Из мотивированных троечников часто вырастают самые преданные профессии специалисты.
Иртыш является самой длинной рекой-притоком в мире, а вместе с Обью – одним из наиболее протяженных водотоков Азии. Кадры для навигации, в том числе по Обь-Иртышскому бассейну, готовит одно из старейших учебных заведений региона – Омский институт водного транспорта. Обозреватель еженедельника «Коммерческие Вести» Анастасия ИЛЬЧЕНКО встретилась с директором вуза Татьяной НИКИШКИНОЙ и узнала, что представляет собой практика курсантов и насколько востребованы в Омской области речники.
– Татьяна Юрьевна, традиционно считается, что женщины на флоте – редкость, тем более их мало на руководящих должностях. Расскажите, как вы возглавили Омский институт водного транспорта.
– Наш институт – это прежде всего образовательное учреждение, филиал Сибирского государственного университета водного транспорта. Наша главная миссия – готовить специалистов для отрасли. Что касается меня, мой путь начался не с капитанского мостика, а с педагогики. Изначально я мечтала быть преподавателем, окончила филологический факультет ОмГУ и начала карьеру библиотекарем. Был период, когда я на год уезжала работать на север – этот опыт закалил мой характер. Вернувшись в Омск, работала в ОмГТУ, а в 2007 году приняла предложение возглавить библиотеку Омского института водного транспорта. Огромную роль в моей карьере сыграла тогдашний директор вуза Татьяна Ивановна ЗАЙКО, ставшая моим наставником. За три года мы полностью преобразили библиотеку: навели порядок, запустили выпуск институтской газеты, интегрировали библиотечную работу в воспитательный процесс. Это привело к тому, что в 2010 году меня назначили заместителем директора по воспитательной работе. Далее мой профессиональный маршрут пролегал через отдел профориентации и приемную комиссию, где я непосредственно работала с абитуриентами. В 2020 году, в самый разгар пандемии, заняла пост заместителя директора по развитию молодежных инициатив. Это было сложное время, потребовавшее быстрого перехода на онлайн-форматы и усиления патриотического воспитания, особенно с началом специальной военной операции. В декабре 2024 года я стала исполняющей обязанности директора, а спустя год, в декабре 2025-го, была утверждена в этой должности. Хотя мой управленческий стаж в стенах вуза может показаться небольшим, он опирается на фундаментальное образование ОмГУ, второе высшее образование по направлению «Государственное и муниципальное управление» и переподготовку в рамках президентской программы подготовки управленческих кадров.
– Расскажите о вузе. Он всегда был филиалом?
– Да, всегда. Наш головной вуз находится в Новосибирске, а учредителем является Федеральное агентство речного и морского флота в Москве. Изначально в Омске находились и филиал института, и отдельно Омское командное речное училище. В 2007 году произошло их слияние. Сегодня мы предлагаем абитуриентам двухуровневую модель обучения. После девятого класса можно получить среднее профессиональное образование, например, стать техником-судоводителем, т.е. специалистом среднего звена для флота. Затем, сдав внутренние вступительные испытания, студенты могут продолжить обучение на программах высшего образования. Для них это максимально комфортно, ведь инфраструктура едина – те же столовые, актовый зал, общежитие, меняется лишь учебный корпус. Кроме того, в структуре института действует центр дополнительного профессионального образования и переподготовки кадров, что позволяет специалистам повышать квалификацию и осваивать новые компетенции в течение всей карьеры.
– Оба ваши корпуса расположены в самом центре города. Это скорее плюс или минус?
