Все рубрики
В Омске четверг, 20 Сентября
В Омске:
+16
Пробки: 3 балла
Курсы ЦБ: $ 67,0098    € 78,3613

Евгений ЛУПИНОС, «Лидер России»: «После нашей работы произошел ряд назначений на должности заместителей главного врача, заведующих отделениями»

4 марта 2018 06:15
0
1373

11 февраля стали известны победители Всероссийского конкурса управленцев «Лидеры России». Одним из них стал омич Евгений ЛУПИНОС, руководитель компании «Most Consulting». Вернувшись в Омск, он согласился поделиться с «КВ» свежими впечатлениями о конкурсе. На темы лидерства, развития тренинговой индустрии в Омске, самооценки и наставничества с ним беседовала корреспондент Анастасия ИЛЬЧЕНКО.

– Евгений, вы стали лидером России. У вас всегда были лидерские качества или воспитали их в себе?

– Когда учился в школе, не чувствовал себя раскованным, таким рубахой-парнем. Работал над собой, хотелось преодолеть барьеры, стеснительность. И я решил сделать такой челлендж – провел для школы последний звонок и выпускной. В итоге понял, что мне нравятся публичные выступления. Было приятно, когда меня пригласили преподавать в Омский государственный университет.

– Что вас привлекает в публичных выступлениях – позитивная реакция зрителей?

– Мне нравится сам процесс. Не обязательно должна быть реакция. Конечно, она подкрепляет удовлетворение. Если я преподаю, веду занятия, тренинг и вижу, что людям интересно, естественно, меня это подпитывает еще больше. Совершенно не близки варианты, когда человек читает с листа лекцию. В таком формате я за девять лет преподавания в университете не провел ни одного занятия.

– Экономические дисциплины имеют серьезную теоретическую основу. Неужели вы все знаете наизусть?

– Это и не нужно. Университетское образование предполагает, что есть теоретическая база, изложенная в учебниках, и студенты должны с ней знакомиться сами. Моя функция заключается в том, чтобы в целом сориентировать их и правильно истолковать то, что написано в учебниках, чтобы теория стала интересной и понятной. Энциклопедически точные определения под запись не являются задачей лекции, преподавателя. Их студенты могут найти сами.

С каждым годом все меньше остается времени на преподавание, и сейчас я занимаюсь этим только по субботам и даже не каждый семестр. Какую-то небольшую долю времени, думаю, всегда буду уделять университету. Это у меня хобби, а не работа.

Параллельно с преподаванием почти год работал в КБТМ руководителем отдела мотивации, но достаточно быстро понял, что это не мое. Далеко не все свои предложения, идеи мог реализовать там. Тогда я уже начинал серьезные консалтинговые проекты и в скором времени, в июне 2012 года, создал компанию «Most Consulting».

– Сегодня компании более пяти лет. Как вы оцениваете ее развитие?

– Она достаточно стабильна с точки зрения экономических показателей, но в других моментах у нас произошли довольно сильные изменения. Мы разрослись: сейчас у нас пятеро штатных сотрудников и около 15 внештатных. Но количественные параметры не так интересны, как качественные. Компания постоянно меняет портфель услуг, переходит на более высокий уровень и консалтинговых, и тренинговых продуктов. И географически мы выглядим более интересно. Начинали с проектов только в Омске, а сейчас работаем уже в десятке регионов – Тюмени, Новосибирске, Москве, Подмосковье, в Южном и Центральном федеральных округах.

– В результате победы вас внесли в кадровый резерв России. Что это для вас значит и что это вообще такое?

