Все рубрики
В Омске понедельник, 20 Мая
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 64,6327    € 72,2464

Игорь СЕМАКИН, президент Ассоциации автошкол Омской области: «За счет неотвратимости наказания можно за два месяца сократить аварийность в три раза»

23 августа 2018 09:31
0
682

В начале августа во всем мире отмечают День светофора, а в Омске 2 августа прошла пресс-конференция «Навстречу безопасности» в рамках мероприятий федеральной целевой программы «Повышение безопасности дорожного движения на 2013-2020 годы». На нее был приглашен и глава Ассоциации автошкол Омской области Игорь СЕМАКИН. Обозреватель «КВ» Анастасия ИЛЬЧЕНКО поинтересовалась у него, как сегодня живут автошколы региона, и узнала экспресс-метод создания безаварийного движения в Омске.

– Игорь Александрович, что собой представляет Ассоциация автошкол Омской области?

– Наша общественная организация появилась на свет в 2011 году. Я руковожу ею последние три года. Сейчас у нас 12 членов. Они платят взносы, но поскольку затратной деятельности фактически нет, суммы небольшие. Работают три человека: президент, секретарь и бухгалтер. Я зарплату не получаю, работаю на добровольных началах.

Основная задача Ассоциации – обмен опытом, координация на мероприятиях, взаимодействие с органами ГИБДД, министерством образования. Какой-то активной деятельности у Ассоциации нет, потому что все члены вполне жизнеспособны и самостоятельны, но когда возникают пограничные вопросы, мы даже помогаем омскому подразделению ГИБДД разобраться в спорных ситуациях. Были случаи, когда писали в Москву, чтобы разъяснили те или иные положения о деятельности автошкол, о взаимодействии с полицией.

– Вы конкурируете с другими общественными объединениями автошкол?

– Сегодня наша Ассоциация в регионе единственная. Раньше была еще одна, но мне о ней уже давно ничего не известно.

–  Вы имеете в виду СМАРТ – федеральную систему автошкол России?

– Впервые о такой слышу, хотя часто бываю в разных городах. Я говорю об исчезнувшей несколько лет назад Ассоциации городских автошкол.

– Три-четыре года назад в работу автошкол вносились серьезные изменения. Это сплотило, помогло увеличить количество членов вашей Ассоциации?

– В 2010-2012 годах между автошколами было больше общности, не существовало такой жесткой конкуренции. Сейчас точек соприкосновения все меньше, и школы в основном самостоятельно взаимодействуют с ГИБДД и осуществляют свою деятельность. Поэтому в данный момент развития Ассоциации в плане количества членов нет, в том числе потому, что идет сокращение автошкол.

– Сколько сегодня автошкол в Омске?

– По моим данным, больше 30. При том, что пару лет назад их количество переваливало за 50. Совпало два фактора: в августе 2014 года приняли новые требования к учебно-материальной базе и всем автошколам пришлось пройти процедуру аккредитации в ГИБДД. Смогли это сделать не все, потому что требования стали жестче. Кроме того, в 2014 году начался так называемый финансовый кризис, и с тех пор идет постоянное снижение выпускников автошкол – до 30 процентов в год.

– А как подействовали эти факторы на оставшиеся автошколы?

– Те, которые быстро сориентировались и крепко стояли на ногах, наоборот, упрочили свои позиции. Конкретно в нашей школе – «Перекресток» – даже был рост порядка 30 процентов в год, т.е. мы и новые классы открыли, и новые категории. И подобная ситуация есть еще по нескольким автошколам. Произошло укрупнение бизнеса. Это сейчас стандартная ситуация во всех сферах – супермаркеты растут, маленькие магазинчики закрываются.

– Случается, количество клиентов увеличивается, а рентабельность становится меньше. В итоге снижается и доход. У вас ситуация похожая?

– Вы правы, такая ситуация имеет место. Рентабельность уменьшилась, потому что автошколы, которые не научились работать грамотно, ничего лучшего, чем демпинг, не придумали, соответственно, общая рыночная ситуация не очень положительная. Стоимость услуг не растет, а, по сути, падает. Если мы сегодня учим за те же деньги, что и в 2014 году, то легко понять, насколько снизилась рентабельность, ведь цена аренды и ГСМ растет постоянно.

