Все рубрики
В Омске пятница, 19 Октября
В Омске:
0
Пробки: 2 балла
Курсы ЦБ: $ 65,7238    € 75,5692

Сергей ШЕВЧЕНКО, гендиректор ООО «Магнит»: «Если в Новосибирске для сортировки мусора я брал двуруких роботов, то в Омске обойдемся однорукими»

8 октября 2018 06:42
1
3011

30 июля новосибирское ООО «Магнит» стало победителем конкурса по выбору регионального оператора Омской области по вывозу мусора. Контракт заключен на десять лет. 26 августа генеральный директор компании Сергей ШЕВЧЕНКО общался с врио губернатора Александром БУРКОВЫМ, на следующий день – с мэром Омска Оксаной ФАДИНОЙ, а уже 28-го нанес визит в редакцию «Коммерческих вестей» на «кухонные посиделки». Вопросов была масса, а времени, к сожалению, намного меньше. Обозреватель «КВ» Анастасия ПАВЛОВА записала лучшие моменты этой интересной беседы.

Мусор, юридические лица и старый Омск

– На конкурсе вы представляли ООО «Магнит». Судя по информации из открытых источников, солидных активов и выручки у компании за спиной нет. Расскажите о себе и своем опыте работы в этой отрасли.

– Я с Ямала, хотя родом из Казахстана. Родился в 350 км от Омска в поселке Заозерном. В детстве бывал в Омске – здесь учились мои родители, познакомились в сельскохозяйственной академии (сейчас они живут в Алтайском крае). Поэтому для меня Омск – достаточно знакомая, можно даже сказать, родная местность. Отучившись, я попал на Север, создал компанию, занимался нефтяным, газовым бизнесом, строительством. Затем заинтересовался мусором. Для меня вообще эта тема началась неожиданно. Я, очевидно, считал себя небожителем и, подъезжая к мусорному баку, выкинул из окна машины мешок. До бака он не долетел, порвался, но я поехал дальше. На светофоре ко мне в окошко постучала девушка. Я тогда жил на Севере, строил газопроводы, машина у меня была дорогая, я был такой крутой… Я опустил стекло… и она кинула мне в салон мой же порванный мешок мусора, спокойно пойдя дальше. Я, конечно, рванул было вслед, но потом до меня дошло, что я сделал... Все началось с компании «Инновационные технологии» в Ямало-Ненецком автономном округе – сейчас это их региональный оператор. Там у нас в холдинге и перерабатывающая компания, и транспортное предприятие, и предприятие по утилизации буровых отходов. И в итоге мы недавно создали управляющую компанию, которая управляет этим бизнесом – ООО «Стандарт Рециклинг Групп». Я ее возглавляю, являюсь ее акционером. Собственно, в нее и входит «Магнит».

– Почему все пишут, что вы входите в группу компаний «ВИС»?

– «ВИС» – это наши друзья, партнеры. «Магнит» – выходец из Новосибирска. Началось с того, что я возглавлял проект новосибирской концессии, вокруг которой было много шума. Хотя эту концессию озвучивали как лучшую в стране, самую крупную и правильно сложенную.

-Это проект строительства в Новосибирской области двух мусороперерабатывающих заводов?

– Да. Понятно, что ситуацию с ними раскачивали люди, которые занимались мусором, люди, которые годами получали нал, кэш (то же самое происходит сегодня и в Омске). Я не являюсь акционером ООО «ВИС», я только представлял интересы генерального директора «ВИС» Игоря СНЕГУРОВА, купившего эту концессию у инвестора, который ее первоначально затеял.  Игорь Адольфович попросил меня посмотреть проект, когда тот находился уже на стадии развала. Мы давно знакомы и сотрудничаем, но у Игоря Адольфовича свой бизнес (он глобально занимается строительством), а я занимаюсь только мусором. Полтора года бился с ветряными мельницами, но концессия сегодня живет. Первым делом я просчитал оборудование, экономику, цели и выяснил, что концессия раздута: инвестиций там столько не нужно. Мы пересчитали концессию с 6,5 млрд. руб. до 4,2 млрд. руб. – соответственно, стал  ниже тариф на мусор. Потом мы пересмотрели технологии. Там было заложено строительство  полигонов площадью более 80 га, мы уменьшили их до 16 га. И фактически упаковали эту концессию в 3 с лишним миллиарда.

Для того чтобы побороться с транспортными предприятиями, которые пытались всю эту историю развалить,  мы (но не «ВИС») купили компанию «Магнит», имеющую лицензию на перевозку мусора. Вышли этой компанией в противовес девяти компаниям по перевозке. Когда проблема с концессией решилась, мы с «ВИС» занялись каждый своим проектом.