– Самый правильный ответ на данный вопрос – не знаю. Честно признаюсь, не имею четкого представления. Понятие «кадровый резерв» у нас используется довольно часто. Я сам принимал участие в создании одного: мы проводили обширную оценку персонала в одной из отраслей. Но не все примеры создания кадрового резерва, на мой взгляд, позитивные. Иногда он номинальный: с людьми, которые в него попадают, мало что происходит. В моем случае, думаю, будут позитивные движения. Все-таки уровень слишком высокий – федеральный. Владимир Владимирович лично заинтересован в этом вопросе. Что конкретно, не могу ответить. Существуют разные направления моего карьерного движения, и не все они связаны с понятием государственной службы. Эта дорога пока видится самой непонятной. Мне несколько раз предлагали пойти в депутаты, стать чиновником, но я отказывался: не слишком ясно, что меня там может ждать. Если будут какие-то предложения, естественно, рассмотрю. Нам дали понять, что кадровый резерв касается не только государственной службы, но и крупных предприятий страны, что госкорпорации рассматривают нас в качестве кандидатов. Это направление мне более близко, понимаю, какие там могут быть возможности, какую я могу принести пользу.

– Вы участвовали в конкурсе вместе с людьми, которые занимают достаточно высокие посты, например с нынешним вице-мэром Омска Денисом ДЕНЕЖКИНЫМ. Насколько комфортно было соревноваться с ними?

– Этот конкурс представляет собой как бы соревнование, но сам процесс подразумевает, что ты должен сотрудничать, а не конкурировать. Если начнешь толкаться локтями, то точно не выиграешь. Это выглядело как командная работа. А работать с сильными людьми, такими, как Денис, – одно удовольствие. Никакого дискомфорта я не чувствовал. Надо сказать, что с Денисом нам не посчастливилось встретиться в командах, ни в полуфинале, ни в финале мы непосредственно с ним не взаимодействовали. Больше общались в перерывах на кофе-брейках. Но у меня в команде на финале был, например, замечательный человек Александр КОБЕНКО, вице-губернатор Самарской области (Александр КОБЕНКО омич, окончил СибАДИ, работал в АО «Омский каучук», ОАО «Омсктехуглерод». – Прим. ред.). Я счастлив, что попал с ним в одну команду. Взаимодействие с такими людьми дает возможность многому научиться и делает тебя сильнее.

– Для вашей бизнес-тренерской деятельности конкурс что-то дал?

– Конечно! Это мой главный интерес в конкурсе! Не было цели побеждать и доказывать, что я лучше всех.

– Неужели вы совсем не тщеславны и вам не греет душу осознание того, что вы стали лидером России?

– Безусловно, мне приятна шумиха вокруг моей победы. Но главное не то, что она массовая, а то, что после объявления результатов в Сочи звонили и писали люди, мнения и эмоции которых мне особенно важны. Они говорили: «Мы смотрели в прямом эфире церемонию награждения и до слез радовались, когда объявили тебя». Вот это важно. А не то, сколько лайков получил мой пост в инстаграме, что я стал победителем. Меня вдохновляет, что есть люди, которые за меня радуются до слез.

– А пресловутый миллион?

– Да деньги тем более не интересовали! Нам до конца не было понятно, кто их получит – финалисты, полуфиналисты. Это выяснилось в последний момент. У меня достаточно разных образований, чтобы я не торопился бежать в МВА. Основная цель – посмотреть высокоуровневую процедуру отбора, оценки лидерского потенциала. Она мне интересна именно с профессиональной точки зрения, потому что мы сами занимаемся оценкой людей. У нас есть свои разработки, как проводить тот самый ассессмент (один из методов комплексной оценки персонала, ориентированный на выявление реальных качеств сотрудников), который применялся в полуфинале и финале. Поэтому я занимался, так сказать, бенчмаркингом – сравнением продуктов, услуг или процессов, как мог. И пополнил мою копилочку знаний.

– Например?

