Все рубрики
В Омске пятница, 10 Июля
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 70,8800    € 80,4134

Полный текст мотивировочной части отказа Омского облсуда в признании антиконституционным распоряжения губернатора о режиме изоляции

10 июня 2020 20:53
2
5546

Омский областной суд посчитал полномочия губернатора достаточными, чтобы ограничить свободу передвижения в регионе. 

Три гражданина Омской области – независимо друг от друга — индивидуальные предприниматели Аркадий ЮДИН и Владислав КЛЕВАКИН, а также юрист Алексей СПИРИН подали в суд административные иски на губернатора Омской области. Они попытались оспорить распоряжение Александра БУРКОВА от 17 марта 2020 года № 19-р «О мероприятиях по недопущению завоза и распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Омской области», включая все последующие изменения.

Все три дела Омский областной суд объединил в одно производство, где интересы всех заявителей стал представлять Алексей СПИРИН. Ему противостояла дружная команда юристов: Дмитрий ДИДЕНКО, начальник управления судебной и административно-правовой работы Главного государственно-правового управления Омской области, его зам – Мария КОСТЕНКО и представляющая интересы минтруда Александра ПУЗЫРЕВА. С которыми была солидарна и Наталья БИЕНКО из прокуратуры Омской области.

Юристы представили «Коммерческим вестям» текст решения судьи Омского областного суда Александра ИЛЛАРИОНОВА, принятого в начале июня. По традиции представляем читателям сам документ: мотивировочную часть этого решения, которое еще не вступило в законную силу и еще может быть обжаловано (далее идут формулировки из решения суда):

— Ссылаясь на положения федерального и областного законодательства, административные истцы просят признать недействующими следующие положения подпункта 6 пункта 7 распоряжения № 19-р (в редакции, действующей на указанный день рассмотрения дела): абзац первый, устанавливающий обязанность граждан с 1 апреля по 14 июня 2020 года не покидать места проживания (пребывания), за исключением случаев, приведенных в указанном подпункте; абзац седьмой, предусматривающий выгул домашних животных на расстоянии, не превышающем 100 метров от места проживания (пребывания); абзац пятнадцатый в части распространения порядка передвижения на территории Омской области также на передвижение транспортных средств, как нарушающие право на свободу передвижения и противоречащие актам, имеющим большую юридическую силу.

Административный истец СПИРИН А.А. также просит признать недействующим абзац десятый подпункта 6 пункта 7 распоряжения № 19-р  в части слов «адвокатской палаты (адвокатских образований, адвокатов)», как нарушающий право на труд и оказание квалифицированной юридической помощи лицами, не являющимися адвокатами, и противоречащий актам, имеющим большую юридическую силу.

Заслушав объяснения СПИРИНА А.А., действующего в качестве административного истца и представителя административных истцов ЮДИНА А.В., КЛЕВАКИНА В.Е., указанных выше представителей Губернатора Омской области, Правительства Омской области, Министерства труда и социального развития Омской области, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора БИЕНКО Н.В., полагавшей административные исковые заявления не подлежащими удовлетворению, и судебные прения, Омский областной суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Согласно пункту «з» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации осуществление мер по борьбе с катастрофами, стихийными бедствиями, эпидемиями, ликвидация их последствий находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам (части 2, 5 статьи 76 Конституции Российской Федерации).

Подпунктом 5 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от6 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета), отнесено решение вопросов предупреждения чрезвычайных ситуаций межмуниципального и регионального характера, стихийных бедствий, эпидемий и ликвидации их последствий, реализации мероприятий, направленных на спасение жизни и сохранение здоровья людей при чрезвычайных ситуациях.

Федеральным законом от 21 декабря 1994 года № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (далее – Федеральный закон № 68-ФЗ) предусмотрено введение режима повышенной готовности при угрозе возникновения чрезвычайной ситуации – обстановки на определенной территории, сложившейся в результате, в частности, распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, которое может повлечь или повлекло за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей или окружающей среде, значительные материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности людей (статья 1, подпункт «б» пункта 6 статьи 4.1 Федерального закона № 68-ФЗ).

