Все рубрики
В Омске вторник, 27 Февраля
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 92,6321    € 100,1776

Александр УШАКОВ генеральный директор ГК «Аврора»: «Где еще занимающий важную должность человек может позволить себе ходить в «гадах», «косухе» и выпить пива, сидя на траве?»

7 сентября 2011 15:24
0
3717

О путешествии в Германию на самый знаменитый и самый «жесткий» фестиваль металлмузыки на планете «Wacken Open Air» «КВ» рассказал гендиректор группы компаний «Аврора» Александр УШАКОВ. Из Омска во всемирную Мекку металлистов он взял с собой не только друзей, но и маму — видную персону в омской промышленности.
Чтобы узнать, что из себя представляет фестиваль «Вакен», просто необходимо понять, за что любят кажущуюся многим бессмысленной и оглушающей музыку хэви-метал. Об этом с Александром УШАКОВЫМ, который попал на фестиваль не случайно, и побеседовала корреспондент «КВ» Ирина БОРОДЯНСКАЯ.


— Вы учились в четырех разных общеобразовательных школах и при этом умудрились пройти полный курс обучения в единственной музыкальной...
— Я закончил ДШИ № 6 по классу скрипки, и именно она стала для меня настоящей школой. О «музыкалке» остались самые теплые воспоминания, и я там до сих пор бываю регулярно, общаюсь с преподавателями и учениками. Туда же теперь ходит моя младшая сестра, учится играть на виолончели. Семья у нас получилась музыкальная.
— У Татьяны Викторовны ведь тоже музыкальное образование. Как она отнеслась к увлечению сына металлом?
— Именно как человек с музыкальным образованием к тяжелой музыке она относится не хуже, чем к оперному искусству. Я замечаю, что многие мои знакомые, которые имеют музыкальное образование, постепенно приходят к тяжелой музыке. Наверное, классикой закладывается что-то, чему необходим адекватный времени выплеск.
— Откуда растут ноги у этого направления?
— Хэви-метал близок джазу, а вырос он непосредственно из блюза американских трущоб и британского рока. Когда слушаешь английский фолк, чувствуешь похожее на металл звучание — там его корни. Хэви-метал еще молод, и, возможно, скоро он придет к такому же расцвету, как и джаз когда-то. Вряд ли его признают столь же элитарным, но и интеллигентское пристрастие к джазу — это во многом показуха. Многие кичатся, что слушают джаз, но полюбить его можно лишь при наличии музыкального образования. Это настолько сложная музыкальная математика, что человек без даже не классической, а именно джазовой школы не сможет восхищаться такой музыкой на основе одной лишь интуиции. Так думаю не только я, но и многие академические музыканты, которые признаются, что джаза не понимают.
— А чтобы тяжелый металл понять, какое образование необходимо?
— Чтобы прийти к металлу, нужно всего лишь почувствовать, что ты не такой, как все. Все, особенно музыканты, приходят к этой музыке после нескольких неудачных попыток втянуться в общую массу. Я еще в 10 лет пытался это сделать, но у меня не получилось. Тогда я, должно быть, замкнулся в себе, но благодаря этому начал искать – что-то свое, чего нет вокруг. Нашел это в музыке. Сначала слушал какие-то детские вещи, с чего все начинают, типа «Короля и Шута». Потом разобрался, откуда все берется, пришел к первоисточникам. Так и пошло...
— Значит, российских групп серьезных не бывает?
— Если говорить о тяжелой музыке в нашей стране, приходится признать, что ситуация печальна. То, что у нас считается хэви-металом и при этом успешно «выстреливало» долгое время — группы «Ария», «Черный обелиск», «Черный кофе» — имело значение скорее социокультурное, чем музыкальное. Люди находили в этом отражение своих идей, концентрацию собственных взглядов. Сейчас, когда ни у кого нет протеста в отношении окружающей реальности, да и вообще никаких идеологических устремлений, быть русским рокером (а это именно русский рок, который по-настоящему никогда и не был металлом) бессмысленно. Потому что, если нет критики действительности, нет искренних порывов к переустройству жизни, значит, нет и тех людей, которые могли бы с тобой согласиться — соглашаться-то не с чем.
С исчезновением смысловой нагрузки все стало совсем плохо — ведь с музыкой у нас, честно говоря, всегда было не очень. Та же «Ария» является калькой с двух-трех западных групп — очевидно, тех, пластинки которых удалось в свое время добыть лидерам команды. На определенном этапе такая форма заимствования полезна и нужна, но у нас не сформировалась собственная металлическая школа.
— И что же, все так безнадежно?
— Совсем нет. Думаю, лет через десять у нас сформируется полноценная школа. Если Петербург — город рока, то Москва с каждым годом становится все более «металлической». И в Москве уже веет чем-то новым, основанным на славянском фольклоре. Сквозь хэви-метал пробивается необычное звучание нашей народной музыки, которого до сих пор не было никогда и нигде. Это общеславянские музыкальные корни, обрамленные в металлическую форму, — принципиально новые звуки, замешанные на каких-то былинных традициях. Видимо, людей тянет к чему-то родному, чего не воспитывает сейчас школа. Мы же все теперь – граждане мира, без всякой внутренней национальной самоидентификации.
— В Омске пока не «повеяло»?
— Пока еще нет этого ощущения, здесь до сих пор играют то, что в Москве играли лет семь назад, копируют ту же «Арию», а также альтернативные группы, названия которых на слуху — «Джен Эйр», «Люмен», «Аматори». Хотя это не значит, что Омск — безнадежный город. Именно здесь появился Егор ЛЕТОВ — один из самых ярких персонажей в России. К хэви-металу непосредственного отношения он не имеет, но из всех наших музыкантов «Гражданская оборона», наверное, ближе всего к тому, что должен из себя представлять андеграунд, в том числе и металл.
— А чем обусловлено появление настоящего металла?
— Проблемами в обществе. Степень их запущенности можно даже измерять музыкой: чем тяжелее металл становится, тем хуже ситуация в обществе. А он все тяжелее и тяжелее с каждым годом. Слушаешь музыку и понимаешь, как все плохо. Металл не может быть музыкой сытого класса. Исполнители — всегда дети из бедных кварталов, неважно, район ли это Бирмингема или поселок Чкаловский в Омске. К примеру, всемирно известная группа «Слипкнот» зародилась в маленьком американском городке, где люди живут в каких-то шалашах, сараях. У них наболело от такой жизни, отсюда и музыка выплеснулась.