– Думаю, у всех финалистов в памяти осталось заключительное упражнение, самое масштабное по продолжительности и по антуражности. Надо было очень за короткий промежуток времени – 25 минут – сделать как можно больше скворечников. Для этого требовалось выстроить эту процедуру максимально технологично. В нашей команде из восьми человек половину составляли девочки, которые не имели особых навыков скручивания скворечников. И тем не менее мы сделали такую конвейерную линию, что из 30 команд наша заняла 3 место. Что развивает это упражнение? Во-первых, навык командной работы. Тебе нужно в короткий срок договориться и распределить операции. Во-вторых, лидерство, потому что кому-то необходимо брать на себя управление процессом. И ко всему прочему это не просто деловая игра, которая моделируется у тебя в голове и на бумаге, а процесс с реальными физическими атрибутами. А когда они есть, ты включаешься гораздо больше. Мы такое в своих системах не использовали, поэтому беру на вооружение.

– Вас оценивало серьезное жюри. А как вы сами себя оцениваете?

– Нам после финала и полуфинала высылали отчеты, где указаны все компетенции и баллы за них. Так что у меня есть объективное подтверждение, что сильнее, что слабее (смеется).

– Мнение жюри совпало с вашими ощущениями?

– В целом да. Например, я считаю, что одно из моих сильных качеств – инновационность, нестандартность мышления. Я люблю подходить к решению задач с необычных сторон. И результаты финала и полуфинала показали, что эта компетенция у меня максимально развита, как и навыки переговоров и командного взаимодействия. Об этом я тоже знал. Некоторые вещи по системе оценки вызвали вопросы. И как оказалось, не только у меня. Есть такой параметр – социальная ответственность. Так вот, у многих участников по нему низкие результаты. И мы до конца не поняли, почему так получилось. На мероприятии, когда был день наставника и высокопоставленные ребята давали нам свои кейсы, комментировали наши решения по ним, два разных лидера нам говорили, что мы перебарщиваем с социалкой, т. е. принимаем решения более социальные, нежели рациональные. Нам ставили это скорее в минус, а в результате участники получили оценки с низкой социальной ответственностью. Но это единственное, что было не понятно в результатах. В целом же мои ощущения совпадают с баллами, которые я получил.

– У вас есть недостатки? Какой вы считаете самым серьезным?

– Не знаю, недостаток ли это… Существует состояние потока, когда ты находишься на волне, на пределе концентрации. Я на тренингах учу людей, как в него входить. И конечно, сам обладаю определенными навыками вхождения. Но понял, что состояние потока для меня во многом неконтролируемый процесс, т.е. если в какой-то момент его утратил, не всегда быстро могу вернуться. Но зато когда эта волна ловится, все прекрасно. Из трех дней конкурса в первый и третий я был на волне, мне казалось, что получается все или почти все, а второй день оказался более спокойным. Пытался нагнетать состояние потока, но, наверное, не до конца смог это сделать.

– Вы уже знаете, кто будет вашим наставником?

– Нет. И не узнаю скорее всего до конца февраля. Перед финалом нас попросили составить список желаемых наставников. В нем примерно 70 имен, стояла задача выбрать минимум десять. Теоретически хоть всех можно было написать, но я назвал 12 человек. Теперь мяч на их стороне. Наставники начинают выбирать из нас.

– Можете назвать первые три позиции этого списка?

– Сергей КИРИЕНКО, Герман ГРЕФ, может быть, Владимир ПОТАНИН. Мы выбирали наставников, еще лично с ними не познакомившись, руководствуясь тем, что слышали о них. Когда же в финале пообщались, увидели многих из них на мастер-классах, мнение скорректировалось. Поэтому сейчас я бы изменил список.

– ГРЕФА и ПОТАНИНА вы называли и ранее, еще до финала. Они остались, добавился КИРИЕНКО…

– ПОТАНИНА не было в финале, поэтому мнение по нему никак не поменялось. КИРИЕНКО добавился и спозиционировался на первое место, поскольку с ним удалось пообщаться и я понял, что это человек очень высокого уровня, понимающий в развитии потенциала. Уверен, что многому бы у него научился. Кроме того, я для себя открыл господина ШУВАЛОВА, он выступил с небольшим мастер-классом. Этот человек произвел на меня впечатление: он легко и свободно говорил об очень сложных вещах в управлении страной. И возможно, тем самым повлиял на мое отношение к госслужбе. В положительную сторону. Если бы сейчас дали возможность выбрать, поставил бы его в первую пятерку. Но в составленном списке его нет. К своему стыду, я не был знаком с его работой, личностью.