В статье 2 Федерального закона № 68-ФЗ закреплено, что правовое регулирование отношений в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций основывается на общепризнанных принципах и нормах международного права и осуществляется данным Федеральным законом, принимаемыми в соответствии с ним федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

Статьей 11 Федерального закона № 68-ФЗ предусмотрены полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций. В частности, указанные органы:

— принимают решения об отнесении возникших чрезвычайных ситуаций к чрезвычайным ситуациям регионального или межмуниципального характера, вводят режим повышенной готовности или чрезвычайной ситуации для соответствующих органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций (подпункт «м» пункта 1 статьи 11 Федерального закона № 68-ФЗ);

— устанавливают обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации в соответствии с подпунктом «м» данного пункта (подпункт «у» пункта 1 статьи 11 Федерального закона № 68-ФЗ, введенный Федеральным законом от 1 апреля 2020 года № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций»);

— с учетом особенностей чрезвычайной ситуации на территории Российской Федерации или угрозы ее возникновения во исполнение правил поведения, установленных в соответствии с подпунктом «а.2» статьи 10 Федерального закона № 68-ФЗ, могут устанавливать дополнительные обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации в соответствии с подпунктом «а.1» статьи 10 Федерального закона № 68-ФЗ (подпункт «ф» пункта 1 статьи 11 Федерального закона № 68-ФЗ, введенный Федеральным законом от 1 апреля 2020 года № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций»).

В соответствии с пунктом 3.2 статьи 6 Закона Омской области от 20 декабря 2004 года № 586-ОЗ «О защите населения и территорий Омской области от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» режим повышенной готовности на территории Омской области вводится Губернатором Омской области.

В этой связи в целях предотвращения распространения на территории Омской области новой коронавирусной инфекции (COVID-19) распоряжением № 19-р в Омской области введен режим повышенной готовности для органов управления и сил территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций Омской области.

Принятие Губернатором Омской области правового акта в форме распоряжения предусмотрено статьей 48 Устава (Основного Закона) Омской области.

Согласно подпункту «а.2» статьи 10 Федерального закона № 68-ФЗ Правительство Российской Федерации устанавливает обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации.

На основании данной статьи постановлением Правительства Российской Федерации от 2 апреля 2020 года № 417 утверждены Правила поведения, обязательные для исполнения гражданами и организациями, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (далее – Правила № 417).

Правила № 417 устанавливают, что при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации граждане обязаны: соблюдать общественный порядок, требования законодательства Российской Федерации о защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения; выполнять законные требования (указания) руководителя ликвидации чрезвычайной ситуации, представителей экстренных оперативных служб и иных должностных лиц, осуществляющих мероприятия по предупреждению и ликвидации чрезвычайной ситуации (подпункты «а», «б» пункта 3).

При угрозе возникновения или возникновении чрезвычайной ситуации гражданам запрещается: осуществлять действия, создающие угрозу собственной безопасности, жизни и здоровью; осуществлять действия, создающие угрозу безопасности, жизни, здоровью, санитарно-эпидемиологическому благополучию иных лиц, находящихся на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации (подпункты «в», «г» пункта 4 Правил № 417).

В соответствии с положениями, закрепленными подпунктом «у» пункта 1 статьи 11 Федерального закона № 68-ФЗ, распоряжением № 19-р предусмотрены, в частности, правила поведения граждан при введении режима повышенной готовности, включая правила, закрепленные в оспариваемом административными истцами в части подпункте 6 пункта 7 распоряжения № 19-р.

В силу абзаца пятого статьи 19 Федерального закона № 68-ФЗ граждане Российской Федерации обязаны выполнять установленные в соответствии с данным Федеральным законом правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации.

Кроме того, Указом Президента Российской Федерации от 2 апреля 2020 года № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» высшим должностным лицам (руководителям высших исполнительных органов государственной власти) субъектов Российской Федерации было поручено обеспечить разработку и реализацию комплекса ограничительных и иных мероприятий с учетом положений данного Указа, исходя из санитарно-эпидемиологической обстановки и особенностей распространения коронавирусной инфекции (COVID-19) в субъекте Российской Федерации, в том числе установить особый порядок передвижения на соответствующей территории лиц и транспортных средств, за исключением транспортных средств, осуществляющих межрегиональные перевозки (пункт 2 названного Указа).

Действие мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) впоследствии было продлено Указом Президента Российской Федерации от 28 апреля 2020 № 294.

В настоящее время порядок продления действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения в субъектах Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) определен Указом Президента Российской Федерации от 11 мая 2020 года № 316, согласно которому высшим должностным лицам (руководителям высших исполнительных органов государственной власти) субъектов Российской Федерации поручено обеспечить установление в случае необходимости особого порядка передвижения на соответствующей территории лиц и транспортных средств, за исключением транспортных средств, осуществляющих межрегиональные перевозки (подпункт «в» пункта 2).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что распоряжение № 19-р принято Губернатором Омской области в рамках предоставленных федеральным и областным законодательством полномочий.

При принятии распоряжения № 19-р, а также распоряжений Губернатора Омской области, внесших изменения в оспариваемый акт, соблюдена процедура, установленная Законом Омской области от 21 ноября 2002 года № 409-ОЗ «О нормативных правовых актах Омской области» (далее – Закон № 409-ОЗ), Регламентом Правительства Омской области. Соответствующие проекты правовых актов согласованы с заинтересованными органами и лицами, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела доказательства.

