Библиофилам со стажем кажется, что книги начинают с ними разговаривать.
Эдуард ВЕРКИН
Сорока на виселице
М.: Эксо, Inspiria, 2025 год. – 512 стр.
Тираж 7000 экз
Невероятное дело: в 2025 году Национальную литературную премию «Большая книга» получил голимый научно-фантастический роман Эдуарда ВЕРКИНА «Сорока на виселице». Не магический реализм, не городское фэнтези, не фантастика как прием или элемент, а чистое без примесей Science fiction.
Критик Константин МИЛЬЧИН написал в «Известиях»:
– Но сколько вы встретили рецензий, которые объясняют, о чем эта книга, что именно там происходит, почему там так много бесконечных диалогов и так мало действия, в чем загадка? Наконец, почему так сложно?
Заметив, что «многие, прочитавшие ее взахлеб, говорят, что ждали-ждали, когда же все начнется, а оно так и не началось и им обидно», он дает свое понимание:
– «Сорока на виселице» – величественный и холодный роман о ире, где прогресс зашел далеко вперед, но люди в массе своей не готовы его ни понять, ни принять. Катастрофы пока не происходит, но она вполне возможна, ее предчувствие висит над миром, как виселица нависает над брейгелевскими крестьянами на одноименной картине.
Сразу несколько рецензентов независимо друг от друга предлагают переименовать роман на «В ожидании Большого жюри». И действительно, по структуре (и не только) это очень похоже на Сэмюэля БЕККЕТА. Среди предшественников чуть ли не каждый рецензент называет СТРУГАЦКИХ и ЛЕМА (прежде всего «Далекую Радугу» и «Солярис» – да, не без них, но не самые близкие аналоги «Сороки...»). ВЕРКИН и не скрывает, упоминая между делом «Фиаско». «Беспокойство» и Каммерера. А также западных писателей-фантастов ВИНЖА, ИГАНА и СОЙЕРА. Впрочем, кого он только не упоминает – от ОРИГЕНА до КОЛЬРИДЖА.
Перед нами лабиринт, выход из которого неизвестен никому. Можно выдать с полдюжины интерпретаций, но главный вопрос другой: с чего вдруг такой резонанс? Неужели всех взволновали проблемы далекого будущего? Сомневаюсь. ВЕРКИН явно попал в какой-то нервный узел. Сегодняшний! Мир изменился и мы – именно мы – теряем ориентиры. Мы здесь на планете Земля, а не на планете Реген, находимся в лабиринте, выход из которого неизвестен.