Все рубрики
В Омске воскресенье, 24 Марта
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 63,7705    € 72,5900

Бизнес-леди: «В нашем городе невозможно ничего планировать, даже в среднесрочной перспективе» (полный текст)

8 марта 2019 07:28
1
1980

Омские предпринимательницы обсудили темы барьеров, сложностей, тенденций измельчания бизнеса, психологии местного населения и др. 

В редакции «Коммерческих вестей» прошел круглый стол с участием бизнес-леди Омска. Участницы мероприятия – обладательницы богатого опыта в разных сферах бизнеса – поделились своим взглядом на предпринимательство. В том числе в разрезе его региональных особенностей.

Так сложилось исторически

– Давайте начнем разговор с того, есть ли вообще такое явление, как женское предпринимательство, и чем оно так фактурно выделяется по сравнению с мужским? Существуют ли чисто женские сферы бизнеса, т. е. какая-то отраслевая специфика женского бизнеса?

Марина ВЗДОРНОВА, директор РИА «Омск-Информ»: Давайте коснемся истории. Женщина в предпринимательстве все равно начинала со сферы услуг. И наверное поэтому женщине исторически эта сфера ближе. Я в нашем городе работаю уже 35 лет, и я не помню ни одной дамы, которая вращала бы миллиардными оборотами. То есть речь все равно о небольших предприятиях.

Надежда ПЛАТИЦИНА, генеральный директор компании «Белая Орхидея»: Когда решаешь открыть свой бизнес, всегда очень важно понять, что ты можешь делать. Когда я ушла из редакции, я знала, что я могу торговать только книгами или цветами. Тогда в городе все редакции распадались, закрылись все предприятия, осталась одна торговля. Надо было что-то делать. Не могла же я торговать железом. И сколько бы я ни добивалась еще тогда в налоговой, что это сфера обслуживания, мне говорили «нет, у вас торговля», ну, я смирилась с этим, пусть торговля».

Ольга ЦОЙ, директор ГК «Главбух»: Меня как-то поздравляли с каким-то праздником, и клиент сказал, что все предприниматели, с его точки зрения, делятся на три категории: пильщики, близкие к бюджетникам и истинные предприниматели. Вот для меня истинные предприниматели – это не старый директорский корпус, который каким-то образом чего-то приватизировал, это не те, кто строит что-то огромное часто за бюджетные деньги, а-ля семья Лужкова, не те, кто благодаря своему бюджетному месту обеспечили очень хороший бизнес – до поры до времени. Это те, кто начал с нуля, без всего, потихоньку развивая свое дело. Потихоньку – ключевое слово. Я не могу сказать, что женщины к этому более склонны, просто женщины в более тяжелом положении в этом деле, они должны все просчитывать 125 раз. Потому что на них семья, дети и родители.

Елена БОКАЯ, директор салона красоты «Dolce Vita»: «Я сегодня узнала, что, оказывается, Россия – на первом месте по количеству женщин, занимающих ключевые посты».

Ольга ЦОЙ: Среднего звена. У нас на большинстве крупных предприятий главный бухгалтер – мужчина, спроси его, чем дебет от кредита отличается, он на тебя посмотрит и спросит зама. Я не говорю, что это плохо, он прекрасный руководитель, но ставят не специалистов, а организаторов. А специалисты, которые тянут на себе, это во многих областях именно женщины.

Елена БОКАЯ: Вообще лидерская сущность, она не отличается – женская и мужская, здесь единые принципы. В первую очередь это возможность взять на себя ответственность, а вот стиль управления уже может отличаться. Что касается тех сфер, которые сейчас занимают женщины, – это, наверное, просто исторически сложившаяся ситуация, так вообще бизнес развивался в России.

– А она меняется, эта ситуация?

Марина ВЗДОРНОВА: Мне кажется, что она особенно не меняется. И она останется неизменной. Она не может меняться с точки зрения каких-то физиологических факторов, то есть я опять сделаю шаг в какую-то далекую историю. Все помнят ситуацию с гонениями на ведьм на Западе. Есть точка зрения, что борьба с этими женщинами, знахарками, шла потому, что они, изучив свойства растений, стали лучше понимать в лекарствоведении, чем те мужчины, которые на тот момент лечили людей. И есть версия, что эти мужчины, чтобы не утратить свои рабочие места, подкупили церковь и с ее помощью уничтожали этих женщин. Мужчины всегда найдут способ, чтобы в этом плане женщину вернуть на место. И в чем-то возможно они правы, они рожать-то ведь не могут. А если мы с вами стройными рядами уйдем в бизнес смолоду, им-то тогда что остается? Они нормальным физиологическим образом борются за свою нишу. Таково мое мнение. Поэтому я считаю, что никогда гармонии здесь ждать не стоит.

