Юрий БЕРЕСТНИКОВ: «Основные наши договоренности с ШИШОВЫМ были устными. В тексте договора купли-продажи авиакомпании «Иртыш» их нет»

Дата публикации: 22 января 2014

На минувшей неделе, 16 января 2014 года, Первомайский районный суд Омска отказал в иске московскому предпринимателю Юрию БЕРЕСТНИКОВУ, добивавшемуся расторжения сделки с НПО «Мостовик» по приобретению 70% долей в ООО «Авиакомпания «Иртыш». Договор купли-продажи долей был подписан в сентябре 2011 года, а в ноябре того же года Росавиация аннулировала у авиакомпании сертификат эксплуатанта, из-за чего арендованные самолеты не выполнили ни одного рейса. Теперь совладелец «Иртыша» настаивает на том, что ему был продан перевозчик с неудовлетворительными финансовыми показателями. А юристы НПО «Мостовик» считают, что Юрий БЕРЕСТНИКОВ сам виноват, поскольку видел, что покупал. После завершения судебного разбирательства в первой инстанции обозреватель «КВ» Николай ГОРНОВ пообщался с Юрием БЕРЕСТНИКОВЫМ и расспросил о том, почему масштабные планы по созданию регионального перевозчика так ничем и не завершились. 

– Юрий Геннадьевич, если судить по вашему иску к НПО «Мостовик», вы считаете, что вас ввели в заблуждение

– Не совсем так. Давайте я расскажу, как было. С самого начала. С того момента, когда в августе 2011 года от «Мостовика» мне поступило предложение купить авиакомпанию «Иртыш». В то время у красноярской авиакомпании «Континент» был отозван сертификат эксплуатанта, и главный учредитель «Континента» с согласия главы Росавиации пригласил меня в качестве кризисного управляющего. Я планировал найти компанию, у которой был бы действующий сертификат эксплуатанта, передать ей в аренду самолеты Ту-154м, которые были в авиакомпании «Континент», трудоустроить экипажи, а из арендных денег гасить постепенно долги по заработной плате. В этот момент мне и поступило предложение от «Мостовика».

– Вы вели переговоры с генеральным директором «Мостовика»?

– Да, я прилетал в Омск, встречался с Олегом ШИШОВЫМ, он произвел на меня положительное впечатление, и мы сразу договорились о цене продажи, равной уставному капиталу. В тот же день подписали и протокол о намерениях. 70% долей покупал я, а 30% – мои партнеры из банка. На авиакомпании, по словам ШИШОВА, были и активы, и долги, но с долгами он обещал рассчитаться, а активы планировал вывести. Я, собственно, не возражал. Активы мне и не были нужны. Мне нужен был сертификат эксплуатанта. А поскольку срок его действия истекал в октябре 2011 года, мы договорились с ШИШОВЫМ, что он сначала продлит сертификат, а потом мы подпишем договор купли-продажи. 

Как только ударили по рукам я сразу занялся «введением» самолетов в компанию «Иртыш». В качестве гендиректора «Континента» я подписал договор на аренду пяти воздушных судов Ту-154М. На каждый «вводимый» самолет нужно было три экипажа, каждый экипаж – десять человек, воздушные суда нужно содержать в технически пригодном состоянии, сертифицировать, кроме того, нужны были договоры на стоянку и обслуживание со всеми аэропортами, куда они будут летать. В общем, дел было много, тем не менее к середине сентября три самолета были уже «введены», штат авиакомпании составлял 100 человек, мы даже договаривались о выполнении первых чартерных рейсов. Оставалось принять комиссию из Росавиации, подписать последние акты. И я согласился с предложением «Мостовика», чтобы оформить договор купли-продажи до продления сертификата. 

– Лично от ШИШОВА вам поступило такое предложение? 

