«Предлагаем туристический налог целевым образом направлять на развитие событийного и промышленного туризма».
На заседании комитета по финансово-бюджетным вопросам Омского городского совета в июле депутаты отложили рассмотрение обращения гостиничного бизнеса Омска на осень. Между тем еще 21 апреля отельеры города направили в федеральные и региональные органы власти письма, в которых просили пересмотреть текущую политику ставок туристического налога. Напомним, с 1 января 2026 года в соответствии с решением Омского городского совета она выросла с 1% до 2%. Что предлагает гостиничный бизнес, почему отели не устраивают принятые в регионе условия уплаты турналога, обозреватель еженедельника «Коммерческие Вести» Анастасия ИЛЬЧЕНКО узнала у кандидата экономических наук, доцента Омского государственного университета путей сообщения, генерального директора отеля «Флагман» Татьяны ЦЕЛЫХ.
– Татьяна Николаевна, обращение подписали шесть крупнейших отелей Омска. В чем суть?
– Мы просим рассмотреть возможность сохранить ставку туристического налога на уровне 2% в 2026 и 2027 годах, ввести мораторий на ее повышение в последующие годы и предусмотреть дифференциацию ставки с учетом типа и категории средства размещения.
Хочу подчеркнуть: мы обращаемся к органам власти не с критикой, а с конструктивными предложениями. Гостиничное сообщество Омска благодарно региональному руководству за диалог, который выстраивается последние годы, и рассчитывает на его продолжение. Но если рост туристического налога сохранится, к 2029 году совокупная налоговая нагрузка на отели возрастет на 44%. Это может создать риски для устойчивости отрасли, и мы считаем важным заблаговременно проинформировать органы власти об этом. Мы не одни, кто так считает. Например, коллеги из Екатеринбурга опубликовали открытое письмо мэру, где указали, что не справляются, что дальнейший рост налога приведет к ухудшению ситуации в отрасли, а опыт коллег из Самары, Иркутска, где приняты решения о минимальной ставке, показывает, что такой подход возможен и эффективен. Пока величина турналога до 100 рублей в сутки, мы справимся, как показал 2025 год, но в следующем году, если не заморозят ставку на 2%, нагрузка на отели станет деструктивной.
– Вы получили ответы на ваши обращения?
– Да, и мы благодарны, что наши обращения не остались без внимания. Администрация Президента РФ направила наши предложения федеральным Минфину и Минэкономразвития. Минфин РФ поблагодарил за наши предложения и сообщил, что механизм находится в проработке. Отмечено, что ряд аспектов, в частности взаимодействие с агрегаторами бронирования, требует дополнительного рассмотрения. Это очень позитивный сигнал для отрасли. Минэкономразвития РФ разъяснило, что решение о введении и размере туристического налога принимается на уровне муниципалитетов и регионов, т.е. у города есть полномочия определять как ставку, так и график ее изменения. Поэтому мы обращаемся к региональным и муниципальным органам власти: у них есть законодательная возможность учесть специфику омского рынка. И очень рассчитываем на понимание.
– Как влияют на ситуацию агрегаторы?