 – Цена осталась 2014 года?! И какова сегодня средняя стоимость обучения?

– Вилка составляет от 14 до 30 тысяч рублей. Средняя цена — на уровне 18 — 20 тысяч.

– За 20 тысяч рублей можно получить качественные услуги?

– В большинстве случаев — нет. Основная статья экономии – это вождение: количество часов и качество. Чтобы сэкономить на оплате инструкторам, подбирается персонал, готовый работать за меньшие деньги. Квалифицированным инструкторам нужно платить достойную зарплату, отчислять налоги. В нынешней рыночной ситуации большинство автошкол этого сделать не могут.

–  Какая оплата труда у квалифицированного преподавателя автошколы?

– В среднем у инструктора – 25 — 35 тысяч. Но бывает, что им выплачивают по 13 тысяч рублей. О каком качестве в этом случае можно говорить?

–  Вы сказали, что минимальная цена обучения может составлять 14 тысяч рублей…

– Да, такие суммы фигурируют, но это на сто процентов не окончательная стоимость. Вариантов выкачивания денег из человека достаточно много. Проблема в том, что у нас (у автошкол) услуга фактически разовая. Человек идет учиться на права категории «В» всего один раз в жизни. И большинство автошкол живут за счет того, что заманивают низкой стоимостью, клиент отдает деньги, а потом начинаются поборы. Расстаться с тем, что уже заплатил, он не готов, плюс жалко потраченное время, поэтому соглашается на доплаты. В итоге вместо 13 тысяч может и 40 получиться. Как я уже сказал, для большинства школ, но у нас не так. Работаем на перспективу, и для нас выгодно заполучить клиентов на всю жизнь. В «Перекрестке» ассортимент услуг достаточно широкий: мы учим и мотоциклистов, и водителей легковых автомобилей, и перевозчиков опасных грузов, и обучаем английскому языку.

– Водителей?

– Всех. Мы недавно открыли это направление, у нас есть специалисты, лицензия.

– Откуда такое направление — это способ выжить?

– Нет, мы, к счастью, пока не выживаем. Это способ повысить рентабельность в целом. Сегодня наблюдаем, как к нам приводят детей, родственников, друзей и сами учатся по другим направлениям, т.е. те, например, кто обучился на водителей грузовиков, приходят на подготовку по перевозке опасных грузов.

– И все-таки что дает членство в Ассоциации?

– Есть ситуации, в которых автошкола не может самостоятельно обратиться в различные государственные органы или организации за ответом на интересующий ее вопрос, тогда мы делаем это от лица общественной организации. Что называется, один в поле не воин. Постоянно участвуем в мероприятиях, связанных с безопасностью дорожного движения, где автошколы могут о себе заявить и сделать вклад в общее дело. Это двустороннее взаимодействие, автошколы не столько получают, сколько дают. Например, на мероприятии, где нужно рассказать, что тормозной путь автомобиля больше, чем кажется, предоставляют машины. Мы сами, как правило, организаторами не выступаем, участвуем в федеральных проектах, тех, что проводит ГИБДД, в том числе в Дне памяти жертв ДТП: приглашаем учеников, привлекаем внимание общественности к безопасности.

– Кстати, о жертвах… В некоторых регионах ведется статистика, сколько выпускников автошкол попадают в ДТП в течение первого года. У нас что-то подобное есть?

– ГИБДД ведет такую статистику. Я с ними много раз дискутировал на эту тему, практически ругался из-за того, что подсчеты, во-первых, неверно ведутся и, во-вторых, неправильно озвучиваются в СМИ. Последние несколько лет лидером по аварийности они называют автошколу «Перекресток». Причина простая: мы готовим в разы больше учеников, чем другие, соответственно, по количеству людей, которые попали в ДТП, лидируем. При этом, если пересчитать на проценты, то у нас один из самых низких. Статистика ведется неверно. Мы даже рабочую группу собирали, отправляли в Главное управление ГИБДД запрос, но пока не добились адекватной статистики.