– В ваш список из 12 имен вошли женщины?

– Нет, в общем списке всего одна женщина – Эльвира НАБИУЛЛИНА, поэтому вероятность ее попадания в шорт-лист была небольшой.

– А если бы список был шире, кого из российских женщин-политиков и руководителей вы бы выбрали в наставники?

– Сложный вопрос. У нас в политике и топ-руководстве женщин мало, не могу сказать, что кто-то из них является моим большим кумиром. Кстати говоря, тот же ШУВАЛОВ, когда ему задали вопрос про женщин в нашей политике, очень позитивно отзывался о госпоже МАТВИЕНКО. Думаю, она одна из сильнейших женщин-лидеров в нашей стране.

– Есть человек, которого вы считаете своим наставником по жизни?

– Да, это Владимир Семенович ПОЛОВИНКО, заведующий кафедрой, где я до сих пор преподаю. Учился у него. Он один из первых в меня поверил. Когда мы на конкурсе выступали перед детьми, я им сказал: «Ребята, очень важно, чтобы рядом находились люди, которые верят в вас. Тогда у вас крылышки расправятся, и вы полетите». Я простой парень из спального района города Омска, из бедной семьи. Не сильно на самом деле в себя верил. Вырос без отца. Моя планка была совсем невысокой: стояла задача найти работу, чтобы прокормить себя. Синица в руках. Когда понял, что человек такого уровня, как Владимир Семенович, увидел во мне потенциал, что я что-то могу, первое время не особо верил, казалось, он ошибается, видит то, чего нет на самом деле. Но его вера дала уверенность, крылья расправились, и я полетел.

– Сейчас самооценка выросла?

– Ну, после конкурса-то конечно (смеется). Хотя не очень нравятся люди с завышенной самооценкой, мне кажется, достойнее иметь чуть заниженную. Я пытаюсь сделать ее адекватной, но, наверное, в реальности она чуть ниже, потому что это коррелирует с моей системой ценностей. Если она будет выше реальной, мне будет эмоционально неприятно. Хотя с точки зрения бизнеса и успеха более эффективно.

– Евгений, у вас уже есть планы, на какое именно образование потратите выигранный миллион?

– Пока нет. Высшие учебные заведения начинают выходить на нас. Например, у Сколково программа MBA, которая, к сожалению, стоит раз в пять больше, чем размер моего гранта. Но они идут навстречу, предлагают чуть ли не 50-процентные скидки. Возможны разные варианты. Если говорить про топ, то это Сколково, РАНХиГС, Стокгольмская школа экономики. У меня, честно говоря, еще не было времени поизучать этот рынок. Есть вариант распределения гранта на множество мелких обучений. Единственное условие – сертифицированное учебное заведение.

– Насколько сегодня сложно в России работать бизнес-тренером, ведь это скорее американская история, не имеющая в нашей стране глубоких корней?

– Рынок тренинговых и консалтинговых услуг в России развивается очень активно. И он уже достаточно развит. Но вот в Омске более грустная ситуация. И мне часто задают вопрос: «А что дальше? Ты, наверное, в Москву собираешься?» Я отвечаю, что мы и сейчас реализуем там проекты. Люди удивляются: «Так ведь в Москве бизнес-тренеров как собак нерезаных, жесткая конкуренция. Это же сложно!». Но дело в том, что решать задачу конкуренции с другими бизнес-тренерами мне интересно. Знаю, как показать, что я тоже не лыком шит. В Омске же приходится решать другую задачу – доказывать и объяснять потенциальным заказчикам, что тренинг в принципе полезен. И вот ее выполнять мне как раз не интересно. Но такое типично для Омска. Для той же Москвы, множества центральных регионов это давно пройденный этап, они уже прекрасно понимают, зачем. У нас приходится этот рынок создавать.