– Лично от Олега Владимировича, никаких посредников между нами не было. Мы договаривались, что я внесу аванс в размере 15 млн рублей, а полностью рассчитаюсь через год. Я даже не вчитывался особо в текст, который готовили юристы «Мостовика», просмотрел только основные моменты. Единственное, когда мы сидели втроем с ШИШОВЫМ и его главным юристом СТЕРЛЯГОВЫМ, перед подписанием договора я все же поинтересовался: а если, говорю, вы не сможете продлить сертификат? Но ШИШОВ меня заверил, что такого просто не может быть. Ну а если даже вдруг произойдет, то он вернет мне деньги. 

О том, что в авиакомпании «Иртыш» в сентябре работала комиссия и проверяла финансово-хозяйственную деятельность за первое полугодие, я узнал уже потом, когда получил акт инспекционной проверки с выявленными нарушениями федеральных авиационных правил. Порядка семи нарушений было. А тогда под Ярославлем, если помните, упал Як-42, в результате авиакатастрофы погибли игроки хоккейного клуба «Локомотив». В общем, Росавиация молчит. Время идет. Нас футболят по кабинетам. И я начинаю понимать, что у нас возникли проблемы. А к тому времени три самолета уже стояли, готовые к вылету. Два во Внуково и один в Сочи. 

– «Мостовик» помогал вам в борьбе за сертификат эксплуатанта?

– Пытался помочь, но ШИШОВУ тоже не удалось ничего сделать. 

– Какие-то активы имелись в ООО «Авиакомпания «Иртыш» на момент его покупки-продажи?

– Нет, все движимое и недвижимое имущество к тому времени ШИШОВ вывел из компании. Была только «газель», офисное имущество – столы, компьютеры, и еще был миллион рублей на счету, который ШИШОВ оставил мне, как он сказал, в качестве подарка. Я его за это поблагодарил и почти сразу направил эти деньги на зарплату работникам. 

– То есть вы покупали не имущество, а только сертификат эксплуатанта?

– Именно сертификат. С имуществом у компании была бы другая цена. Но в тексте договора купли-продажи этого нет, естественно, что я покупал только сертификат.

– А что случилось потом с теми самолетами, которые стояли во Внуково и в Сочи?

– Я пытался сдать их в субаренду. Мы подписали договор субаренды с компанией «Дагестанские авиалинии», один самолет был готов уже взлетать, но компания «Ютэйр» плохо застопорила свой «боинг», и тот разбил крылом нос Ту-154М. Этот самолет взяли на восстановление, я начал готовить второй самолет, чтобы не подвести «Дагестанские авиалинии», но 15 декабря 2011 года у «Дагестанских авиалиний» был аннулирован сертификат эксплуатанта. И оба Ту-154М до сих пор стоят во Внуково. Собственно, все пять Ту-154М, которые принадлежат «Континенту», сегодня стали фактически металлоломом. 

– Помнится, в 2012 году вы планировали заняться региональными перевозками на чешских самолетах Л-410...

– Были планы. Была даже договоренность с владельцами завода, который производит Л-410, о приобретении 10 новых самолетов. Я ездил в Чехию, смотрел завод, мы подготовили бизнес-план для Чешского экспортного банка, который согласился профинансировать контракт, и даже успел договор подписать в конце марта 2012 года, но в этот момент омская транспортная прокуратура добивалась через суд моего отстранения от управления авиакомпанией «Иртыш» по причине долгов по заработной плате. Естественно, у чешской стороны сразу возникли вопросы. Не экономические. Экономика всех устраивала. Их смутили публикации в СМИ.

– Какие публикации?

– Про то, как министерство промышленной политики Омской области собиралось и решило, что нужно обязать руководителя авиакомпании «Иртыш» взять кредит и выдать всем зарплату. Понятно, что служба безопасности банка не могла это пропустить. И тему покупки Л-410 мне пришлось закрыть. 

