В Омске поспорили о проблеме избыточного образования (полный текст).
В Региональном центре по связям с общественностью стартовал двухдневный XXI Омский кадровый форум. На пленарном заседании доклад на тему «Избыточное образование: скрытый ресурс или неподъемный балласт для экономики?» представил руководитель лаборатории исследований рынка труда Высшей школы экономики, кандидат экономических наук Сергей РОЩИН. Работа основана на данных мониторинга трудоустройства выпускников, охватывающих 46 млн записей с 2016 года, включая все уровни образования от 9-го класса до аспирантуры, а также данные ФРДО по дополнительному профессиональному образованию.
Выяснилось, что в среднем по России 35% выпускников с высшим образованием работают на местах, его не требующих. Этот показатель варьируется по регионам от 30 до 50%. В мире аналогичный показатель составляет от 25 до 40%, что указывает, по мнению РОЩИНА, на системный характер проблемы:
– Шизофрения в том, что образовательная система настаивает, как классно она трудится, но что-то не так с рынком, с бизнесом, с работодателем: «Нет достойных рабочих мест для наших замечательных выпускников!» Рынок труда же говорит: «Готовьте нам выпускников лучше – сейчас готовите не тех и не так». К рубежу XXI века мы пришли в мире, и в России в том числе, к буму избыточного высшего образования – когда люди чересчур квалифицированы для выполнения своих трудовых обязанностей. Те, кто оказывается на таких рабочих местах, в терминах аналитики рынка труда получают зарплатный штраф, тупиковые карьеры – они проигрывают, их высшее образование не дает соответствующей отдачи. Переходы с несоответствующих на соответствующие должности крайне редки, и разрыв в оплате труда сохраняется на протяжении всей карьеры. Причем отдача в человеческий капитал в том числе ограничена и для государства с точки зрения задания на подготовку специалистов, с точки зрения домохозяйств, предприятий. Ожидать от таких работников изменения производительности труда – а для Российской Федерации это совершенно точно сейчас главный вызов – практически невозможно.
Аналитик объяснил, что со стороны предложения причинами избыточного образования стало некачественное образование, обилие негосударственных мест (платное обучение), заочная форма обучения, нетранзитные образовательные траектории через СПО (83% тех, кто поступает в вузы после колледжей, учатся заочно), неселективные университеты с низким средним баллом ЕГЭ при поступлении. Здесь проявляется прямая корреляция: чем ниже селективность университета, тем выше доля выпускников, попадающих на рабочие места, не требующие высшего образования. Со стороны спроса на рынке труда у проблемы избыточного образования тоже есть предпосылки, в частности отсутствие достаточного количества рабочих мест, требующих высокой квалификации, особенно в регионах. Работодатели, по словам РОЩИНА, намеренно предъявляют завышенные требования к квалификации, поскольку в условиях демографического сжатия это позволяет быстрее закрывать вакансии с меньшими инвестициями.
По данным лаборатории, высшее образование в России сверхконцентрировано: 12% университетов выпускают 50% всех молодых специалистов. В некоторых регионах эта концентрация еще выше: менее 10% вузов и 50% выпускников. 40% обладателей высшего образования трудоустраиваются не в том регионе, где получили диплом, в течение года после выпуска.
Разрыв в заработной плате между теми, кто работает на соответствующих и не соответствующих их уровню образования рабочих местах, достигает 60% в секторе информации и связи. В транспортной отрасли до 80% выпускников попадают на рабочие места, не требующие высшего образования. В сельском хозяйстве этот показатель составляет 55%. В сфере туризма и гостеприимства, легкой промышленности, а также по направлению технологических машин и оборудования – около 60%. Среди массовых должностей избыточно образованных людей лидируют продавцы и помощники продавцов – 6% от общего числа.
РОЩИН резюмировал: нельзя формулировать задачу взаимодействия образования и рынка труда просто как «готовьте больше специалистов» – их нужно готовить иначе. Ряд отраслей и вовсе может развиваться на основе технологий, не требующих высшего образования, и это нормально, уверен эксперт. Если, как в упомянутой транспортной отрасли до 80% сотрудников вовсе не нуждаются в университетском дипломе, чтобы трудиться в судовождении или на железной дороге, это явно говорит о системной ошибке с формированием требований к квалификации на рынке труда. Конечно, признался спикер, попытки обсуждать это с Минтрансом РФ и профильными институтами, вызывает болезненную реакцию. Более того, многие квалификационные требования устарели и фактически воспроизводятся с 1970–1980-х годов без пересмотра – нужна их пересборка.
Когда залу дали возможность задавать вопросы, председатель Ассоциации экспертов управления человеческими ресурсами Ирина БАКЛАНОВА поинтересовалась, дает ли какие-то возможности наличие избыточного образования на рынке труда в перспективе 5-10 лет.
– Тупиковые возможности, – резко ответил Сергей РОЩИН. – Экономисты определяют избыточное образование как инвестиции, которые не окупаются. И для людей, и для государства.
Омский эксперт не сдавалась:
– А другие точки зрения в этом вопросе вы слышали? Подискутировали с коллегами-эйчарами и считаем, что образовательная компонента лишь одна часть в развитии рынка труда и экономики. Мы управляем производительностью труда не только на основе образования, но смотрим на личность комплексно, учитывая много других вещей.
РОЩИН предупредил, что снова выскажется жестко:
– Перевожу с вашего языка в реальность. Получивший среднее профессиональное образование – не личность. Так? Именно из-за позиции, что только якобы высшее образование формирует личность, а без него эйчарам не с чем работать, мы в том числе и имеем избыточное образование на рынке труда.
Другой участницей мероприятия было высказано предположение, что причины избыточного образования лежат не только в системе СПО и вузов, но и в школе, а также в ментальности: мальчики идут в вузы, чтобы избежать армии, девочки – чтобы остаться под крылом родителей. Докладчик, напомнив, что он 20 лет проректор по образованию Высшей школы экономики, назвал эти представления устаревшими. Он отверг тезис о военной мотивации как не соответствующий реальности 2026 года. И привел пример избыточности высшего образования, когда на факультете туризма и гостиничного дела в самом университете строят комнату-макет отельного номера:
– Не думаю, что нужно четыре года учиться, чтобы разобраться в том, как устроена кровать и прочее. Про менеджмент и логистику не говорю.
Начальник методического отдела Управления образовательных программ ОмГУ им. Ф.М. Достоевского Наталья ЛИФЛЯНДСКАЯ обратила внимание на рыночный парадокс: с одной стороны, избыточное образование, с другой – рост корпоративных университетов и дополнительного образования. РОЩИН снова объяснил это шизофренией системы, не увидев противоречия: по его мнению, появление корпоративных университетов является закономерной реакцией на некачественность массового высшего образования, однако полная кастомизация человека под конкретное рабочее место – задача самого работодателя, а никак не вуза.
Ранее репортаж был доступен только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 3 июня 2026 года.
Фото © Максим КАРМАЕВ