– Про Москву – намек на дальнейшие планы?

– У нашей компании давно были планы выхода на центральные рынки. Пока мы там присутствуем не в тех объемах, как планировали, поэтому дальше работаем в эту сторону. Каких-то решений по отъезду пока не принято. Сейчас я нахожусь в режиме ожидания.

– Ожидания чего?

– Как дальше будет развиваться ситуация. После конкурса в том числе. Конкурс – это драйвер развития. Моя задача на этой волне – правильно организовать развитие своей компании и себя лично. Совершенно не обязательно оно будет связано с Москвой.

– Как вы убеждаете человека, что ему нужно обучение?

– Если у человека вообще нет мыслей об этом, то убедить его будет почти невозможно. Я предлагаю какой-то конкретный тип консалтинга или тренинга. Но моих объяснений мало, нужно показать результат. Последние полтора года у нас распространена практика демонстрационного тренинга, когда мы показываем кусочек – 2 — 2,5 часа, заказчик смотрит и делает выводы, есть ли какой-то эффект, полезен ли он. С консалтингом то же самое. Основные наши заказчики – это компании, с которыми мы работаем на протяжении 2-5 лет. Начинали с небольшого проекта, а дальше как снежный ком – давайте сделаем и то, и это, они видят пользу от первых этапов и заказывают следующие.

– В списке ваших клиентов министерство здравоохранения Омской области и около десятка медицинских учреждений. Чем вы с ними занимались?

– В начале встречи я упоминал, что принимал участие в формировании кадрового резерва. Мы для нескольких крупных учреждений здравоохранения провели оценку управленческого потенциала и серию тренингов для руководящего состава. После работы в первых трех учреждениях нас пригласили в министерство здравоохранения, где я выступил с презентацией перед главными врачами региона. Многие из них потом обратились к нам.

– Какой они в итоге получили результат?

– Мы проводили тестирование, ассессмент – буквально четыре часа. Когда рассказывали главврачам, что узнали об их сотрудниках за такое короткое время, они удивлялись. Эта процедура дает достаточно достоверную информацию. После нее у главного лица есть информация о каждом из интересующих его людей.

– А зачем? Как он ею пользуется?

– Чтобы правильно использовать кадровый потенциал. После нашей работы произошел ряд назначений на должности заместителей главного врача, заведующих отделениями. Когда у тебя тысяча человек в подчинении, кого назначить – не тривиальный вопрос. Ты можешь потерять хорошего врача и получить плохого руководителя. Что зачастую и происходило. Человека назначали заведующим, потому что он самый лучший врач. В итоге он увольнялся: ему поперек горла управленческая функция, хотелось людей лечить. Когда ты понимаешь сильные и слабые стороны человека, ты уже не по темному лесу с фонарем гуляешь, а вооружен картой местности. Мы до сих пор со многими главврачами в хороших отношениях, и они периодически обращаются к нам с какими-то вопросами. Этот проект – наша особая гордость, он длился больше полутора лет.

– Евгений, какая самая большая удача в вашей жизни?

– Рождение моей дочери. Это то событие, которое эмоционально превосходит все, что было со мной. Скоро ей исполнится шесть лет. Я ее безумно люблю.

– А главная ошибка?

– В жизни случались моменты, когда я принимал определенные решения и сворачивал на дорогу, по которой шел, постоянно спотыкаясь. Было сложно, как будто вешал на шею огромный камень. Но если вы меня спросите, свернул ли бы я туда снова, наверное, да. Я же прошел с этим камнем и стал сильнее. Абсолютно убежден: все, что с нами происходит, зачем-то нужно. Поэтому не назвал бы это ошибками. Сложности, определенная «долина смертной тени», по которой нужно пройти, чтобы чему-то научиться.

Ранее интервью полностью можно было прочитать только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 21 февраля 2018 года

Loading...




Комментарии через Фейсбук

Комментариев нет.

Ваш комментарий


Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.