– А какие-то особенные барьеры для женщин-предпринимателей существуют?

Ольга ЦОЙ: Эти барьеры чисто психологические. Мужчинам легче договариваться с мужчинами.

Настороженность и предубеждение

Елена БОКАЯ: Настороженное отношение к женщинам существует в обществе – со стороны властей, со стороны кредитных организаций, отчасти со стороны предпринимателей – в том числе и нас самих. Потому что семья и общество в целом до сих пор навязывает девочке некую социальную роль, никак не поощряя ничего лидерского.

Ольга ЦОЙ: А кому это воспитывать, когда у мамы нет опыта успешного предпринимательства. Школу у нас давно «воспитали», там даже преподавателей нет, там предметники. Кому-то может быть и повезло, но это как лучик света в темном царстве.

Елена БОКАЯ: Да, мы бы послушали о женщинах, которые достигли какого-то успеха в бизнесе, но мы же не видим этого примера.

Ольга ЦОЙ: О чем у нас охотно рассказывают: о том, как Мария Ивановна, сидя в декрете, начала шить кукол. У меня маникюрный мастер в декретном отпуске пыталась делать букеты из цветов. Оказалось, затрат больше, чем прибыли, на этом у нее дело и закончилось. Но если бы она продержалась годик или ей была доступна информация, о том где ей могут помочь, например, ей могли бы дать субсидию. У нас ведь  выдают субсидии на развитие малого бизнеса – непонятно только, кому. Я купила офис и обращалась за возмещением процентов – мне отказали. Было две заявки: моя и от пивных ларьков. Угадайте, кто выиграл? Пивной ларек. Он оказался важнее. И вы посмотрите, кто у нас единственный был освобожден от налога на землю в 2017 году – это наш «Росар». Вот они социально значимую продукцию делают, оказывается. Это говорит о том, что поддержки как таковой нет. У нас нет доступа даже  к кредитам. Вам дают кредиты?

Кредитные перспективы

– Да, давайте поговорим о роли кредитов.

Надежда ПЛАТИЦИНА: Мне нигде не дают кредиты. Мне 70 лет.

Анна СТЭЛЬМАХ, управляющий Омским региональным фондом поддержки и развития малого предпринимательства: Есть отдельная кредитная программа, которая позволит и вам взять кредит.

Ольга ЦОЙ: На старт-ап кредиты вообще не дают. Даже если ты как физическое лицо берешь. Сегодня вообще невозможно ничего планировать, даже в среднесрочной перспективе. Со стороны государства идет постоянный пересмотр законов, в том числе по налогам, и никак не в сторону смягчения.  Увеличение налоговой нагрузки и невозможность  кредитования под посильные  проценты не дают уверенности в перспективе работы. При отсутствии залога часто дают кредит под залог твоей единственной квартиры, оформляя это как ипотечный кредит физику. То есть в случае форс-мажора ты лишаешься всего, потому что это ипотека. И банкротство тебя не спасет. Квартиру у тебя просто заберут.

Анна СТЭЛЬМАХ: К нам обращайтесь, мы на этот случай существуем.

Ольга ЦОЙ: Я обращалась. И мои клиенты обращались – безуспешно.

Оксана СЕВАСТЮК, директор ООО «УК «ЦентрЖилСервис»: И я обращалась два или три раза как раз по выкупу имущества, но нам отказали, т. к. денежных средств было недостаточно, чтобы обеспечить ими всех заявителей.

Анна СТЭЛЬМАХ: На данный момент мы открыты, свободные денежные средства у нас есть. Есть еще некоммерческая микрофинансовая организация – отдельное юридическое лицо, она выдает займы на сегодняшний день под 7,5% – это равнозначная ставка ключевой ставке. Рекомендую туда обратиться, потому что на ближайшие три года эта организация обеспечена капитализацией, у них есть сейчас свободные лимиты. Они на будущие три года прописаны в стратегии и национальном проекте и получают докапитализацию. Фонд тоже выступает как поручитель, но у нас чуть выше суммы. Мы даем займы субъектам малого и среднего предпринимательства, работаем при поручительстве до 15 млн. рублей, а все, что до 1 млн. рублей, – это микрофинансовая организация.