– Это тонкий вопрос, но его нельзя обходить молчанием. У большинства предприятий, направляющих сотрудников в командировки, действует внутренняя тревел-политика, которая предписывает бронировать проживание исключительно через специализированные платформы. Это стандарт корпоративной практики. Возникает следующая экономическая ситуация. Когда мы добавляем величину туристического налога в открытую цену размещения (например, у «Флагмана» в 2025 году – 3600 рублей), агрегаторы исчисляют комиссию с полной стоимости номера в сутки, включающей налог. Средняя комиссия платформы составляет 20–22%. Получается, что отель сначала уплачивает комиссию агрегатору с суммы налога, а затем сам налог. То есть налоговая база оказывается двойной нагрузкой и отель всегда в минусе. А агрегаторы бронирования зарабатывают с величины минимального размера турналога 20–22 рубля с каждой номероночи. По нашим оценкам, десять крупных российских агрегаторов бронирования получили значительные доходы (порядка 45–51 млн рублей) по итогам 2025 года от бронирований только в трехзвездочных гостиницах Сибирского федерального округа. Это несложно подсчитать, умножив 20–22 рубля на количество номеров «3 звезды» (по данным статистики – 14 123 номера) в объектах размещения и скорректировав полученное значение на среднюю загрузку (45%). И агрегаторы прекрасно это понимают, а экосистемы – еще лучше, ведь не зря в СМИ муссируется информация, что «Яндекс» хочет купить, например, «Островок». Агрегаторы бронирования будут всегда в плюсе, т.к. им даже ставку комиссионного вознаграждения поднимать не нужно, ведь ставка по турналогу растет, а вместе с ней и их прибыль. Фактически все агрегаторы зарабатывают на турналоге и тихонько потирают руки. Мы считаем важным вынести этот вопрос на обсуждение с органами власти и совместно найти механизм, который позволит исключить обложение комиссией налоговой составляющей. Это разумный запрос, который улучшит экономику отрасли без ущерба для бюджета.
– Кто целевая аудитория омских гостиниц?
– Сегодня к нам приезжают гости из Москвы, Екатеринбурга, Санкт-Петербурга, Уфы, Красноярска. Омская область не является туристическим регионом в классическом понимании: в основном наши гости – командированные, т.е. люди, выполняющие оплачиваемую работу для своих организаций. Согласно законодательству турист – это человек, который приехал куда-либо на время, не связанное с оплачиваемой деятельностью. Командированные сотрудники по определению туристами не являются. И здесь возникает парадокс: расходы предприятия на проживание командированного вычитаются из его налогооблагаемой прибыли, при этом их сотрудник фактически платит турналог, включенный в стоимость его проживания в другом регионе, т.е. налог зачисляется в бюджет другого региона. Это напоминает перелив налоговых поступлений из одного субъекта в другой.
Механизм курортного сбора был четко проработан. Плательщиками являлись туристы, приехавшие отдыхать в место временного назначения. А вот с турналогом, который должен взиматься с туристов, создающих дополнительную нагрузку на инфраструктуру региона (а фактически возложен на гостиницы, где гости только ночуют), сплошная неразбериха.
Кроме того, на практике у большинства корпоративных клиентов установлен лимит на проживание командированных. Как правило, не более 4–4,5 тыс. рублей в сутки. Как только мы включили величину турналога в стоимость, как нам рекомендовали органы власти, часть заказчиков стала не укладываться в лимиты и начала искать альтернативные варианты размещения. Некоторые сообщают, что рассматривают возможность приобретения квартир для командированных, другие арендуют для них апартаменты, что позволяет оптимизировать расходы. Более того, сейчас даже средняя длительность командировок изменилась.
– Сократилась?
– Да, раньше наши гости заезжали в понедельник и выезжали в пятницу. Сейчас приезжают во вторник, т.е. у нас простой длится с пятницы по понедельник – 4 дня в неделю. Фактически большинство омских городских отелей простаивает 3–4 дня в неделю. Некоторые заказчики напрямую нам сообщают, что принимают решение о переводе любых мероприятий – от стажировок до обучения – в онлайн-формат. Это непосредственно влияет на загрузку городских отелей и, следовательно, на их возможности инвестировать в свое развитие. Если инвестиционного потока не будет, собственники отелей в Омске не смогут обновлять номерной фонд, развивать бизнес, строить новые гостиницы. Срок окупаемости гостиничных проектов и раньше составлял 15+ лет, сейчас, с учетом текущих условий, он увеличился. Как кандидат экономических наук, ведущая цикл дисциплин по инвестированию и девелопменту в индустрии туризма и отдыха, я хорошо понимаю, как считается инвестиционная привлекательность отрасли. А как руководитель предприятия вижу это на практике.
