Валерий РОЩУПКИН, мэр города Омска с 1994-го по 2000 год:«Под каждыми деньгами стоит очередь из регионов. Все ножками сучат, ручками машут, пытаются попасть в эту очередь как могут сверху, сбоку, снизу»

Дата публикации: 04 июня 2013

Побывавший 21 марта на «кухонных посиделках» в редакции «Коммерческих вестей» экс-мэр города Омска и первый руководитель Федерального агентства лесного хозяйства Валерий РОЩУПКИН, чей рейтинг доверия у омичей и сегодня остается высоким, объяснил причины, из-за которых он не был в Омске 13 лет, ответил на вопросы творческого коллектива газеты и рассказал о своих впечатлениях от встреч с руководством города и области. Как подчеркивает Валерий РОЩУПКИН, цель его визита в Омск связана не с политикой, а исключительно с бизнесом. С 2008 года по настоящее время Валерий РОЩУПКИН совмещает должности директора компании «Mидвей Юнайтед ЛТД», генерального директора OOO «ГК «Русский биоуголь», старшего вице-президента ГК «Регион», заместителя председателя совета директоров ГК «Инвест-Центр», президента «Национального Лесного Агентства», председателя совета директоров холдинга Russia Wood Pellets, и он уверен, что найдет точки соприкосновения интересов с администрацией Омска и правительством Омской области.

— Валерий Павлович, что именно вы обсуждали с губернатором Виктором НАЗАРОВЫМ?

— Была совершенно рабочая встреча. Мы обсуждали, чем могут быть полезными наши отношения для Омской области, для экономики, для будущих больших и маленьких дел. У нас есть одно большое преимущество — мы имеем очень хорошие контакты и отношения не только с органами власти, но и с серьезным большим бизнесом. Он присутствует и в наших производственных делах, и просто находится рядом — это наши партнеры. Поэтому мы обсуждали многие темы — энергетические проблемы, природоохранные, вопросы использования лесных ресурсов, биоэнергетики, использование невостребованных сельскохозяйственных земель и другие широкие вопросы, вплоть до жилищных проблем. Договорились, что к обсуждению ряда вопросов вернемся позже, чтобы рассмотреть их более детально. Возможно, к осени выйдем на какую-то конкретику.

— В смысле, будут приняты решения об инвестициях в Омскую область?

— Понимаете, мы же не собес. Мы не работаем для того, чтобы кого-то поддержать. Мы занимаемся конкретным делом, которое должно давать финансовый результат. С этой позиции мы изучаем все. И у нас есть возможность сравнивать. Вот мы сейчас строим, например, кластер в Красноярском крае, где выкупили имущественный комплекс бывшего Красноярского завода автомобильных и тракторных прицепов в городе Сосновоборске. Поставили там вместе с американцами крупнейший в России и Европе фанерный комбинат, сейчас вместе с итальянцами ставим плитное производство, с казахами сделаем производство ДСП, там же открываем линию домостроения на миллион квадратных метров жилья, там же будет энергетика.

Бизнес и инвестиции — это, конечно, правильно. Если РОЩУПКИН, ПЕТРОВ или КОЗЛОВ что-то построят, это будет хорошо. Но что греха таить, все основные деньги, то есть 90% всех средств России, сосредоточены сегодня в федеральном центре. И все они распределены по федеральным программам. Под каждой строчкой стоят деньги, под каждыми деньгами стоит очередь из регионов. Все ножками сучат, ручками машут, пытаются попасть в эту очередь как могут — сверху, сбоку, снизу, кто с чемоданом, кто с подарком, кто с барашком в бумажке. Все идут туда. И в каждой фитюльке – водное хозяйство, лесное ли, энергетическое, промышленное – везде в этих программах стоят деньги. Это серьезная, большая работа, которая в Омской области не выстроена, к сожалению. Нужно потратить годы, чтобы пройти по этой бюрократической процедуре всю цепочку.

Те регионы, которые озаботились вовремя, — они уже давно чувствуют себя иначе. Губернатор это хорошо чувствует. И в этой части, я не скрываю, мы тоже можем быть полезны городу и области. В нашем кругу общения есть не только люди бизнеса, но и большие политические фигуры верхнего этажа. Мы можем поддержать, помочь, подсказать, протолкнуть, может быть даже кого-то локтями отпихнуть. Вот это было темой нашего разговора №1. Сейчас нужно наверстывать потерянное время, проводить артподготовку. Как минимум, года полтора потратить, чтобы создать систему, которая позволит притащить деньги в Омскую область.. Нужно участвовать во всех бюджетных процессах. Это чиновничья задача. Она не публичная. Но если удастся ее выполнить, вы сразу почувствуете изменения.

