— Андрей Петрович, что у нас происходит сегодня с нефтедобычей?
— По углеводородам у нас в 2005 году было всего два недропользователя. Один местный — ООО «Тевризнефтегаз», осуществляющий добычу на Прирахтовском месторождении нефти и Тевризском газоконденсатном, и ОАО «Сибнефть», у которого было два участка: Крапивинский — разведка, добыча и Приграничный — геологическое изучение. Сегодня у нас восемь недропользователей и девятнадцать лицензий. Только в 2006 году было проведено шесть аукционов. В результате у Сургутнефтегаза два участка появилось (геологическое изучение, разведка и добыча). Пользователями лицензий стали также два дочерних предприятия ТНК-ВР: ТНК-Уват (Тайтымский участок) и Новосибирскнефтегаз (три участка — Кутисский, Литковский и Баклянский).
— Это где?
— На границе с Томской областью южнее Крапивинского месторождения. Плюс геологическое изучение группа компаний проводит: Сибирьгеотэк, Омскгеотэк и Сибгеотэк (девять участков). Всего программа лицензирования, разработанная в Институте геологии и геофизики нефти и газа Сибирского отделения Академии наук в 2001 году, поделила северную часть области, перспективную на углеводороды, площадью 51 тыс. кв. км, на 41 участок. Сегодня этих участков 43 с оценочной общей ресурсной базой более 200 млн т нефти. Из них девятнадцать — в недропользовании. На большинстве, правда, пока работают лишь над программой изучения или освоения. Группа компаний ГеоТЭК, впрочем, уже полевые работы ведет.
— Разведку и изучение возможных запасов?
— Геофизические исследования. Интерпретируют данные косморазведки: изучают снимки, выделяют какие-то структуры, аномалии. Изучают геохимию снега.
— Химический состав снега?
— Да. Тяжелые углеводороды изучают, по их содержанию можно уже как-то судить о перспективных месторождениях. Потом будет сейсморазведка, а уже далее — бурение.
— Они без конкурса получили эти участки?
— Министерство природных ресурсов публикует перечень участков, и дается два месяца на подачу заявок. В зависимости от количества ресурсов конкурсом занимается или территориальное управление, то есть мы, или федеральное агентство. В соответствии с 61-м приказом от 2005 года, если на один участок подана одна заявка, она удовлетворяется. При соблюдении ряда параметров, естественно: нужно доказать, что ты не банкрот, у тебя есть деньги, что ты можешь провести работы. А если поступило две и более заявок, то участок снимается с конкурса, составляется новая программа. Москва его утверждает и объявляется аукцион. Организационно это очень длительный процесс, он чуть ли не год занимает.
— Так все же Омская область — край нефтяной?
— Особых успехов в открытии нефти пока нет и не может быть, потому что это дело не одного часа и не одного года.
— На сегодняшний день Крапивинский участок — самый богатый на нефть?
— Да. Уже пришли новые недропользователи и вкладывают деньги в более широкомасштабные работы по разведке. Как известно, нефть находят там, где ее ищут. Северная часть Омской области находится в перспективной нефтегазоносной области (на периферийной ее части), и открытие мелких месторождений по мнению сибирских ученых, здесь, где изученность недр низкая, равно вероятна с возможностью найти аналогичные участкив Ханты-Мансийском округе, где практически уже все изучено. Так что сдвиги за 2006 год на этом поле произошли существенные. Кроме того, мы еще и в казну принесли 700 млн рублей.
— За что?
— В основном за аукционы.
— В федеральный или областной бюджет?
— В федеральный.
— На изучение Приграничного участка у ОАО «Газпром нефть» лицензия, насколько я понимаю, заканчивается в текущем году?
— Они уже продлевали эту лицензию, и срок ее действия заканчивается в декабре. Мы недовольны их работой на данном участке. В прошлом году вместе с Росприроднадзором выезжали туда на проверку. Согласно лицензии «Газпром нефть» должна была пробурить пять скважин, но они пробурили только две. А всего по результатам сейсморазведки на этом участке девять перспективных для разбуривания структур. Впрочем, пока лицензия не закончилась, нарушения с их стороны зафиксировать нельзя. Но есть вероятность, что данный участок потом вновь придется выставлять на аукцион.
— По этой же причине — малоперспективности — не состоялся в прошлом году аукцион на расположенное рядом с Приграничным Ягыл-Яхское месторождение?
— Оно расположено внутри Приграничного участка. Сама «Газпром нефть» не стала подавать заявки. Другие, посмотрев на это, тоже решили не спешить. Запасы там небольшие — 1,2 млн т, инфраструктуры нет. Однако будем выставлять вновь. 2 июля состоится аукцион сразу на три участка: Ягыл-Яхский, Кочитский и Наталинский. Совсем недавно в Омске побывали потенциальные инвесторы из шведской компании «Svenska Retroleum Exploration» (SPE) и норвежской сервисной компании. Три дня изучали ситуацию. Встречались со мной, геофизиками, которые сейсморазведку проводили, с буровиками. У них есть намерение совместно с омской компанией ООО «Алеот» принять участие в разработке этих месторождений. Я не видел еще их материалов. В прошлом году на Баклянский участок эта компания уже подавала заявку, но в другом виде — простого товарищества, в котором состояли Сибнефтебурсервис и «Алеот».