– То есть к нынешнему новосибирскому региональному оператору – ООО «Экология-Новосибирск», входящему в группу «ВИС», вы отношения не имеете.

– С новосибирским оператором я не связан ни финансово, ни юридически, только иногда консультирую по вопросам оборудования, например. Проблема в том, что на сегодня нет понятного механизма инвестирования, мы все делаем на собственные средства и кредиты. Государство только сейчас пришло к тому, чтобы хоть как-то помогать, легализовывать этот бизнес, очень важный, социально ориентированный. Даже здесь, в Омске, начались разговоры, что появился какой-то пришлый из Новосибирска, сейчас тариф задерет! Я одному местному директору, который начал мне говорить по поводу пришлых, так и сказал: вы руководитель от словосочетания «руками водить»: по Омску проехать страшно, здесь просто свинарник. А ведь я помню его красивым городом, которым все восхищались. Для нас в детстве поездка в Омск была как в Москву. Мы приезжали сюда к родственникам на каникулы, гуляли… А недавно проехал по омским заводам, искал участки под сортировочные линии и ужасался словно нейтронная бомба пролетела!

Мусор, экономика и планы

– В условиях контракта указано, что ваша выручка за 10 лет должна быть 32,5 млрд. рублей, то есть около 3 млрд. рублей в год. Это вам гарантирует область или это ваши предположения о заработке?

– Это предполагаемая цифра, соразмерная инвестициям. Наш предварительный расчет превышал цифру в 32 млрд., но регион тоже произвел свои подсчеты по поводу того, как решить проблему утилизации мусора. Мы оценили свое экономическое и технологическое состояние, просчитали сложность транспортной составляющей и решили поучаствовать в конкурсе. Различные структуры мешали нам в нем участвовать, но мы сочли уже делом принципа дойти до конца. Мы понимали, сколько можем инвестировать сами, какие банковские средства можем использовать, какие объекты вторичной и третичной переработки мусора мы в состоянии создать.

– И какие же?

– Мы не планируем строить какие-то масштабные площадки, полигоны по 35-40 га, мы вкладываем деньги в глубокую сортировку мусора. Чем больше мы отсортируем, тем меньше захороним в полигон. Будем пересматривать существующую территориальную схему, в которой 22 сортировочные линии (а к каждой сортировке нужно построить полигон). Мы предлагаем построить один сортировочный завод в Омском районе и еще один в Таре. Получится два межмуниципальных кластера, а все промежуточное в области будет вывозиться через мусороперегрузочные станции. Все эти инвестиции будут возвращаться через тариф. В какой-то небольшой части, возможно, будет помогать область. Сейчас мы приобрели на Омск четыре установки: три линии грануляции с отмывочными линиями (целый комплекс стоимостью около 300 млн. рублей), линию для ПЭТ-переработки. Будем устанавливать. До нового года планируем поставить две временные сортировочные линии в разных частях города.

– Так все-таки эти 32,5 млрд. – ваша гарантированная выручка?

– Это плановая цифра, не догма. Она не может быть больше, но меньше – легко. Скоро пройдет конкурс на транспортировку, у перевозчиков тоже будет максимальная планка, и торги пойдут на понижение.

– С первого января следующего года ни одна машина без вашего ведома не имеет права вывезти мусор?

– Да, все только через нас. Мы поделим на лоты по сложности. Для каждого будет прописана конкурсная масса. Переходы через реки, например, требуют определенный транспорт закрытого, герметичного типа. То, что сейчас есть, это старье, по-другому не назовешь. Машины какие-то грязные, чумазые, в масле, просто ужас. В области почти нет баков, недостаточно мусоровозов, кое-где еще возят тракторами. Места, где нет перевозчиков, мы выделили отдельно – например, Усть-Ишим. Край географии... Учитывая, что я много лет проработал на Ямале, где много рек, болот, переходов, для меня понятны и даже интересны подобные задачи. Понятно, что борьба развернется за город Омск.

– Сколько будет лотов?

– В Омске – шесть. Планируем также прекратить пересечения внутри сетей, внутри МКД и ИЖС, понимая проблематику. Сейчас нередко идут три мусоровоза, они заворачивают во двор, один мусоровоз забирает бак у одного дома, другой – у другого, третий – у третьего. Люди не замечают, что тариф растет как раз из-за этого! В районе больше не будет десять мусоровозов от разных компаний, все поделим географически. Обслуживаться будут не ТСЖ или УК, не дома, а именно районы – Советский отдельно, Кировский отдельно и так далее.