Распоряжение № 19-р, а также распоряжения Губернатора Омской области, внесшие изменения в оспариваемый акт, официально опубликованы на «Официальном интернет-портале правовой информации» в порядке, определенном Губернатором Омской области.

С учетом изложенного суд считает, что распоряжение № 19-р принято с соблюдением требований к порядку его принятия и введения в действие.

Принятие оспариваемого акта в форме распоряжения, а не указа Губернатора Омской области, на что обращают внимание административные истцы, ссылаясь на положения областного законодательства, в том числе статью 48 Устава (Основного Закона) Омской области, не влечет признание оспариваемых положений распоряжения № 19-р недействующими.

Из пункта 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации следует, что требования об оспаривании нормативного правового акта полностью или в части подлежат удовлетворению только в том случае, если оспариваемый нормативный правовой акт полностью или в части признается не соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

В этой связи ненадлежащая форма (вид) нормативного правового акта (наименование нормативного правового акта) может повлечь признание его недействующим только при условии противоречия имеющему большую юридическую силу нормативному правовому акту.

Между тем суд, проанализировав положения абзацев первого, седьмого, десятого, пятнадцатого подпункта 6 пункта 7 распоряжения № 19-р (в редакции, действующей на день рассмотрения дела), оспариваемые административными истцами, приходит к выводу об их соответствии требованиям нормативных правовых актов, имеющих большую юридическую силу, исходя из следующего.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 27) и международными актами о правах человека каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства.

В то же время Конституция Российской Федерации и Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года предполагают, что на органы государственной власти возложена обязанность действовать наиболее эффективным образом для сохранения жизни и защиты здоровья людей.

В силу пункта 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года и пункта 3 статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подписан в г. Страсбурге 16 сентября 1963 года) право на свободное передвижение может быть ограничено в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения либо прав и свобод других лиц.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней», в силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Общие конституционные и международно-правовые нормы нашли свое развитие в положениях законодательства Российской Федерации, позволяющих органам государственной власти субъектов Российской Федерации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций устанавливать режим повышенной готовности, а также обязательные правила поведения при введении данного режима для защиты жизни и здоровья (подпункты «м», «у» пункта 1 статьи 11 Федерального закона № 68-ФЗ).

Принятые Губернатором Омской области в оспариваемых положениях абзацев первого, седьмого, десятого, пятнадцатого подпункта 6 пункта 7 распоряжения № 19-р правила предопределяются степенью угрозы распространения на территории Омской области новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Данная инфекция постановлением Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 года № 66 включена в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, поскольку может повлечь многочисленные человеческие жертвы, нанесение ущерба здоровью людей.

Рассматриваемые меры, направленные на предупреждение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), сопровождаются государственной поддержкой наиболее уязвимых сфер экономики, материальной поддержкой широких категорий граждан. Это подтверждает, что при введении неотложных ограничительных мер соблюдены требования соразмерности и обоснованности ограничений прав и свобод.

Меры, закрепленные в оспариваемых положениях абзацев первого, седьмого, десятого, пятнадцатого подпункта 6 пункта 7 распоряжения № 19-р, носят исключительно временный характер и регулярно пересматриваются на предмет соответствия текущей ситуации. Постепенные ослабления ограничений в связи с улучшением эпидемиологической обстановки подтверждают, что целью введенных мер является именно защита жизни и здоровья, а не произвольное вмешательство в личную жизнь граждан.

Таким образом, суд считает, что оспариваемые ограничения, предусмотренные абзацами первым, седьмым, десятым, пятнадцатым подпункта 6 пункта 7 распоряжения № 19-р (в редакции, действующей на день рассмотрения дела), являются правомерными, так как приняты в пределах компетенции Губернатора Омской области, основаны на федеральном законе, направлены на охрану жизни и здоровья, соразмерны угрозе распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Фото © i1.wp.com



Комментарии через Фейсбук

KVnews 13 июня 2020 в 07:15:
Пришлите — поставим
Спирин Алексей 12 июня 2020 в 10:19:
А почему же тогда Вы не выложили три постановления Центрального, Кировского и Куйбышевского судов об отказе в привлечении к административной ответственности Леруа, Оби и Бауцентра по ч. 2 ст. 6.3 КоАП?? Эти постановления напротив, говорят об обратном! Любите Вы власти и прокуратуре «подпевать'
Показать все комментарии (2)

Ваш комментарий

Владимир ПУТИН внёс изменения в «Положение о Следственном комитете РФ»

Будут созданы судебно-экспертные учреждения, сообщила KVnews старший помощник прокурора Омской области Динара ТУЛЕВА

10 июля 17:01
0
288

Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.