверки, проводимой сотрудниками ОЭБиПК Омского ЛУ МВД на транспорте, по факту вывоза со станции Комбинатская 503 подвесок башмака на территорию завода подъемных машин меня объявили стрелочником. Чем могла обернуться эта проверка для меня лично, сложно сказать, во всяком случае никакой материальной выгоды от этого вывоза железнодорожных деталей я не получил. Однако проводившие проверку сотрудники полиции и их непосредственный руководитель — начальник ОЭБиПК ИВАНОВ — начали грозить мне наступлением весьма неблагоприятных последствий для меня лично, оказывали психологическое давление.
Как я заявил следователю, это зафиксировано в уголовном деле, и указал в жалобе и ходатайстве, пугая меня возможным суровым наказанием, тот же ИВАНОВ предложил за прекращение проведения доследственной проверки и принятие решения об отказе в возбуждении уголовного дела заплатить 400 тысяч рублей. Почему страж порядка потребовал именно такую сумму, понять довольно сложно. Возможно, хотел получить своеобразный процент от стоимости вывезенных железнодорожных деталей. Только вот я нисколько за них не получил, поэтому такая сумма для меня была непомерной. Далее уже речь шла о 300 тысяч рублей, которых у меня тоже не было, пришлось занимать у знакомых и родственников. Прямо из служебного кабинета ИВАНОВА я созванивался с БОГАТОВЫМ, ПАРАДЕЕВЫМ, МАЛЮНИНЫМ, МАКСИМЕНКОВЫМ, ЕЛИСЕЕВЫМ, БАЛЬЖАНОВЫМ, КУЗИНЫМ, ПЕТРУСЬ, своими матерью и женой, объяснил им, что с меня требуют деньги за невозбуждение уголовного дела, причем вся сумма нужна уже вечером.
Как оказалось впоследствии, мой сотовый телефон прослушивался по решению суда, однако стенограмма моих переговоров об одолжении денег в материалах уголовного дела почему-то отсутствует. Прямо в кабинете ИВАНОВА его ручкой я записывал на листе бумаги, сколько у кого могу занять денег. А вечером того же дня той же ручкой я писал объяснение о даче взятки ИВАНОВУ. Однако следствие так и не провело химическую экспертизу, выполнены ли мои записи и объяснение одними или разными чернилами, несмотря на мое ходатайство. И вообще хорош взяточник, который одалживает всю сумму у знакомых, потому что своих денег нет.
Когда в материалах уголовного дела, возбужденного в отношении меня по факту дачи взятки в особо крупных размерах, читаешь часть о проведенных оперативно-розыскных мероприятиях, возникает ощущение пародии на плохой детектив. Как указано в моей жалобе прокурору Западно-Сибирской прокуратуры на транспорте ФЕОКТИСТОВУ, днем ИВАНОВ потребовал, чтобы деньги я передал ему именно вечером, а в 19.45 написал рапорт руководству о факте предложения ему взятки. После чего оперуполномоченный Иван СТАДНИКОВ обращается с рапортом о проведении оперативного эксперимента. При этом ИВАНОВ в своем рапорте сумму взятки не указывает, а СТАДНИКОВ почему-то указывает точную сумму, которая ему непонятно откуда известна.
После написания рапорта СТАДНИКОВ сверхоперативно, в течение 15 минут, утверждает у руководства постановление о проведении «оперативного эксперимента и его план, на остановке общественного транспорта «Железнодорожный вокзал» находит двух якобы незнакомых ему граждан ЛАБАЗАНОВА и ГРЕКОВА, которые соглашаются быть понятыми. А в 20.00 СТАДНИКОВ уже проводит личный досмотр ИВАНОВА и осмотр его кабинета. Возникает резонное подозрение, то ли он воистину «Фигаро — здесь, Фигаро – там», то ли данные о проведении оперативно-розыскных мероприятий попросту сфальцифицированы. Кроме того, впоследствии выяснилось, что СТАДНИКОВ и ЛАБАЗАНОВ являются давними друзьями в социальной сети «В Контакте», поэтому, если и не были знакомы лично, то, как минимум, виртуально.
В материалах уголовного дела фигурирует стенограмма моей встречи с ИВАНОВЫМ, в ходе которой я передал ему 300 тысяч рублей, из которой явно следует, что эта встреча у нас далеко не первая. Но про другие наши встречи в деле даже не упоминается. Я ходатайствовал о проведении филолого-лингвистической экспертизы этой стенограммы, но следствие почему-то не сочло нужным ее проводить – мол, и без того все ясно. А вот согласно исследованию стенограммы, проведенному ООО «Бюро судебной экспертизы»,«лингвистический анализ позволяет категорично утверждать, что между ИВАНОВЫМ и ЗВЕРЕВЫМ ранее была другая встреча, на которой стороны договорились о передаче денежных средств».
26 июля 2012 года в отношении меня было возбуждено уголовное дело № 12137. Однако в ходе проведения следствия по этому делу следователи МАТВИЕНКО, САФАРОВ, СЕРГЕЕВ и КОВАЛЕВ почему-то совершенно не изучали обстоятельства, предшествовавшие передаче мной ИВАНОВУ так называемого денежного вознаграждения в качестве взятки. Мои заявления о том, что ИВАНОВ фактически вымогал у меня взятку, следствием полностью игнорировались и не проверялись. Мое ходатайство заместителю руководителя Омского следственного отдела Западно-Сибирского следственного управления на транспорте КОВАЛЕВУ и жалоба прокурору Западно-Сибирской прокуратуры на транспорте ФЕОКТИСТОВУ не возымели никакого действия. КОВАЛЕВ даже издал постановление о полном отказе в удовлетворении ходатайства.
Мне совершенно непонятно, почему было отказано в проведении экспертиз, очных ставок и проверке на полиграфе, потому что, по мнению КОВАЛЕВА, «виновность ЗВЕРЕВА в инкриминируемом ему преступлении полностью доказана собранными по делу доказательствами». А тот факт, что понятой ЛАБАЗАНОВ и оперуполномоченный СТАДНИКОВ являются друзьями в сети «В контакте», по версии КОВАЛЕВА, «в соответствии со статьей 17 ФЗ РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» не является препятствием для привлечения граждан к подготовке или проведению оперативно-розыскных мероприятий». У меня сложилось впечатление, что в отношении меня действует презумпция виновности, а в отношении сотрудников полиции, справоцировавших меня на взятку, — полной невиновности.
Из-за того что смалодушничал и пошел на поводу полицейских, справоцировавших, как я считаю,меня на взятку, я уже жестоко наказан. После возбуждения уголовного дела потерял любимую работу, а моя беременная жена, переволновавшаяся за меня, потеряла будущего ребенка. Я собираюсь обратиться с жалобой к генеральному прокурору России и надеюсь, что все обстоятельства моего дела будут внимательно рассмотрены. По собственной глупости я оказался взяткодателем, но мне очень хочется, чтобы ответственность понесли и те, кто справоцировалменя на взятку.

 

Комментарии через Фейсбук

Комментариев нет.

Ваш комментарий




Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.