Человек отучился в автошколе, нормально ездил, потом как-то два дня не поспал и попал в ДТП. Каким образом автошкола на это влияет? Он попал в аварию, потому что был переутомлен. Я лично поднял статистику, имеющуюся в свободном доступе, и получилось, что по новичкам аварийность не больше, чем по обычным автолюбителям. Просто нашли «интересную» тему, которую можно зацепить. Зачастую новички ведут себя на дорогах аккуратнее, чем опытные водители, и скоростной режим у них гораздо более приближен к ПДД, чем у тех, кто чувствует себя профессионалом.

– Расскажите о вашей автошколе. Сколько ей лет?

– Нам 10 лет. Работает около ста сотрудников, из них половина -инструкторы. Ежегодно через «Перекресток» проходят более трех тысяч учеников.

– А в целом какое количество омичей ежегодно получает права? Какой у вас кусок пирога?

– Сейчас такой открытой статистики нет. До 2014 года в Омске получали водительские удостоверения порядка 20 тысяч человек в год. Сейчас количество сократилось, поэтому у нас существенный кусок пирога (смеется). Повлияла и демографическая яма, и экономический кризис.

– Вы говорили о жесткой конкуренции между автошколами. В чем она выражается?

– Основная — в стоимости. Часто те, кто идут за правами, выбирают автошколы по цене, а те, кто за навыками, смотрят уже на результат. Людей, которым права нужны для галочки, достаточно много. И ценовая война длится уже несколько лет. Вторая конкурентная ситуация возникает на маркетинговом поле. В Омске есть несколько школ, умеющих грамотно привлекать клиентов. Они знают, как создать сайт, направить туда поток людей и получить учеников. А другие сидят и ждут, что к ним придут, потому что…

– Рядом с домом?

– Да. Но эта технология уже зачастую не работает, сейчас у каждого рядом с домом 3-4 школы или их филиалы. Поэтому компании, которые не научились людей привлекать, сегодня в проигрыше.

– У всех автошкол есть филиалы? Сколько их у «Перекрестка»?

– Не у всех, но у многих. У нас сейчас 20 классов. Мы — самая крупная в регионе автошкола. В последний год уже не расширяемся, нет необходимости, мы есть везде. И мы закрываем всю линейку категорий, что делает лишь несколько автошкол в городе.

– Какова политика вашей компании: активно привлекаете людей или имидж уже работает на вас?

– Конечно привлекаем. Причем много над этим работаем. В том числе и скидками, и акциями. Только когда делаем какие-то спецпредложения, это реальный выигрыш для ученика. И мы четко разграничиваем тех, кто готов ради скидки претерпеть некоторые неудобства, например, в графике, а кто согласен платить за занятия в удобное время. Я бы назвал это гибкой ценовой политикой. Когда люди приходят заключать договор, мы рассказываем все, как есть на самом деле.

– А ночное обучение, как в Москве, у нас практикуется?

– Ритм жизни нашего города не настолько высок, и необходимости в этом нет. Есть вечернее обучение, максимум до 22.00. Мы можем организовать занятия хоть в три часа ночи, но состояние ученика и инструктора будет оставлять желать лучшего, результаты тоже. Поэтому ищем разумный компромисс.

– Игорь Александрович, вы отслеживаете, какие сегодня категории наиболее востребованы омичами, ну, конечно, кроме категории «В»?

– Это основная категория, на нее идут более 50 процентов. Кроме того, учим на категорию «А». Я сам мотоциклист и открывал ее под своих товарищей. В итоге в компании «выросло» несколько мотоциклистов, и мы понимаем, что им сегодня нужно. У нас база с новыми мотоциклами, достойная методика обучения, одна из лучших площадок в городе, поэтому люди активно обучаются. В городе всего несколько школ предлагают категорию «А», и там ситуация не такая радужная. Но на нее идет учиться не слишком большой процент, ведь Омск – это не Сочи и не Крым. У нас достаточно востребованы рабочие профессии: мы живем в регионе, из которого люди часто ездят на Тюменский Север, где работают на импортной технике. Основной запрос в категории «С» — на специальность машиниста экскаватора и погрузчика.