— По вашей логике получается, что реальных улучшений омичи не увидят еще полтора-два года...

— О быстром результате и не мечтайте. Быстро можно только украсть или разрушить. Все остальное — это результат длительного труда. Для Омской области нет такого универсального рецепта, чтобы построить что-то одно и жизнь сразу наладится. Тут поможет только комплексность. Нужно все собирать по крупицам.

Мне нравится, что сегодня в Омской области не раздувается противостояние между городом и областью. На эту никому не нужную борьбу и так было потеряно слишком много времени. Я не говорю, что я был прав, а другие не правы. Я говорю, что два первых лица, безусловно, должны были сделать какие-то шаги, чтобы этого не допустить. Несмотря на все объективные и субъективные факторы, нужно было найти другую линию поведения. В этом и была бы мудрость первых лиц.

— Другую линию поведения в ситуации противостояния с губернатором Леонидом ПОЛЕЖАЕВЫМ не удалось найти не только вам, но и Евгению БЕЛОВУ, и Виктору ШРЕЙДЕРУ. Может быть, и невозможно было ее найти?

— Теоретически возможно все. Даже когда загоняют в угол, как говорится. Надо было думать, как выйти из этого угла, а мы пошли в бой.

— Наверняка у вас осталось ощущение, что вы что-то недоделали на посту мэра. Что именно?

— Очень много недоделал. Я же был романтиком местного самоуправления, стоял у его истоков, как президент Союза российских городов и член президентского совета. Эту линию я и понимал, и поддерживал. Да, она порождает людей, которыми трудно управлять по командному принципу. С такими людьми сложно работать. Но они и дают потом результат. Вы помните, я думаю, как мы создавали горсовет? Многие положения, которые сегодня действуют в местном самоуправлении, мы вырабатывали на общественных началах, проявляли инициативу. Жаль, что реальное местное самоуправление мы в России кончили. Вместо него сегодня административная система. А местное самоуправление должно обладать собственной налоговой базой, должно понимать, что бизнес на территории — это его кормовая база. Сейчас муниципальная власть от этих средств не зависит.

И построить мне, конечно, хотелось больше. Хотелось реализовать проект метрополитена, чтобы в Омске было рабочее, реальное такое метро. Хотелось увидеть другой облик города с точки зрения архитектуры. У меня была мечта, чтобы Омск имел свое лицо. Не общесоветское, не общероссийское, а свое. Идей было столько, если честно, что голова пухла. Но это и хорошо. У нас была очень интересная команда. Все люди были разные, в рот не заглядывали, имели свое мнение, не всегда совпадающее с моим.

— Ну а ваши впечатления от нашего нового губернатора и его команды?

— Скажу прямо: я очень доволен тем, что происходит обновление менеджмента Омской области и города Омска. Конечно, мы нередко желаем, чтобы там появился человек с другим цветом волос, и костюм у него был бы в полосочку и брючки другие, но уже само обновление – положительный фактор. Потому что в Омской области слишком долго засиделись. Я на собственном опыте знаю, что спустя некоторое время начинаешь работать на автопилоте. Становишься мудрым, все начинают под тебя подстраиваться, потом понимаешь, что ты самый мудрый и с каждым днем считаешь себя все мудрее и мудрее. И уже никто с тобой не спорит, со всем соглашаются, потому что спорить с самым мудрым бесперспективно. Два срока – и до свидания.

Если говорить о губернаторе, то Виктора Ивановича я знал и раньше. Еще до того, как он стал заниматься газовым хозяйством. У меня очень хорошее о нем мнение было и по прошлым делам. Он исключительно порядочный человек. Аккуратный, осторожный, мыслящий. Хотя все хотят, может быть, по привычке видеть более резкого и авторитарного человека. И я скажу, он не только присматривается, он умеет считать. И это видно. У него есть самый главный потенциал — внутренняя порядочность. Он не бросит Омскую область, не совершит никаких гадких поступков, у него колоссальное желание работать. Но ему нужно, конечно, помочь.

Многие, видимо, по привычке хотели бы видеть в этой должности человека более авторитарного. Да, громких заявлений губернатор не делает, не машет шашкой, не показывает свою крутость. Он в душе крутой. А внешне — очень воспитанный и культурный человек. Я думаю, если ему дадут возможность и время встать на ноги, из него родится весомый и серьезный руководитель, о котором жители Омской области будут потом долго вспоминать.

— Вы много лет отработали федеральным чиновником, много поездили по регионам России, да и сейчас ваши бизнес-интересы весьма обширны. Хотелось бы узнать ваше сегодняшнее отношение к федеральной власти, к президенту. В обществе сейчас разные мнения на этот счет...