Про школу жизни

– Приходилось переживать крайне неприятные моменты?

Марина ВЗДОРНОВА: Новое поколение не помнит и не знает про то, как приходят «бандосы», как они бьют витрины и во все стороны раскидывают цветы, а мы все это проходили. Когда денег нет в банках и вообще нигде. И как их добывают… После того, как я пережила, будучи руководителем сначала в коммерческом предприятии, потом в государственном, отсутствие денег в банках, период дефолта, – я считаю, что мне после этого ничего не страшно.

Надежда ПЛАТИЦИНА: Я первые полгода думала, мы умрем вообще. У меня был валютный кредит… У нас в один год три стрелки назначали криминальные. Был кошмар.

Ольга ЦОЙ: Мне в этом отношении было проще, меня возили на такие разборки в качестве эксперта. Но вы знаете, это было очень жестко. В машине давали документы, и эти вот «интеллектуальные» люди спрашивали, где, чего и как. И через это мы проходили. Просто если нужны твои знания, деньги, связи или что-то еще – кто с тобой разбираться будет, мужчина ты или женщина. Это никого не интересует. Но на смену пришли другие проблемы.

Об опасных тенденциях

– Давайте поговорим про ситуацию в бизнесе в принципе на сегодняшний момент. Как вы ее видите, есть ли какие-то опасные тенденции, которые сегодня развиваются?

Юлия МАЛЮТИНА, директор ООО «Издательский дом «КВ» (еженедельник «Коммерческие вести»: У нас издательский бизнес, деловое издание. Какие тенденции вижу в последнее время, учитывая, по большей части, омскую специфику: активность бизнеса – падает, бизнес скукоживается, окукливается. Попытаться добиться от бизнесменов рассказать о чем-нибудь позитивном – крайне сложно. И в связи с этим можно понять, что активность и востребованность в этой сфере снижается.

Надежда ПЛАТИЦИНА: Я могу рассказать про перспективы своего бизнеса. Нам 26 лет. Мы всю жизнь стремились к профессиональной флористике. Мы девять раз участвовали в чемпионате России. Я организовала гильдию национальных флористов и являюсь ее президентом. У нас 95 тысяч цветочных салонов. Мы работаем профессионально. А люди – не видят разницы между хорошим и плохим букетом.

– Но вы же пошли дальше, открыли «Садовый центр».

Надежда ПЛАТИЦИНА: «Садовый центр – это святое. Но есть «Братья Green», которые дружат с администрацией. В итоге они все и делают – и цветы у «Яблоньки», и все тендеры на «Флору» их. Я не пошла по этому пути – дружить с кем-то, потому что не мое это. И теперь на «Флору» мы не попадаем никаким боком никогда, потому что со мной не пилят деньги.

Ольга ЦОЙ: Это так. Если ты не пилишь деньги – ты отлучен от очень многих вещей.

Елена БОКАЯ: Это, наверное, везде, какого рынка ни коснись. Я буду говорить о своих сферах: о стоматологии и косметологии. Сейчас появилось столько всего на рынке, что даже медициной назвать нельзя. Это сплошная ерунда, ноль, но потребитель готов это выбирать и покупать. Но опять же, спускаться до этого уровня мы не намерены, мы держим свою планку.

Ольга ЦОЙ: Эта шелуха есть абсолютно везде. Посмотрите газету, например, «Из рук в руки», сколько там объявлений «сдам отчетность». Ко мне приходят консультироваться тетеньки, которых я не могу назвать бухгалтерами, но они гордо говорят: «Веду 50 фирм». Одна. А потом проблемы начинаются. Недавно ко мне пришли две строительные организации, у которых бухгалтер не отдает им базы, документы, не отвечает на звонки. Зато она с них мало брала. Сейчас  мы  восстановим учет, и они  с большой вероятностью  пойдут где дешевле. Это их выбор.

Главное – не стоять на месте

– Расскажите, какой он – ваш секрет успеха.

Екатерина БОГАЧИК, директор салона «Богач»: Мы себя нормально сейчас ощущаем, но в самый пик кризиса мы всегда покупали новые коллекции, что-то делали, чтобы не грязнуть в депрессии. Я считаю, что всегда будут лучшие игроки. Сейчас есть ряд фирм, которые очень хорошо развиваются, например «Провиант» или «Шато». Они вкладываются в свое дело. И от этого очень много зависит. Потому что как только даешь слабину – можно сразу укатиться назад. Как раз в сложный период я делаю больше раз в пять, чем в стабильное время, когда постоянно приходят клиенты, что-то покупают и заказывают услуги.