— Геологическое изучение?
— И добыча тоже. Тем более что они больше всего Ягыл-Яхским месторождением интересовались.
— Не раз говорилось, что Минприроды недовольно тем, как осваивается Прирахтовское месторождение.
— Недовольство закончилось тем, что с 20 февраля у Тевризнефтегаза отозвали лицензию на это месторождение. Само решение принято федеральным агентством еще 25 декабря, но компании давался трехмесячный срок на исправление. Исправить нарушения они не смогли.
— Какие нарушения? Они не освоили это месторождение, хотя давно должны были начатьдобычу.
— Это уже вторая организация, у которой изымают лицензию на разработку Прирахтовского месторождения.
— Третья. Сначала лицензия была у Иртышской нефтегазоразведочной экспедиции, потом появился Иртышнефтегаз и только после этого — Тевризнефтегаз. Что ж, снова будем выставлять на аукцион.
— А Тевризское газоконденсатное месторождение осталось у Тевризнефтегаза?
— Там все в порядке. Добыча идет.
— Какие там запасы?
— Небольшие, около 600 млн кубических метров газа. Добывают где-то от 10 до 12,5 млн куб. м в год.
— Кроме нефти и газа у нас есть титан-циркониевое месторождение.
— Да, это единственное в области месторождение российского масштаба.
— Но аналогичные месторождения есть и в других регионах?
— Есть. И в Томской, и в Новосибирской, и в Тамбовской, и в Нижегородской областях. В Тюмени и Ханты-Мансийском округе. Попытки разработки нашей россыпи проводятся очень давно. Сначала Цирконгеология этим занималась, потом Тарская горно-промышленная компания, теперь Тарский ГОК.
— Лицензия на добычу на территории одного квадратного километра месторождения сегодня у кого?
— У ООО «Тарский горно-обогатительный комбинат», учрежденного осенью2005 года.
— А Тарская горно-промышленная компания чем занимается?
— Не знаю. С нами она не работает. У Тарского ГОКа две лицензии: одна — на разведку и добычу (1 кв. км) и вторая — на геологическое изучение на территории еще 10 кв км. Работу они ведут. Опытно-промышленную разработку худо-бедно завершили. С методикой разобрались. В 2006-м с помощью областного и федерального бюджетов завершили технико-экономическое обоснование (ТЭО) кондиций. Федеральное агентство все дальнейшие действия по данному месторождению связывает с определением кондиций применительно к гидродобыче. В 2005 году в Москве на государственной комиссии по запасам (ГКЗ) уже представлялось ТЭО кондиций, но его отклонили из-за ряда нерешенных вопросов.
— Есть еще семь квадратных километров левобережного участка тарской россыпи, где может быть разрешена добыча, лицензию на разработку которых отозвали у Запсибгазпрома.
— В IV квартале 2007 года будет объявлен аукцион на эту территорию, но только после того, как будет утверждено ТЭО кондиций. Кроме того, 29 марта заканчивается сбор заявок на другой конкурс — геологическое изучение еще 10 кв. км месторождения. Но скорее всего этот конкурс не состоится, так как в нем собираются участвовать не менее двух компаний. А значит, как я уже говорил в отношении углеводородов, начнется длительный этап подготовки к аукциону.
— Что такое гидродобыча?
— В скважину глубиной 50 м под давлением закачивается вода. Соответствующей конструкции снаряд этой водой размывает песчаный пласт и в виде полужидкой пульпы поднимает на поверхность.
— Это и называется коллективный концентрат?
— Нет, это еще просто руда. На обогатительной фабрике руда сначала обогащается до коллективного концентрата, а потом уже получают из него ильменитовый, циркониевый и рутиловый концентраты, которые соответствуют ГОСТу. «Российские специальные сплавы» прошлым летом купили у Тарского ГОКа 60 т, опробовали и оказались очень довольны, признав хорошим сырьем. Однако я разговаривал со специалистами Росспецсплавов: они хотят сделать здесь более солидное производство. И вообще они сейчас заявляют: пусть Тарский ГОК существует, мы возьмем другие участки. Но они хотят здесь производить не только первичную продукцию — концентрат, но следующий передел — титановые шлаки, которые более ценятся на мировом рынке.
— Я слышал еще, что собирающиеся строить в Омской области завод по производству бутылок не прочь закупать в Таре до 400 тыс. т кварцевого песка ежегодно.
— Стекольные пески в Таре есть. Они как попутный продукт. Но это неутвержденные запасы. Сейчас их подсчитали. Если государственная комиссия по запасам их утвердит, то можно налаживать и промышленную добычу. Но этот песок не очень надлежащего качества. Из него можно изготавливать не всю стеклянную продукцию. Цветные бутылки, впрочем, возможно. Но песок необходимо добывать комплексно — вместе с титан-циркониевым концентратом. Есть уже компании, которые интересуются кварцевым песком на перспективу солнечной энергетики.
— Это, наверное, фирма Валерия КАЗИМИРОВА?
— Да. Так что добыча стекольного песка может быть целесообразна, но запасы, как я уже сказал, не утверждены. Необходимо подождать.