— Что же, у нас со времен «Гражданской обороны» ничего не наболело?
— Думаю, наболело, но пока мы движемся по инерции. Будем надеяться, что скоро нам будет чем похвастаться. На маленьких фестивалях в Германии наши группы, которые играют музыку на основе фольклорных мотивов, пользуются дикой популярностью. Европейцы уже пресытились всеми возможными видами металла: у немцев своя школа, у итальянцев – своя, у скандинавов — своя... В Британии до сих пор делают классический хэви-метал, в Америке — альтернативный. Иностранцы, немного уставшие уже от всего этого изобилия, с выпученными глазами слушают славянские группы и не понимают, откуда взялось принципиально новое звучание, которое переворачивает сознание. Некоторые украинские команды радуют публику уже порядка десяти лет, но о них знает лишь узкая прослойка знатоков. В широкий кругах, в том числе в России, они неизвестны.
— А кроме металла вы что-нибудь слушаете?
— Любая ограниченность глупа, металлисты тоже за это. Люди с мозгами слушают разную музыку. Можно даже радио послушать – не всегда это плохо. Правда, в последнее время там действительно ничего хорошего не услышишь, но всегда можно включить «Ретро-ФМ» и воспринять бессмысленные, но милые сердцу звуки. А вообще абсолютно необходимо слушать классическую музыку. Ведь вся музыка так или иначе растет из европейской и русской классики. Металл идет от блюза, но кое-что берет и от Бетховена, и от Вагнера. Современный металл пытается переродиться с помощью Римского-Корсакова, Мусоргского. Сам я очень люблю Баха, Вивальди. Есть русские композиторы, которые куда жестче, чем любой металл, — Шостакович, Рахманинов. Конечно, нужно слушать их, потому что любая музыка – ничто в сравнении с необъятной русской классикой.
— Но одеваетесь вы именно как металлист...
— Просто металл — это основная волна, на которой я нахожусь. Отсюда и внешний вид — честное слово, я не пытаюсь привлечь к себе внимание черной одеждой и мощными ботинками. Мне так комфортно, я себе таким нравлюсь, и это никого не касается, кроме меня.
— А ваша деятельность не идет вразрез с вашей «основной волной»?
— Мне интересно и я планирую развивать полиграфический бизнес. В нашем городе, а по большому счету и вообще в стране, совершенно не развит рынок рок-атрибутики. Ниша пустует, и занять ее было бы здорово.
— Понятно, что вам захотелось поехать на фестиваль. Но как вам удалось собрать такую нестандартную компанию?
— Компания наша состояла из семи человек. Кроме меня и моих друзей, на поездку отважились моя мама, заместитель директора по связям с общественностью «Релеро» Сергей ДЕМЕНСКИЙ и советник гендиректора завода Александр САМГИН. Из них троих только мама втайне любит тяжелую музыку, а Сергей Юрьевич и Александр Сергеевич имели слабое представление о том, что их ждет. Но я их морально подготовил и убедил, что их ждет незабываемое путешествие. Мама с января собиралась, готовилась. Положа руку на сердце, где еще занимающий важную должность человек может позволить себе ходить в «гадах», «косухе» и выпить пива, сидя на траве? В современном мире огромное количество условностей, из-за которых приходится жертвовать собой — особенно человеку ее уровня. Например, считается, что сходить в театр — это хорошо, всем полагается ходить в театр. А ездить на байке и слушать металл — это фи! Так что на «Вакин» все мы отправились с хорошим настроем.
— Как проходили сборы?
— Готовились мы заранее. Кроме покупки билетов и бронирования гостиницы, пришлось постараться над музыкальным образованием моих попутчиков. Я составил список необходимого к прослушиванию, чтобы они имели хоть какое-то представление об этой музыке. Чтобы скомпенсировать содержательные пробелы, они постарались над нарядом, приобретя себе эдакие карнавальные костюмы — боялись, что если приедут в обычной одежде, то их воспримут как чужаков. Александр Сергеевич пытался подобрать обувь, но в городе у нас только один магазин торгует «мартенсами», и его размера у них не нашлось. Он загрустил, но, когда мы приехали на «Вакен», то увидели там бесконечные торговые ряды, как на нашей оптовке, — и всюду «мартенсы», всех размеров, цветов и фасонов, к тому же чуть ли не в два раза дешевле, чем у нас. Пока добрались до самого фестиваля, оказались экипированы по полной программе, но позже выяснилось, что там вообще безразлично, как ты одет, — если ты попал на «Вакен», значит, ты априори «свой» и никакого негатива со стороны можно не опасаться.
— Что же вам больше всего запомнилось — музыка, шоу, люди?
— Больше всего запомнился сам «Вакен», потому что это мероприятие не про музыку, а про атмосферу. Металл там везде, в первую очередь — в сердцах, поэтому музыка воспринимается лишь как часть общей картины. И отношение к выступающим — такое же: они как мы, только играют, и спасибо им за это. За музыкой можно сходить на концерт, но пережить всю совокупность ощущений нельзя нигде, кроме «Вакена». Например, Сергей Юрьевич ДЕМЕНСКИЙ такую музыку в обычной жизни вообще не слушает, но, оказавшись в толпе у сцены, понял, что ему уютно там стоять и слушать, металлисты его приняли, и лишним он себя не чувствовал. Так что если на музыку он и не подсел, то на «Вакен» — точно. Ощущение того, что ты — часть большой комфортной общности, вызывает желание приезжать туда не ради концертов, а ради тусовки.
— А Татьяне Викторовне понравилось?
— После этого жаловалась, что туфли носить не может — очень уж ботинки удобные. Призналась, что так хорошо она не отдыхала давно. Фешенебельные курорты ничем не отличаются от отдыха в дачном шезлонге. А вот «Вакен» — это совсем другое ощущение.
— Еще поедете?
— Уже строим планы на «Вакен-2012». На следующий день после закрытия этого фестиваля стали продавать билеты на следующий год, так что надо торопиться. После наших рассказов компания желающих поехать выросла.