Мы понимаем: бюджет города требует пополнения, и туристический налог – один из источников. Именно поэтому не выступаем против самого налога. Отельеры Омска просят о взвешенном подходе, который позволит сохранить инвестиционную привлекательность отрасли и одновременно обеспечит стабильные поступления в бюджет. Ситуация в сфере гостиничного бизнеса (особенно в нетуристических регионах) сложная. Ее нужно менять, если хотим, чтобы в городе развивался промышленный туризм.
– Почему именно промышленный?
– Я в свое время в Москве защитила диссертацию на тему «Формирование маркетингового потенциала территории» на примере Омской области и убеждена, что именно промышленный туризм – наше конкурентное преимущество. У омских ученых великолепные разработки, в городе есть интересные предприятия, мы можем организовывать научные, спортивные, событийные мероприятия высокого уровня. Все отели Омска сильно зависят от проведения в городе деловых событий. Когда мероприятий нет – загрузка проседает до 35%, а когда проходит несколько одновременно, в городских отелях не хватает мест. Например, недавно Газпром проводил в Омске IT-мероприятие, и организаторы не могли разместить 2 тыс. участников! И дело не только в том, что не нашлось такого количества номеров. Существует грейд-политика (грейд – уровень, класс) в командировках – система, при которой лимиты на расходы, транспорт и проживание привязаны к должностному уровню сотрудника. Она позволяет компаниям оптимизировать бюджет и обеспечивать комфорт сотрудников пропорционально их ответственности и ценности для бизнеса. Поэтому на многих предприятиях есть правило: директор не может селиться в гостиницах ниже 4 или 3 звезд. Несмотря на то, что сейчас все поужались в расходах из-за текущей экономической ситуации, у большинства это правило сохранилось. И в Омске имеющихся 3-, 4-, 5-звездочных гостиниц оказалось недостаточно.
Мы понимаем, что проведение мероприятий требует ресурсов, и предлагаем туристический налог целевым образом направлять на развитие событийного и промышленного туризма. Это была бы отличная модель, при которой отрасль сама участвовала в формировании своего будущего. Турналог должен возвращаться в туристскую отрасль через эффективные для конкретного региона механизмы, а не перетекать в другие. Необходимо развивать туристскую инфраструктуру, и мы готовы участвовать в такой работе совместно с властью. Но чтобы это делать, принципиально важно определить перечень: что развивать, что нужно командированному в наш регион гостю, а что – туристам.
– Целевое расходование средств турналога закреплено законом?
– На текущий момент нет. В региональном департаменте финансов пояснили, что т.к. официально целевое расходование не закреплено, то на эти деньги планируется ремонтировать жилищно-коммунальную сферу. Отельеры с этим не согласны и хотели бы, чтобы средства направлялись на программы, поддерживающие индустрию гостеприимства: событийные мероприятия, прохождение классификации, обучение персонала, формирование бюджетных мест в профильных вузах. Это и называется «экономический кругооборот»: бизнес платит налог – власть направляет его на развитие отрасли – отрасль растет и обеспечивает еще больше поступлений. Такая модель всегда успешно работает. Если же поступления от турналога будут перетекать в сферу ЖКХ, то возникает вопрос: почему только гостиницы являются его плательщиком?
– Как выглядит номерной фонд омских гостиниц, готовых размещать участников мероприятий?
– Давайте посчитаем. Из крупных: «Амакс» (209 номеров), «Турист» (200 номеров), «Ибис» (169 номеров), «Маяк» (137 номеров), «Космос» (190 номеров), «50/60» (120 номеров), «Молодежная» (117 номеров), «Аврора» (119 номеров), «Иртыш» (76 номеров, муниципальный), «Ника» (120). Получается 1457 номеров. Остальные малыши, как мы, – до 50 номеров с общим номерным фондом около 200. Но точно подсчитать номерной фонд в городе сложно потому, что он часто бывает на стопе по ряду причин: где-то трубы потекли, где-то ремонт, где-то сломались кондиционеры и т.д. Такие малые объекты размещения, как «Флагман», создают баланс между крупными, т.к. позволяют точечно разместить сотрудников в месте командировки. Наш отель функционирует с 2008 года. Он имеет постоянных гостей и свою специфику: мы единственные в городе расположены в крупном бизнес-центре, где в зимнее время удобно решать все деловые вопросы, не выходя из здания. Плюс локация в непосредственной близости от центра, администрации города.