– Сейчас ООО «Авиакомпания «Иртыш» как-то используется? Какие у вас планы на это юрлицо? Помнится, в конце 2012 года омские налоговики хотели его обанкротить, но арбитражный суд им отказал...

– В настоящее время ООО «Авиакомпания «Иртыш» существует только на бумаге. Восстановить компанию можно. Если произойдет какое-нибудь чудо и мне предложат заняться региональной авиацией, я так и сделаю. Сейчас компания заморожена, там нет даже руководителя. С тех пор как суд отстранил меня от управления, я о ней вспомнил впервые только в июле 2013 года, получив письмо из Омска. Как оказалось, «Мостовик» еще в декабре 2012 года через суд взыскал с меня долг в размере 35 млн рублей по договору купли-продажи, еще 7 млн рублей взыскал в виде штрафа, а потом переуступил всю эту сумму какой-то другой компании. Я даже не знал, по правде говоря, что такой судебный процесс состоялся и что решение выносилось. 

– Позвонили ШИШОВУ, когда узнали о долге? 

– Естественно, я сразу позвонил ШИШОВУ. Спрашиваю: Олег Владимирович, что я у вас такого взял, чего не могу вернуть? Деньги я у вас не занимал, активы никакие не брал. Фактически избавил вас от проблемного актива, взял на себя всю неприятную политическую составляющую. 

– И что он вам ответил?

– Сказал, что был не в курсе, и пообещал разобраться. И до сих пор, похоже, разбирается.

– Сколько денег вы потеряли на этом проекте, который так и не заработал? 

– 15 млн рублей – аванс «Мостовику». Еще 10 млн рублей ушли на сертификацию самолетов. Ну и на содержание авиакомпании, включая командировочные расходы и судебные издержки, я потратил примерно 3,5 млн рублей. В целом свои потери я оцениваю в 28,5 млн рублей. Понятно, что это были мои риски, которые я нес как предприниматель. Возможность отзыва сертификата – это тоже предпринимательский риск. Вопрос здесь в другом в добром имени. Я сделал все возможное. В принципе и ШИШОВ сделал все возможное. Осенью 2011 года, когда авиакомпания «Иртыш» лишилась сертификата, Росавиация отозвала сертификаты еще у 36 авиакомпаний. Нам с «Мостовиком» надо было просто разойтись, не предъявляя друг другу претензий. 

– Сторонние юристы считают, что ваши шансы на судебное расторжение договора купли-продажи не очень велики. Будете обжаловать решение первой инстанции? 

– Я изначально понимал, что судебная перспектива не очень хорошая. Основные наши договоренности с ШИШОВЫМ были устными, в текст договора они не вносились. А на заседания суда от «Мостовика» все время приходили разные юристы. Они даже не знают, о чем речь идет. Надеюсь, что ШИШОВ все же остановит весь этот бред, который он сам тоже считает бредом. Правда на моей стороне. 

– Как-то года полтора назад вы сказали мне в телефонном разговоре, что в Омской области работать невозможно, здесь плохо инвесторов принимают...

– Это была чисто эмоциональная реакция. На самом деле я не думаю, что кто-то в Омской области мне специально палки в колеса вставлял. Просто так получилось, что у авиакомпании сразу после покупки аннулировали сертификат эксплуатанта, что было недопонимание с налоговыми органами, с прокуратурой, с областными властями. Все против меня. Хотя я не какой-то пришлый москвич, я родом из Барнаула.

– На ваш взгляд, региональные авиаперевозчики уже не появятся?

– В ближайшие годы не появятся, хотя Росавиация и правительство декларируют необходимость развития рынка региональных авиаперевозок. Региональные авиакомпании – они обречены работать на небольших оборотах и на грани рентабельности. Для такого бизнеса нужны предприниматели, которые не побоятся вкладывать свои деньги, зная о том, что они могут в любой момент их потерять.



© 2001—2013 ООО ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ «КВ».
http://kvnews.ru/gazeta/2014/yanvar/-2/67646