НАЗАРОВУ поставили пятерку за выживаемость

Этот рейтинг ведется с 2007 года. Каждые полгода проводится опрос ведущих российских экспертов в сфере региональной политики, в том числе представителей органов власти, участвующих в анкетировании на условиях анонимности. По итогам опроса по 5-балльной шкале оценивается вероятность сохранения главы региона на своем посту в ближайшее время – от 1 (минимальная оценка) до 5 (максимальная).

Виктор НАЗАРОВ получил в рейтинге наивысшую оценку пять. Впрочем, иной ожидать пока трудно – еще и года не прошло после вступления его в должность. В качестве «сильеых сторон» НАЗАРОВА составители рейтинга отметили «Общий эффект, вызванной сменой губернатора-«долгожителя» и его включение в президиум Госсовета». Слабой стороной стали «Муниципальные конфликты». В предыдущем XI рейтинге (01.10.12) НАЗАРОВ, естественно, тоже получил 5. В X рейтинге от 2 апреля 2012 года губернатор Леонид ПОЛЕЖАЕВ получил 1 – иного и не следовало ожидать, так как уже было известно, что он уходит в отставку.

В целом, как считают составители рейтинга, к новым тенденциям, обозначившимся в 2012 – начале 2013 годов, следует отнести:

1. Готовность федеральной власти к более активной ротации глав национальных республик. Смена главы Дагестана и ожидаемая отмена прямых выборов на Северном Кавказе обостряет интригу вокруг глав Ингушетии и Северной Осетии (а при определенном раскладе – и Кабардино-Балкарии);

2. Возможное обострение интриги вокруг так называемых «медведевских» губернаторов. Сам тезис о наличии корпорации ориентированных на премьера глав регионов слабо соотносится с реальностью, но в некоторых случаях выдвижение на пост губернатора в 2008-2012 годах может быть использовано (а в ряде случаев и уже используется) в качестве одного из инструментов для ослабления главы;

3. Более активное использование губернаторских вакансий в торге с представителями оппозиционных сил в обмен на их фактический переход на периферию «партии власти» в Госдуме и Общероссийском народном фронте. В дополнение к передаче ЛДПР Смоленской области и «Справедливой России» Забайкальского края интрига возможна вокруг интересующих КПРФ Владимирской и Курской областей, а потенциально – и «Северной Осетии» в случае укрепления коалиции ОНФ с «Патриотами России»;

4. Попытки ряда глав регионов инициировать досрочное сложение полномочий с целью переизбрания осенью на прямых выборах продолжают пресекаться федеральным Центром. Случай Олега КОВАЛЕВА в Рязанской области не стал прецедентом и, наоборот, чаще рассматривается в качестве «антипримера». Изменения позиции Центра по данной проблеме маловероятны – по крайней мере, если не будет реанимирован вопрос о проведении досрочных федеральных выборов в Госдуму;

5. Активизация силовых структур в политической борьбе в регионах (Брянская, Волгоградская, Свердловская, Челябинская области и т.д.) создает дополнительные точки напряжения как внутри регионов, так и на федеральном уровне. Это порождает запрос выработку системы управления потенциальными рисками для легитимности власти в целом;

6. Заметный рост протестной активности на фоне роста коммунальных тарифов в феврале 2013 года вновь ставит на повестку дня вопрос о прямой зависимости политической выживаемости губернатора от его личной популярности и способности удержать регион от острых социальных конфликтов. Этот фактор на сегодняшний день повышает карьерные риски для целой группы губернаторов – от «ветеранов» (главы Северной Осетии, Удмуртии, Владимирской, Курганской, Курской областей) до «новичков» (Ставропольский край, Архангельская, Волгоградская, Кировская, Мурманская, Ярославская области);

7. Дополнительным фактором, который способен ослаблять позиции действующий глав, может стать снижение промышленного производства (особенно заметная тенденция в металлургии) и, соответственно, налоговых платежей при необходимости повышения расходов региональных бюджетов для выполнения майских указов президента (в частности, для повышения заработной платы бюджетникам). Необходимость прибегать к внешним заимствованиям для латания бюджетных дыр создаёт пролонгированные риски для общей устойчивости региональных режимов, создавая возможности как внешнего давления с использованием финансовых рычагов, так и введения механизмов внешнего управления со стороны федерального Центра;

8. В поисках расширения базы поддержки главы регионов будут более активно прибегать к практике создания коалиционных правительств (Волгоградская область, Пермский край) или включению в администрации представителей оппозиционных партий или элитных групп.