– Недостаток номеров в городе все же имеется?
– Все зависит от количества событий в регионе и их уровня. Отели неоднократно предлагали региональному Минкульту сделать календарь событий, чтобы гостиницы понимали, какие культурные, спортивные, деловые мероприятия намечаются в этом году, могли планировать свою загрузку и грамотно строить политику ценообразования. Но нам не ответили, видимо, потому что у разных ведомств свои планы. Еще раз подчеркну: ключевой параметр для отеля – это время. Не проданный сегодня номер – это упущенная выгода, которую невозможно компенсировать завтра. Вчерашние сутки я уже не продам.
– Время – деньги?
– Туризм – отрасль экономики. Развитие отрасли требует, чтобы решения принимались с учетом ее экономической природы. Для промышленного туризма и гостиничной индустрии, на мой взгляд, было бы эффективно рассмотреть возможность создания отраслевого подразделения при министерстве экономического развития, которое занималось бы координацией вопросов индустрии гостеприимства. Такая модель работает в ряде других регионов. Данное предложение мы хотим вынести на встречу с губернатором. Туризм – это деньги, инвестиции в регион! Приезжающие в регион (даже командированные) тратят гораздо больше средств не на проживание в отеле, а на питание, проезд, необходимые покупки, культурную программу и т.д.
Наше Министерство культуры великолепно справляется с развитием культуры в регионе. Об этом говорят и полученная «Золотая маска», и присвоение статуса «Культурная столица». Но для развития туризма, а я, повторю, уверена, что нам нужно развивать именно промышленный туризм, требуется отдельный департамент, который будет заниматься исключительно туризмом, гостиничной индустрией и курироваться специалистом экономического профиля. Сейчас в регионе явно не хватает аккумулирующего центра, который мог бы консолидированно решать межведомственные вопросы. Конечно, отели между собой общаются, пытаются взаимодействовать для общей пользы. Например, хотим сделать единый тариф на период массовых мероприятий. Что это даст? Если один отель полностью на стопе, а в другом есть свободные номера, можно будет по соглашению отправлять гостей туда по единой цене среди 3-звездочных и 4-звездочных. Также мы предлагали в условиях кадрового дефицита обсудить возможности аутстаффинга персонала (вывод сотрудников за штат компании, когда работодателем и кадровым агентом выступает агентство-посредник, а специалистов «арендует» другая организация). Когда у одного незагрузка и простаивает персонал, а у других не хватает горничных, можно будет поделиться.
В декабре я выступала в Томске на IV Сибирском форуме по промышленному туризму. Нам организовали экскурсию на производство, где делают выжимку живых клеток ели и пихты, которая лучше любых витаминов. В Омской области есть и лес, и возможности создать подобное, и свои интересные предприятия, которые можно показать гостям. Однако происходит это очень редко, только в рамках мероприятий, а их мало. Между тем именно такие события помогают формировать узнаваемость региона и конкретных производителей.
– Чувствуется, что вы – патриот города.
– Несмотря на то, что я не коренная омичка, я полюбила Омск с первого взгляда. Считаю, что это один из недооцененных городов России, и уверена: у него огромный потенциал. Поверьте, мне есть с чем сравнить, ведь я много езжу по стране, когда выступаю на мероприятиях. Здесь все великолепно, просто нужно немного «причесать» и придать нашим маршрутам лоск, включив в них коммерческую маржу. А это может сделать только экономист. Поэтому мне важно, чтобы диалог бизнеса и власти был максимально конструктивным.
– В том числе для этих целей в Омске ежегодно проходит туристско-транспортный форум. Участвуете?