Елена БОКАЯ: Омская специфика такова, что все сидят и жалуются. И если смотреть, кто что вообще делает, то, глядя на своих коллег, могу сказать, а никто ничего не делает на протяжении многих лет. И при этом все ждут какого-то результата. У меня в моем сегменте есть 2 – 3 сильных игрока – эти люди регулярно вкладываются в свой бизнес – и силой, и деньгами. Это изменение управленческих стратегий, постоянное обновление персонала, обучение, новые технологии. Если бизнес перестает что-либо делать, у него становится все плохо – в Омске это общая тенденция....

Ольга ЦОЙ: Вкладываться в бизнес – это всегда очень важно и не только материально. У нас обязательна учеба еженедельная по изменениям в учете и налогах, раз в год мы аттестуем специалистов. Если мы перестаем этим заниматься – мы не профессионалы.

О выживании бизнеса и Омской таможне

– У Елены и Екатерины – премиум-сегмент, чувствуете ли вы на себе, что он сокращается?

Елена БОКАЯ: Конечно. Было бы глупо говорить, что из Омска никто не уезжает. Уезжают. Но плюсы в моем бизнесе тоже есть. Ко мне, приезжая по делам в Омск, приходят мои прежние клиенты – несмотря на то, что они живут по 3, 4 и 5 лет в Москве. В целом у нас все более или менее стабильно, мы никуда не падаем, но нет и такого взлета, как хотелось бы, – в этом я вижу для себя проблему.

Марина ВЗДОРНОВА: Элитный сегмент более живуч. Можно судить даже по СМИ, хотя нас никто не воспринимает как структуру, которая может зарабатывать деньги. На сегодняшний день тяжелее всего тем, кто не очень много зарабатывает, у кого нет больших оборотов, с ними нам приходится идти на какие-то уступки.

Ольга ЦОЙ: Я могу говорить не за себя, а за своих клиентов. Те специалисты, которые у меня работают лет по 15, у них, например, 10 – 15 клиентов и это крупные заказы, они их ведут, из месяца в месяц бухучет, много лет. А те, которые садятся сейчас – вышли из декретного отпуска, или новые сотрудники, у них у многих по 30 предприятий уже. И это мелкашечки. То есть приход новых клиентов идет через микробизнес. И они не то что каждую копейку считают, они не стесняются плакать крокодиловыми слезами из-за того, что на 500 рублей подняли оплату труда, услуг… Экономия, где-то даже до потери самоуважения – стало нормой. Так что да, вновь вступивший бизнес мельчает. И из года в год у них объемы не растут, по крайней мере, официальные. Это стало тенденцией. И не только в Омске. Другое дело, зачастую вот этот негатив в отношении к Омску он очень обоснован. Приведу пример с таможней, из-за которой у меня клиент ушел в Курган: пришли два вагона с аккумуляторами Талдыкорганского аккумуляторного завода, а у нас госпошлина в 3 – 4 раза больше, чем он платит в Кургане при растаможке. Почему? Да просто везде, где возможны варианты, в Омске берут по максимуму. Клиент судился, по этому вагону сумму изменили, но следующий вагон – и то же самое. И вот после третьего вагона клиент теперь в Кургане работает.

Надежда ПЛАТИЦИНА: С тех пор, как с Омской таможни ушел Валерий ХАЛЕЦКИЙ, там началось что попало. Мы напрямую работали с голландцами долгие годы. А потом новый человек пришел на таможню, и вызывал меня каждую неделю. Я не могла понять, что ему от меня надо. Денег платить я ему не могу. Я не знаю, кто там на таможне теперь, т. к. с тех пор мы с таможней не связываемся.

Елена БОКАЯ: Сейчас вся проблема – это какие-то маломасштабные цели, которыми весь Интернет пестрит. Вся молодежь нацелена на инстаграм-формат построения бизнеса, и никто не рассказывает, что успех – это шаг за шагом. Это долговременная стратегия. К сожалению, сейчас везде возникает идея, что это быстро, представь, визуализируй, иди и получи.

Управление – это непросто

– Оксана Владимировна, расскажите про свой сегмент. Он у вас очень интересный.