Подробнее о путешествии Александра УШАКОВА на «WOA-2011» «КВ» расскажут в следующем номере.

Поколение «NEXT» — проект, который заостряет внимание на его героях в координатах времени. Наши участники — это те люди, чья сознательная жизнь пришлась на исторический период, качественно отличный от того, в котором выросли и встали на ноги их родители. Само это становление у сегодняшних молодых, не успевших укорениться в Советском Союзе, проходило по иным законам. Мы пытаемся понять, что дает и что отнимает свобода выбора, принесенная новым строем, и насколько она необходима, чтобы проявить себя по-настоящему. Часто наши собеседники — дети успешных родителей, сумевших состояться не только в старом, но и в новом времени. Хотя выросли «старшие» в системе ценностей, где успех имел совсем другое значение. Каких принципов придерживается следующее поколение? Чего они ждут от жизни и чего нам ждать от них?
«КВ» уже публиковали:
? интервью с директором по маркетингу АТТП «Группа «ОША» Александрой ВЕРЕТЕНО (№ 17 от 04.05.2011)
? интервью с преподавателем испанского языка Люсиль Авророй ОБРИ (№ 19 от 18.05.2011)
? интервью с директором ООО «Строительное Содружество» Андреем ПОТАПОВЫМ (№ 20 от 25.05.2011)
? интервью с заместителем директора строительного рынка «Южный» Ярославом ШЛЕГЕЛЕМ (№ 23 от 15.06.2011)
? интервью с микроминиатюристом Станиславом КОНЕНКО (№ 26 от 6.07.2011)
? интервью с предпринимателем Александром ГАНЧАРУКОМ (№ 27 от 13.07.2011)
? интервью с техническим директором ООО «Омскбланкиздат» Максимом ЗУЕВЫМ (№ 29 от 27.07.2011)
? интервью с заместителем директора ЗАО «Нива» Дмитрием ПУШКАРЕВЫМ (№ 31 от 10.08.2011)
? интервью с художницей Анастасией КИЧИГИНОЙ (№ 34 от 31.08.2011)
 

Комментарии
Комментариев нет.

Ваш комментарий




Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.