– На своей технике обучаете? Такие машины ведь достаточно дороги…

– Сначала на своей, но потом поняли: чтобы соответствовать потребностям рынка, лучше использовать наемную технику, но аналогичную той, на которой людям предстоит работать. Поэтому у нас есть партнеры – строительные компании.

– У вашей автошколы имеются автодромы, оборудованные по всем правилам?

– В принципе существуют закрытые площадки, автодромы и автоматизированные автодромы. У нас в городе, кроме закрытых площадок, ничего нет. В «Перекрестке» их три, каждая в три раза больше, чем необходимый минимум.

– Вы их с кем-то делите?

– Нет, работаем одни. ГИБДД так называемых резиновых площадок не любит. Все зависит от размера компании. Мы другие автошколы не пускаем просто потому, что у нас своих машин много – более 50 легковых автомобилей плюс грузовики и автобусы.

– А другие члены Ассоциации делят между собой площадки?

– Есть и такие. Но не более 2-3 автошкол на одну площадку.

– А почему автодромов нет в Омске?

– На автоматизированных автодромах установлена система автоматической фиксации нарушений, поэтому экзамен может проходить вообще без инструктора. Это другой уровень подхода. Я ездил по России и больше половины площадок видел лично. В основном они работает в обычном режиме, потому что в процессе обучения особых положительных эффектов автоматизированный автодром не дает. А законодательная база в вопросах проведения экзаменов на них еще несовершенна и бонусов автошколе не предоставляет. При этом стоимость создания автоматизированного автодрома — от 20 млн. рублей. Как правило, они создаются на инвестиционные средства, т.е. люди ожидали некий экономический эффект. При этом практически все (из владельцев, с кем я общался) в итоге остались в глубоком убытке. Поэтому в Омске на подобные эксперименты никто и не решается.

– По сравнению с автошколами в других городах России, кроме столичных (с московскими, вероятно, сравнивать некорректно), наши чем-то отличаются?

– Не надо бояться сравнений с московскими. Уровень примерно везде похож. Возможно, это и нескромно, но у нас есть действительно достойная база, уровень преподавателей и мастеров, отличные автомобили для учеников. Большего и не надо. Во многих регионах до этого тянуться и тянуться. В том числе и в Москве. В большинстве автошкол там такого уровня нет. Город Омск в этом плане неплохо выглядит. К тому же благодаря жесткой позиции ГИБДД на этапе аккредитации не были допущены учреждения, где не соответствовала учебно-материальная база.

– Какие проблемы сегодня есть в работе автошкол?

– Основная — что в условиях конкуренции не выдается в полном объеме программа обучения, сокращается количество часов вождения и качество падает. Есть школы, которые хотели бы работать качественно, но они не выдерживают конкуренции, чтобы рентабельно вести бизнес.

– На прошедшей 2 августа в Омске пресс-конференции гендиректор московского экспертного центра «Движение без опасности» Вадим МЕЛЬНИКОВ предлагал внедрить в Омске разработанные его организацией программы для повышения уровня безопасности на дорогах. Поможет ли это, на ваш взгляд, сократить количество ДТП и пострадавших в них?

– Программы – это неплохо, но если говорить про ожидаемый эффект, то у меня иллюзий нет. Масштабного эффекта не будет. Можем охватить часть детей, показать положительные примеры, но по факту ситуация следующая. Мы рассказываем людям, как правильно вести себя на дороге, но если он до этого 20 лет ездил рядом с отцом, который орет на других участников дорожного движения, подрезает, нарушает правила, ненавидит сотрудников ГИБДД просто потому, что они могут его наказать за нарушения, то мы в рамках 3-4-месячной подготовки не сможем такого человека перевоспитать. Это вопрос гораздо более широкий, чем разовые занятия. Вот спикер предложил: давайте расскажем детям, что при езде на велосипеде надо надевать шлемы. Мы расскажем, а завтра он поедет с отцом кататься и попросит у того шлем. «Да успокойся, я всю жизнь без шлема ездил и все нормально», — отмахнется взрослый. Если проводить такие кампании, они должны охватывать больший круг людей. Я озвучил на пресс-конференции: чтобы добиться результата, нужна смена поколений. Это не решается в рамках 3-5 и даже 50 лет. Программа должна быть заложена на века.