Мусор и его утилизация

– Из чего складывается стоимость утилизации мусора? Объясните нам экономику, пожалуйста.

– Стоимость утилизации складывается из прямых на нее затрат. Мы же не можем просто пойти и закопать мусор в лесу – это не утилизация. Что самое опасное в мусоре? Выделяемый газ и тот фильтрат, который образуется от открытого попадания воды. В Омске очень много верхней воды, есть риск прямого попадания в Иртыш, чего нельзя допускать. С учетом здешних химических производств попасть в воду может что угодно. Поэтому полигон – гидротехническое сооружение, которое не дает опасным стокам уходить в землю.

Газ же образуется от гниения органических отходов. Если их не будет, то и гнить особо будет нечему. Для переработки органики мы будем ставить чешскую установку по компостированию.

Тариф будет строиться из захоронения и обработки. Чем больше переработки, тем меньше надо будет захоранивать. Далее – зарплата, налоги, топливо, электроэнергия. Но захоранивать в Омске сейчас негде – есть только временное накопление. За что потом кому-то придется заплатить. В области  существует только четыре лицензированные площадки, и они очень удалены от областного центра. То есть по факту у Омска вообще нет полигонов. Мы облетели всю территорию на вертолете, объездили на автомобиле, чтобы понять расположение населенных пунктов, логистику, состояние трасс. Учитывая, что контроля нет, отходы в основном вывозились за пределы города – несанкционированных свалок очень много.

– Какая часть мусора будет оставаться на полигоне?

– Все будет зависеть от сортировки. Сначала нужно дождаться результатов морфологического разбора. Но в Омске сырье гораздо чище, чем в Новосибирске, соответственно, технологии могут быть попроще. Если в Новосибирске я брал двуруких роботов, то в Омске обойдемся однорукими.

– Чище, чем в Новосибирске?!

– А что вы думаете: Новосибирск –  догма? Это достаточно депрессивный город. Видимо, это связано с качеством  площадок в Омске. Больше евробаков с закрывающимися крышками.

– Так что насчет свалок?

– Слава богу, государство взяло на себя обязательства убрать все несанкционированные свалки, и мы более охотно участвуем в создании новых объектов. Потому что взять площадку и нести потом ответственность за 30 – 40-летние накопление отходов было бы непросто. Но для того чтобы остановить этот порочный круг массированного накопления, и нужно внедрять технологию возврата в оборот вторичного сырья. Основная упаковка – ведь это полимеры, которыми является даже одежда. Вот прихожу я в магазин, написано «шелк». Говорю дайте попробовать поджечь. Шелк должен гореть, а не плавиться. «Да вы что, это Италия!» Дают лоскуток, я поджигаю. Он плавится! Значит, это полимер! Может не на 100%, но на 70% точно. Бывшая ПЭТ-бутылка. Возьмем полиэтилен – процесс распада займет 50 лет. А 300 лет – процесс гниения! В детстве помню, как поджигали свалки, чтобы их минимизировать. Сейчас это очень опасно! Потому что там куча пластика. Два вдоха полистирол – смерть. Вздрагиваю, когда слышу про «новые технологии» в строительстве – несъемную опалубку из полистирола. Люди сами строят себе саркофаг, из которого даже бежать бесполезно. Поэтому наша задача – на сортировке в первую очередь максимально отобрать полимеры.

– Во сколько вы оцениваете свои вложения?

– Для той массы отходов, которая сейчас образуется, потребуется два завода, как я уже сказал. В Таре завод будет мощностью 200 тысяч тонн в год – его строительство потребует около 700 млн. рублей (с учетом всей инфраструктуры). А Омский выйдет в 3 – 4 млрд. рублей. В декабре этого года запустим две временные линии (по 60 млн. руб.) – полуавтоматы: отбив органику (чешская установка), пакеторазрыватель, вихретоковый сепаратор (отбор цветного металла) и ручную сортировку крупного пластика – он мне интересен для переработки – буду ставить в Омске завод. Все отобранное и не ушедшее на переработку (очищенное от органики) будет складываться в кубы, но они не пойдут на захоронение – будут стоять до появления заводов  с автоматической линией, которая разберет их на 22 фракции. Мы обязательно позовем экскурсии, и вы увидите, например, пакеторазрывательную машину. Люди у нас участвуют только на контроле качества, чтобы правильно фракции разошлись – человек не может качественно отобрать мусор. Лично убедился в этом, когда вставал на сортировку мусора – две недели отработал на восьмичасовых сменах. Машины разделят отходы (отделим органику от неорганики), уберут грязь, запах. А уже потом с этим потоком сможет работать человек.