— Провокационный вопрос, но все же попытаюсь на него ответить. Как человек, я доволен тем, что закончился тот, мягко скажем, беспорядок с точки зрения самостийности губернаторов, который был в 90-х. Хотя плохо, конечно, что у нас не бывает без перегибов — если мы продавливаем, то продавливаем всех чуть ли не до низу. Эти олигархи, мне рассказывали очевидцы, как собирались эти ребята и тут же решали, кто будет министром. Командовали этим парадом как хотели. Этого теперь нет. Но мне не нравится, как развиваются события в экономике. Безобразно развиваются. Мне не нравится, что сегодня нет людей, которые хотят заниматься рабочей экономикой. Мочить в сортире есть, выстраивать отношения стихийные, аварийные – есть. А экономика это такой труд: снимай пиджачок, бери карандаш, думай, решай. Это совсем другой подход. Поэтому у нас ничего такого практически не получается. Смотрите как на Западе. Если мы взяли в штате Джорджиа с партерами завод и за два года его поставили – и все работает. А здесь в России четвертый год – медленным шагом, робким зигзагом ползем. То есть в экономике мне подходы не нравятся – я этого не скрываю. Мне бы хотелось бы чтобы здесь было больше динамики, больше настоящего интереса. Очень много, как мне кажется, появилось непрофессиональных людей, и они себя чувствуют хорошо – поработал, порешал, в том числе и для себя любимого, перешел еще куда-то – это очень не нравится. Так нельзя. У нас в коллективе есть и форббсовские товарищи, несколько человек, которые обладают достаточными средствами, и они с удовольствие вкладывают в Уругвай, Аргентину и с большим напряжением рассматривают инвестиции в Россию. Хотя они все патриоты, грамотнейшие люди, закончили физтехи, атомщики, это не нувориши, сделали сами себя, но их потенциал просто не востребован. Разговоры есть: инновации, индустриализация – тошно даже бывает от сплошных разговоров, но нужны-то действия. А у нас все держится на трубе. На высоких ценах на нефтепродукты. И это меня пугает.

— Вы целых 13 лет не были в Омске. Почему?

— Так уж получилось. Работы было много. Строил, природу спасал, лесом занимался: Владивосток, Сахалин, Ленск… Сейчас вот бизнесом занимаюсь. И с мэром, и с губернатором мы в Москве встречались, конечно, а поездка в Омск как-то не складывалась. А сейчас вот все сошлось.

— Город-то узнали?

— Я его пока и не видел толком. Вечером собираюсь поездить, посмотреть. Я не спешу с критикой. Наличие благоустройство, как вы знаете, всегда незаметно, а отсутствие его — мучительно. В благоустройства нужно вкладывать деньги каждый день, каждый час. А для этого нужно иметь эти деньги.

— Есть люди, с которыми вы не общались с тех пор, как уехали из Омска?

— Вам фамилии назвать?

— Нет, можно и без фамилий.

— Уже после того, как я уехал из Омска, мне в руки случайно попала папка, где были документы из региона, поступавшие в администрацию президента и которым по разным причинам не дали ход. И там увидел несколько доносов от людей, на которых никогда бы не подумал и считал их порядочными. И это для меня было нехорошим открытием, честно говоря. И когда от этих людей потом поступали звонки или они передавали приветы, я уже стараюсь с ними не общаться.

— В конце прошлой осени в представительстве Омской области в Москве, как нам здесь же «на кухне» рассказывал губернатор, впервые состоялась историческая встреча обоих омских землячеств. А никакой официальной информации об этом на сайтах землячеств нет. Так была она или нет?

— Была. Встреча была связана с объединением каких-то позиций. Создали сейчас общий совет старейшин. Общий попечительский совет. Выработали совместный план действий.

— Кто возглавляет этот совет старейшин?

— Старики (смеется). Один из них перед вами сидит. В этом совете порядка 14 человек.
— Сергей Николаевич тоже входит в совет?
— Нет, ни БАБУРИН, ни КОЗЛОВСКАЯ – руководители обоих землячеств в совет старейшин не входят.

— Как вам, кстати, удается поддерживать себя в такой хорошей форме?

— Встаю пораньше, в 6.30 утра, совершаю пробежку до бассейна, разминаюсь, проплываю два километра, а потом еду на работу. И так каждый день. Включая выходные. Если, конечно, не уезжаю в командировку. С парашютом я уже давно не прыгал. Последний раз – 98-й по счету мой прыжок — лет шесть назад прыгал с внуком. Ему тогда было 14 лет. Привез его из Женевы. У меня зять француз, они все там живут, в Женеве,и дочь, и зять, и внук.



© 2001—2013 ООО ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ «КВ».
http://kvnews.ru/gazeta/2013/03/11/215068