– Да, это отличная площадка. Но она должна продвигать производителей для HoReCa, начиная от сувенирной продукции, техники, оборудования, посуды, постельного белья для отелей, спецодежды, тапочек и т.д., а отдана под другое – привлечь проходящих людей. Причина проста – нет идеолога и четкого видения, на кого рассчитано мероприятие. Кроме предприятий, производящих товары для сферы HoReCa, туда надо приглашать и перевозчиков. Что нужно командированному гостю? Хороший сон, трансфер и вай-фай. Все! «Яндекс-такси» из аэропорта запрашивает огромный тариф, и отели могли бы заключать договоры с омскими транспортными компаниями, но никто нас не объединяет. Мы готовы участвовать в формировании программы форума и делиться опытом.
– В Омске есть производства для HoReCa?
– Есть, и это ценный ресурс региона. К сожалению, о них мало известно широкому рынку. Есть замечательный опыт Китая, где экономические кластеры формируются по принципу «ромашки»: вокруг ключевого производителя создается экосистема поставщиков и смежных компаний. Это идеальная модель, и она вполне применима в Омской области. Пока же отельеры вынуждены закупать постельное белье в Иваново, тапочки – на маркетплейсах, мармиты (посуда для поддержания оптимальной температуры уже готовых блюд) – в Краснодаре.
– В прошлом году Омский горсовет утвердил некоторые льготы по турналогу. Какие для вас оказались самыми полезными?
– Да, это положительный шаг, за который мы благодарны. В частности, льгота предоставлена спортсменам и участникам СВО. Сейчас нужно доработать механизм ее применения, прежде всего в части документального подтверждения. Отельерам не всегда очевидно, как проверить подлинность документов, каким образом технически реализовать льготу при том, что налог уже включен в цену. Мы сами часто предоставляем скидки участникам СВО – рядом с нашим отелем находится госпиталь, и многие бойцы, ожидая госпитализации, у нас проживают.
– Вы просите дифференцировать налог с учетом типа и категорийности средства размещения?
– Сложились условия, когда фискальная нагрузка распределяется неравномерно. Федеральная норма по турналогу разрабатывалась с оглядкой на средние показатели по стране. Поэтому важно, чтобы на региональном уровне механизм адаптировался под местную специфику, ведь ФЗ «О защите конкуренции» говорит, что нельзя создавать разные условия для одинаковых объектов. 1% турналога для всех – было бы честно, а когда добавили условие «не менее 100 рублей» – нет. Приведу конкретный расчет. На момент введения турналога номер в нашем отеле стоил 3500 рублей. 1% от стоимости ночи без питания – 35 рублей, но по закону мы обязаны заплатить не менее 100 рублей. То есть за номер в отеле более высокой категории, например, «50/60» стоимостью 10 тыс. рублей налог 1% составит 100 рублей, у «Флагмана» – тоже 100 рублей. Но это уже не 1%, а в 2,5 раза больше, а в хостелах, где койко-место по 1000 рублей, налоговая нагрузка составит 4,5%. Выходит, что с одинаковой выручки, например, в 10 тыс. рублей, мы заплатим турналог около 300 рублей, а дорогие отели – 100 рублей. Другими словами, нам нужно три раза продать номер, чтобы получить такую выручку. У всех отелей один ОКВЭД, один вид деятельности, но фискальная нагрузка почему-то неравномерная. Мы просим органы власти рассмотреть возможность дифференциации ставки: например, для гостиниц категории «3 звезды» – закрепить 2%, для более высокой категории – свою ставку. Это принцип справедливости и пропорциональности налоговой нагрузки.
– Почему, на ваш взгляд, это не учли сразу при принятии закона?