Оксана СЕВАСТЮК: Я занимаюсь управлением жилья. В ведении у нас примерно 750 тыс. кв. метров. Это очень много людей, очень сложный процесс, в том числе, если смотреть на него как на бизнес. Сложно с той точки зрения, что нет стабильности в законодательстве, т. е. постоянные изменения условий работы. Это существенно влияет на экономические условия, на возможность по созданию каких-то бизнес-процессов. Я руковожу УК в качестве директора 11-й год, и естественно, если ты отвечаешь всеми видами ответственности, начиная от административной и заканчивая уголовной, безусловно, ты следишь за всеми процессами. И ты, наверное, лучше в силу образования и должности знаешь, что делать. У нас очень много коллег, которые называют фирмами-однодневками, которые приходят и говорят: я тебе сделаю бесплатно – практически. Налоги они не платят, необходимые работы не осуществляют, страховку не дают. После общения с такими к нам люди приходят и говорят, а вы зачем налоги платите? Я говорю, потому что у нас стабильная компания, которая делает, как положено, существует в нормальном правовом поле, мы хотим работать завтра и послезавтра, и дальше. Считаю, что очень важный момент – это воспитание. В том числе уважения к чужому труду, который сегодня обесценивается. И мне кажется, когда речь о социальном продукте, органы власти должны регулировать процессы, чего на сегодняшний момент не сделало лицензирование. И еще у нас все плохо развивается потому, что нет микроуслуг. Я, как потребитель, хотела бы пользоваться услугами булочной рядом, кафе, салона штор, швейной мастерской, какой-то мини-прачечной, но сегодня ничего этого нет.

Про омскую «Точку роста»

– Анна Сергеевна, на сегодня вы из всех присутствующих ближе всех к государству. Расскажите, какова позиция государства относительно развития предпринимательства в Омске.

Анна СТЭЛЬМАХ: Я расскажу про позицию государства, но я его не представляю, у нас некоммерческая организация. Мы сегодня обсуждаем женское предпринимательство, и к слову, я хотела рассказать о том, что у нас на уровне Федерации принята стратегия, которая вылилась из проекта национальной программы. В соответствии с последним ежегодным посланием президента до 2024 года в России должен появиться прирост в 6 млн. зарегистрированных предпринимателей. Чтобы освоить эту цифру, создаются различного рода стратегии, одна из которых как раз касается женского предпринимательства. На сегодня на территории Омской области реализуется уже три проекта. За каждым из них стоят мои коллеги и лично я. Мы не та категория чиновников, которые пилят деньги, мы вообще не чиновники. Мы те, кто претворяет эти цифры в жизнь. Что касается развития предпринимательства на сегодняшний день, у нас на территории Омской области существует уникальный проект, который называется «Точка роста». Он реализуется за счет собственных средств. В частности, мы, команда, которую возглавляет Татьяна ПОДГОРНАЯ, ведем переговоры с такими организациями, как «Провиант», «Шкуренко», «Вимм-Билль-Данн» и договариваемся о выделении грантов на эту программу – сумм в размере от 10 до 200 тыс. рублей. Это цифры на 2016 год. Саму программу разработали на базе института водного транспорта педагоги этого вуза, т. е. это не государственная программа, в ее рамках ребята из сельской местности готовят проекты. Сейчас эта программа вписана в национальный проект развития, хотя из федерального бюджета на нее не выделяется ни рубля.

Елена БОКАЯ: Тут возникает проблема. Если, допустим, я, как предприниматель, делаю законный бизнес, то приходит такая парикмахерша, иначе не назову, псевдоврачиха и начинает заниматься бизнесом вне правового поля. Она занимается псевдобизнесом, снижает цену, ничего не вкладывает, норм СЭС не соблюдает, не платит налоги, безопасность клиентам не гарантирует. Такой бизнес для меня непонятен, я бы не хотела, чтобы таким людям помогали развиваться, давали им деньги.

Ольга ЦОЙ: Поддержу. Я закрыла одно свое предприятие не потому, что я не платила налоги. У меня стекло треснуло в перегородке, я начала обзванивать тех, кто мне его делал. Дозвонилась, но оказалось, что это уже не то ООО, а новое, прежнее бросили., Т. е. если по мне требование придет, никто не подтвердит понесенные мной затраты, и платить за это буду я. Т. е. я должна отвечать за стабильность своих поставщиков, причем деньгами Екатерина БОГАЧИК: Нужно, чтобы денежные средства доставались не потому, что так получилось и не тому, кому удалось зайти в это время, а чтобы получил тот, кто их действительно заслужил.