– Где они будут находиться?

– Одна в районе Ленинского полигона (просим 4 га рядом с ним) и в районе Кировского. Я был вчера на совещании у главы города, был у заместителя председателя правительства региона. Они очень озабочены этой темой и ростом тарифа. Сразу скажу – он, конечно, будет: не может новый автомобиль стоить меньше подержанного, который ты эксплуатировал 20 лет. Я не могу назвать вам приблизительную цифру, потому что все будет зависеть от того, как пройдет конкурс транспортников. У нас много требований к качеству перевозки. Это и вопрос контроля, который многим сильно не понравится. Так как контролироваться будет каждый мусорный бак – все баки будут чипованы. Мы будем видеть, когда забрали бак, кто забрал, куда повез. Все машины будут полностью под контролем. Будет система учета, по которой машина заезжает на весы, ее сканируют – от договора до фамилии водителя. Все будет выкладываться в общий доступ. Любой человек сможет спокойно зайти в программу «ГИС-ЖКХ» и посмотреть, сколько мусора произвел его дом или УК. Мы уже сейчас изучаем на омских полигонах, какой мусор и сколько привозят, что раздражает некоторых ранее занимавшихся этим бизнесом.

– Какой общий объем отходов в Омске?

– По региону образовывается 1 150 000 тонн. Город производит где-то 920 000 тонн в год. Это огромнейшее количество мусора.

– Взимать плату будете с квадратного метра или человека?

– С человека. Не квадратные метры же производят мусор, а люди.

– Собирать деньги будете напрямую?

– Да. Тут изначально только два варианта – собирать деньги напрямую или банкротить УК, потому что мы прекрасно знаем, как они работают и как теряются деньги.

Мусор, чиновники и дети

– Достоевский называл Омск «болотистым, чиновничьим» городом. С тех времен ничего не изменилось. Чиновников садят ежегодно, но меньше их не становится, а утилизируют у нас только бюджетные деньги. Вдруг оказывается, что завысили тариф (утвержденный РЭК, кстати) – и КАЛИНИНА отправили в СИЗО. Будьте там аккуратней! Теперь приехали вы – мусор разделять. Что народ думает? Видали мы таких!

– Знаете, вот я недавно был в командировке в Европе. У нас поставщик – голландская компания Nihot, первая в мире научившаяся обрабатывать мусор баллистически – отделяя круглое и плоское. Я попросил его руководителя Стива МИЛЛЕРА показать мне мусоросжигательный завод в Амстердаме. Объем небольшой, а субсидии для него огромные. Голландцы не платят за вывоз рассортированного мусора, только за тот мусор, который везут на сжигание. Но за это тариф очень большой. Поэтому они заинтересованы больше сортировать, меньше оставлять на сжигание. Поэтому сжигают там очень мало. Я лично сторонник того, чтобы население разделяло мусор на органический и неорганический.

Но вот пример из жизни. Пять лет назад я жил в Нефтеюганске. Как оператор поставил бак для раздельного мусора рядом с самым цивилизованным, как там считается, предприятием – «ЮганскНефтеГаз». Это дорогие машины, шикарные шубы. Я поставил отдельный контейнер, чтобы туда бросали ПЭТ-бутылки – кока-колу и все такое прочее. Мы поставили, чтобы посмотреть: что цивилизованный человек будет делать. И вот картина: 8 часов утра, везу ребенка в садик, идет шикарная молодая женщина на шпильках, в дорогой шубе, несет пакет с мусором. И она этот пакет минут десять пыталась засунуть в небольшое отверстие  для ПЭТ-бутылок! Я не выдержал, подошел: «Вам помочь?» Она молча на меня посмотрела и продолжила пихать. Я объяснил: «Это контейнер для ПЭТ-бутылок, а для несортированного мусора вот он рядом – бак». Честно говоря, сказал далеко не так вежливо, как пересказываю сейчас вам. Так что – не хотите сортировать? Значит, будете платить компании, которая за вас это сделает. Вы ведь платите людям, которые делают у вас дома ремонт? Если же считаете, что для вас это слишком дорого – сортируйте дома сами.

– Для этого людей надо воспитывать.

– Вот мы в Нефтеюганске решили устроить для школьников соревнование – кто больше соберет ПЭТ-бутылок. Затем к этой акции подключили сбор макулатуры. Участники получили призы – компьютеры, видеопроектор и другое. Лучший класс, кто собрал больше макулатуры (самый младший, кстати), мы отправили на четырехдневную экскурсию в Тобольск. А я на этом заработал 1,5 млн.!