– Дело в том, что средняя стоимость проживания в Москве гораздо выше. Но сейчас к нам москвичи приезжают и спрашивают: почему у нас отели такие дорогие. Потому что в Москве и Московской области не ввели турналог! Да, регионы, где есть туристический потенциал, не стали его применять. Понятно, что у Москвы и так бюджет пополняется, но интересы бизнеса в регионах тоже нужно учитывать! Мне странно слышать рассуждения: «Ну вы же отчитались с прибылью». Классическая формула любого предпринимательства заключается в том, что бизнес изначально создается для получения прибыли, а не чтобы заплатить все налоги и выйти в ноль. У собственника есть амортизация имущества, ему нужно содержать свои основные фонды, платить зарплату персоналу и т.д. А когда отрасль становится низкомаржинальной или совсем перестает приносить доход, происходит отток инвестиций из нее. В настоящее время есть системный риск, о котором мы честно предупреждаем: если налоговая нагрузка окажется несбалансированной, часть инвесторов и собственников гостиничного бизнеса может переключиться на форматы, которые не подпадают ни под классификацию, ни под туристический налог, – например, апартаменты и посуточная аренда квартир. Это уже наблюдается в ряде регионов. Такой сценарий не выгоден никому – ни бюджету (потому что теряется налоговая база), ни гостям (потому что снижается качество приема), ни отрасли. Поэтому предлагаем работать на опережение. Хочу подчеркнуть: рынок аренды жилья требует не запретов, а разумного регулирования, которое поставит все средства размещения в равные конкурентные условия.
– В Омске тоже развиваются сервисные апартаменты?
– Конечно, посмотрите, сколько их строят. И рынок аренды жилья у нас тоже никак не регламентируется. Как только ввели обязательную классификацию, мы начали проходить ее раз в три года. Государство приняло такое решение, чтобы вывести объекты гостеприимства из серой зоны. И в какой-то момент это удалось. Но сейчас может начаться обратная ситуация, ведь командированным не запрещено арендовать квартиры, которые не платят турналог. Это еще больше уронит спрос на гостиницы.
– Почему не все гостиницы стремятся пройти классификацию, некоторые обходятся без звезд? И что вам дает классификация?
– Классификация – это своего рода гарантия качества для потребителя. Она задает стандарт обслуживания: размер номерного фонда, наличие всех необходимых удобств, уровень сервиса. Крупные корпоративные клиенты, участники мероприятий часто имеют требования по звездности размещения, так что классификация расширяет круг наших потенциальных гостей.
– Вы много лет проработали преподавателем в ОмГУПС. Как получилось, что возглавили отель?
– Я 17 лет работаю в ОмГУПС, являюсь доцентом кафедры «Экономическая безопасность и управление финансами» и кафедры «Социально-культурный сервис и туризм». В 2019 году меня пригласили возглавить «Флагман», когда здесь была низкая загрузка. Пришла я на должность управляющего, а через три месяца мне предложили стать генеральным директором. С тех пор мы прожили разные времена, включая пандемию и период адаптации к новым экономическим условиям. Справились. Не залезли в кредиты. Сохранили коллектив.
Для развития туризма в Омске и области нужна совместная работа бизнеса и власти. В некоторых ситуациях без этого не обойтись. Приведу конкретный пример. Когда для гостевых домов запускали пилотный проект вывода из «серой зоны», в него вошли 18 регионов. По условиям, гостевые дома должны были пройти классификацию, войти в реестр и работать легально. Тем, кто не прошел процедуру, ограничивался доступ к платформам агрегаторов. Они рассылали владельцам гостевых домов уведомления об удалении их рекламы. Идея верная – легализация рынка. Однако агрегаторы запрет распространили на все регионы, включая те, которые в пилотный проект не вошли. В результате владельцы гостевых домов в Омской области оказались в ситуации, когда пройти классификацию они хотят, но не могут – регион не значится в списке пилотных, а заявка для его включения в пилотный проект не подавалась. Люди инвестировали существенные средства, готовы встречать гостей, транслировать сибирский культурный код, добросовестно работать, но не могут. Я знаю таких предпринимателей лично. Надеюсь, в ближайшее время Омская область тоже войдет в число пилотных регионов. Это тот случай, когда всего одно управленческое решение способно улучшить положение целой группы предпринимателей. Повторю еще раз: индустрия гостеприимства – это отрасль, где успех прямо зависит от качества диалога с властью. Когда бизнес и власть слышат друг друга, выигрывают оба.
Ранее интервью было доступно только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 15 июля 2026 года.
Фото © из архива Татьяны ЦЕЛЫХ