– Но президент РФ поставил цель снизить к 2024 году смертность в 3,5 раза (от показателей 2017 года), а к 2030 году этот показатель должен приблизиться к нулю…

– Да, называют цифры, которые изначально вызывают недоверие. Потому что они в любом случае недостижимы.

– А каким образом, на ваш взгляд, сегодня можно снизить количество ДТП, если перевоспитать людей в одночасье мы не можем?

– Единственный способ – это неотвратимость наказания. Однозначно работает только это. Либо эволюционный способ – программа на века, либо революционный – штрафовать, отрубать руку, посадить в тюрьму. Когда увеличились штрафы, ситуация ведь на дорогах улучшилась – стали меньше нарушать. Потом произошло существенное сокращение штата сотрудников ГИБДД, и сегодня в Омске появилось много беспредельных нарушителей, которые ездят через двойные сплошные, на красный свет. Для меня просто шок, когда вечером встречаю автомобили, проезжающие на красный. Это потенциальные убийцы, с которыми нужно очень жестко обходиться. Без вариантов! Они себя так ведут, потому что на дорогах просто нет сотрудников полиции. За счет неотвратимости наказания можно за два месяца сократить аварийность в три раза. Если ты превысил скорость на 20 км в час, заплати за это 10 тысяч рублей. Не оплатил штраф в течение недели — лишаешься водительского удостоверения. Работать будет на 100 процентов, нарушителей практически не останется, потому что возможности заплатить такие деньги у многих нет. Во Вьетнаме и Таиланде практически нет никаких правил, но у них низкая скорость, и я не видел там аварий. Скорость – это основная проблема, если она сокращается, то резко увеличивается безопасность движения.

– Слышала историю, как человек добирался из Нефтяников до Московки 3,5 часа. В нашем вытянутом городе, если соблюдать скоростной режим, можно и полдня провести в дороге…

– Если кому-то хочется рассказать, какое у нас в Омске тяжелое движение, пригласите его в Новосибирск, Екатеринбург, а лучше в Москву, тогда он поймет, насколько у нас все здорово. В Омске практически нет пробок. А если происходит задержка на 15 минут, нам кажется, что мы попали в пробку. Тем более за последние два года было многое сделано, чтобы отрегулировать светофорное движение, улицу Пушкина, бедную, замучили, вертели туда-сюда. Я как автолюбитель наблюдаю, что постоянно ведется какая-то работа, и почти всегда она улучшает ситуацию. Возможно, просто не надо на Московку из Нефтяников ездить в час пик.

– Игорь Александрович, чем вы занимаетесь в свободное от работы время?

– Увлекаюсь близкими к экстремальным видами спорта. У меня два мотоцикла, квадроциклы. В Омске есть целое сообщество «Омские трактористы», я — один из активистов (смеется). Путешествуем по области, недавно вернулись с Алтая. Три дня с проводником ездили по горам и в итоге выехали на Каракольские озера. На улице +30, а мы по снегу покатались, покупались в ледяных реках. Иногда прямо из Омска едем в Чернолучье, иногда вывозим квадроциклы на прицепах подальше — в Муромцевский район. Давно катаюсь на сноубоде. Еще освоил горный снегоход.

– Разве на квадроциклах можно передвигаться по шоссе?

– Мы водителей квадроциклов готовим, поэтому я владею информацией. Ездить на них по дорогам общего пользования не запрещено. Сказать, что разрешено, было бы не совсем верно (смеется). Если квадроцикл стоит на учете, у водителя есть удостоверение тракториста-машиниста категории «А-1» и оформлен страховой полис ОСАГО, то ездить на них не запрещено.

Комментарии через Фейсбук

Комментариев нет.

Ваш комментарий




Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.