Оксана СЕВАСТЮК: По поводу университетов. Нужно обращать внимание на таких студентов, у которых все время, пока они учились, была Потанинская стипендия. Чтобы программа выявляла лучших, учила их чему-то.

Анна СТЭЛЬМАХ: Программа так и делает. Про «Точку роста» заговорили потому, что это программа, созданная в Омске на коленке педагогами для школьниц и для школьников, которая в любом случае, я думаю, поможет ребятам, научит бизнес-процессам, планированию. И они захотят учиться дальше. У нас существует еще три проекта, один из которых – «Мама предприниматель. К реализации программ Фонд приступил в этом году. Мы получили аккредитацию, и в следующем году непосредственно я получу сертификат тренера. Это про две программы в разрезе нацпроекта – «Азбука предпринимателя» и «Школа предпринимательства». Это будут недельные тренинги для субъектов малого и среднего предпринимательства, которые будут обучать бизнес-процессам, бизнес-построениям от модели до реализации. Это безвозмездная программа. Участвовать в ней сможет от 100 человек, максимальное число участников не ограничено.

Елена БОКАЯ: Тут еще одна проблема: у нас все дети из благополучных семей, получив образование, уезжают из Омска….

О предвзятости и информационном поле

– В самом начале разговора мы выяснили, что некая предвзятость по отношению к женщинам в бизнесе существует. Насколько она мешает работать?

Екатерина БОГАЧИК: Не знаю, как во всех остальных бизнесах, у меня клиенты – очень высокого уровня люди. И получается, что мы работаем с очень сильными людьми. И я хочу сказать, то, что я женщина, их вообще не волнует. На самом деле я поняла, еще выйдя из института, что сама не люблю тех, кто плачется, прикрывается тем, что он в декрете, что он болеет и т. д. Ты либо можешь выполнить взятые на себя обязательства, либо извините. И так же я отношусь к другим женщинам в бизнесе.

Елена БОКАЯ: А я считаю, что предвзятое отношение к женщинам в бизнесе есть точно. Но вопрос, наверное, даже не столько в отношении мужчин к нам, как к предпринимателям, а вопрос в отношении общества к женщинам предпринимателям. Я сейчас нахожусь в том состоянии уже, когда я решу любой вопрос, смогу договориться и с мужчиной, и с женщиной. Я не чувствую себя девочкой в бизнесе, и я не чувствую себя женщиной в бизнесе, я просто чувствую себя в бизнесе. Но при этом я понимаю, что какие-то клише в обществе – они есть. И то, что мы не видим достойного развития предпринимательства за счет женщин – это потому, что общество это не одобряет в большинстве своем. Все равно оно считает, что основная роль женщины – обеспечивать тылы, сидеть дома и заниматься детьми. И если иностранцы лет до 30 занимаются своей карьерой, то в России это не настолько принято.

Ольга ЦОЙ: Здесь предвзятое отношение не только к женщине-предпринимателю – к ней особенно – у нас предвзятое отношение к предпринимателям вообще. Откройте любую газету, включите канал… Все говорят, что предприниматели не платят налоги, их посадили и т. д. Про хорошее не говорят. Идет сплошной негатив. К нам повышенное внимание на бытовом уровне. Но это идет от воспитания наших обывателей, а у нас воспитание – против предпринимательства.

Юлия МАЛЮТИНА: Я не оправдываясь, но, просто рассказывая про наши реалии в двух словах, могу сказать, что действительно за позитивом ходить непросто, потому что его на тебя не готовы взять и высыпать. А негатив-то существует по умолчанию. Оно же все работает, органы следствия, суды заваливают тебя информацией. И никто не отменял трудоемкость. В одном месте тебе надо трясти источник неоднократно, чтобы получить интересный позитивный материал, а в другом месте ты спокойно пойдешь, поработаешь, ничего не вытрясая, и получишь результат. Ну и потом, к сожалению, как бы это ни было печально, но СМИ – это же зеркало. Мы не выдумываем новости. Они просто есть. Это наше информационное поле.

Ранее материал был полностью доступен только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 20 декабря 2018 года

При поддержке

Loading...




Комментарии через Фейсбук

Мастер спорта 8 марта 2019 в 23:20:
Живут в виртуальном мире (за некоторым исключением). Бизнеса в Омске не осталось (сфера услуг в небольшой степени). Работать стало невозможно — баланс между налоговиками — правоохренителями и партнёрами — швыряльщиками отсутствует по определению.
Показать все комментарии (1)

Ваш комментарий




Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.