– А где они собирали все это?

– По бакам никто не лазил, не беспокойтесь. Это наподобие акций «Чистый город», которые проходят в Новом Уренгое, Ноябрьске. Люди разбирают несанкционированные свалки, а мы бесплатно принимаем на переработку. Дети очищают лес и так далее. Людям ведь просто надо объяснять: если вы будете разделять мусор, то ПЭТ заберет Коля, ПНД переработает Маша, бумагу заберет Стас, и за это мы платить не будем, вывезти – это их забота. У нас останется всего-то вот эта кучка, за вывоз которой на полигон мы и заплатим, а стоимость разбросаем на весь дом. А если стоит десять бачков, то оператор почему должен бесплатно это сортировать и вывозить? С тех, у кого нет совести, кто не будет платить, будем взыскивать через суд. Но начнем мы с работы с детьми, иначе эту систему никогда не побороть. Если сын скажет отцу, что эту бутылку из-под пива нужно выбросить туда-то, то папа послушает сына, а не какого-то коммерсанта из ООО «Магнит». Вот когда мне ребенок говорит «не кури»… Находясь с сыном в отпуске,  я реально не курил, потому что мне было неприятно, когда мой ребенок делает мне замечание.

– Сколько у вас детей?

– Двое: старший сын окончил школу в этом году, младший пошел в третий класс. Старший со своими друзьями регулярно подрабатывал на моем производстве – то велосипеды себе покупали, то путешествовать собирались… Мы однажды их на сутки потеряли: ребята сколотили плот и уплыли по Оби. Мы чуть с ума не сошли, подняли авиацию, пароходство, искали трех мальчишек… Нашли их за 62 км!

– А вы готовы финансировать эту работу с детьми?

– Конечно. Кроме нас, этим никто больше и не займется.

– Кстати, 20 лет назад у нас тоже хотели построить мусоросжительный завод...

– У вас его построили, но не запустили. На территории Омскполимера есть установка по сжиганию ТБО. Здание небольшое, похожее на котельную с узким проходом. Даже по документам оно числится как завод по сжиганию ТБО. Но его не запустили. Сжигание в принципе не может быть дешевле, чем переработка или захоронение с точки зрения тарифа. В чем целесообразность? Опять же, выделение вредных веществ, как я уже говорил, от сгорания полимеров.

Мусор и рабочая сила

– Уже есть понимание, сколько вам понадобится работников?

– Через три года у нас должен пойти плановый цикл переработки, сортировки. Приблизительная цифра – 1300 человек по Омску, около 1000 в области. В декабре в связи с запуском двух временных линий планируем набрать три смены – человек 300.

– Каков будет средний уровень зарплат?

– 45 000 – 54 000 рублей. Вне зависимости от региона у нас такой уровень зарплат на всех заводах. У людей, правда, нет особого понимания, что такое мусоросортировочный  завод – мол, фу, это же в помоях ковыряться. Мы, например, не можем набрать людей в Надыме или Тарко-Сале. Зарплату предлагаем достойную, но местные предпочитают получать пособие по безработице, чем идти к нам на сортировку. Когда мы набираем работников вахтовым методом, то власть возмущается, что там своих полно безработных. Теперь обращаемся в местную службу занятости, УФСИН, в сельские районы.

– НДФЛ будете платить в Новосибирске?

– Нет, перерегистрируем юридический адрес в Омск. Сейчас ведем переговоры по длительной аренде офисного здания.

– А куда вы собираетесь девать бомжей, которые живут на свалках?

– Будем исходить из практики Нового Уренгоя. Там на полигоне жило человек 30 – мужчины и женщины, строили шалаши. Площадка была сложной, как раз запустили мусоросортировочный комплекс, нужны были на работу люди. Мы поставили теплые, чистые дома на колесах, кухни. Я пошел к этим ребятам, предложил им работу, жилье, помощь в оформлении документов. Председатель их общины спросил: «Сколько будете платить?» Я ответил – «1500 рублей в день». Он достал из кармана полторы тысячи, протянул мне их, сказал: «Не приходи сюда больше». Понятно, что усыновить всех омских бомжей я не смогу, но предложить работу – предложу. Но не уверен, что они согласятся.

Ранее интервью  полностью было доступно только в печатной версии газеты "Коммерческие вести" от 12 сентября 2018 года

Loading...




Комментарии через Фейсбук

misha_86 8 октября 2018 в 20:34:
Это он о своих сотрудниках так?
Показать все комментарии (1)

Ваш комментарий




Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.