– Безусловно, это плюс. Находиться в эпицентре городской жизни – значит быть ближе к событиям. Рядом Омская крепость – ключевая площадка для проведения знаковых мероприятий, в которых мы активно участвуем. Более того, мы становимся своеобразными «первопроходцами»: первыми видим репетиции парадов и праздников. Второе преимущество – отличная транспортная доступность. До остановки «Кинотеатр им. Маяковского» из любого района города можно добраться без пересадок, что удобно и для студентов, и для преподавателей. Нельзя забывать и про живописную набережную рядом: отличное место для прогулок, занятий спортом и восстановления сил между парами. Однако есть и объективные сложности. Улицы в центре планировались давно, когда автомобильный трафик был несопоставимо меньше. Сегодня ситуация изменилась. Наши курсанты после производственной практики часто приобретают личные автомобили. Когда они начинают приезжать на учебу на своих машинах, возникает дефицит парковочного пространства. Территория вокруг старых зданий просто не была рассчитана на такой поток транспорта.
– На ваши здания не заглядываются?
– Пока желающих «посягнуть» на нашу территорию не было. Наш корпус на улице Ивана Алексеева, 2 – это здание 1957 года постройки, и сейчас в нем ведется капитальный ремонт фасада. Второе здание возведено в 1970-х годах. Оно тоже нуждается в модернизации, особенно в части инженерных коммуникаций. Для нас приоритет прост: студенты должны учиться в комфортных условиях, чтобы было тепло, светло и сухо. Кстати, центральное расположение – это еще и повышенная ответственность. Форма наших курсантов заметна издалека, они всегда на виду.
– Как финансируется филиал?
– Поскольку мы являемся федеральным государственным образовательным учреждением, наше финансирование осуществляется напрямую из бюджета Российской Федерации. Средства выделяются в рамках выполнения государственного задания, которое определяет основные показатели деятельности вуза: контрольные цифры приема, объемы учебной нагрузки, научно-исследовательскую работу и другие ключевые параметры. Это гарантирует стабильность и позволяет планировать развитие института в долгосрочной перспективе, независимо от региональных экономических колебаний.
– Какая доля у вас бюджетных мест?
– Что касается очной формы, то 100%. Заочное обучение организовано на внебюджетной основе: расходы покрывают либо юридические лица, направляющие сотрудников на повышение квалификации, либо сами студенты. Важная особенность нашего вуза – узкая отраслевая специализация. Мы не готовим экономистов или юристов, в учебном плане исключительно инженерные специальности. Это осознанная стратегия: мы фокусируемся на том, что действительно нужно флоту, – на подготовке технических специалистов, способных решать практические задачи на воде и в портах. Такой профильный подход позволяет поддерживать высокий уровень компетенций выпускников и их востребованность в отрасли.
– Каковы цифры набора?
– В этом году на среднем профессиональном образовании (СПО) набор составит 175 человек. Он сократился. Порядка 30% бюджетных мест мы потеряли по сравнению с прошлым годом. Прием в институт будет на 105 бюджетных мест. Всего сегодня в вузе учится около 1200 студентов и курсантов.
– Кроме субсидий на госзадание, какие еще источники дохода у вуза?
– Из крупных – студенты, которые учатся за свой счет. Это заочники, их около 400 человек. Второй источник внебюджетных доходов – наш центр дополнительного профессионального образования, где проходят курсы повышения квалификации, переподготовки, краткосрочные.
– Сейчас активно обсуждается использование Иртыша как транспортной артерии. Ваш вуз принимает участие?
– Безусловно, мы не остаемся в стороне. Сегодня идет обсуждение вопроса с Омским речным портом. Ключевой проект – создание современного логистического центра. Стратегия предполагает формирование двух взаимосвязанных хабов: на базе порта и на Омском причале. Это позволит существенно расширить географию перевозок: суда смогут курсировать по маршруту вплоть до Китая. Однако важный фактор – трансграничное взаимодействие. Если Казахстан активизирует работу на своем участке реки, это даст мощный импульс: Иртыш «оживет», начнет выстраиваться полноценная логистическая цепочка.
– Ситуация на набор абитуриентов влияет?
– Никак. Наши работодатели, которые занимаются судоходством на территории Омской области, как работали, так и продолжают. Мы в этом году отправляем на производственную практику порядка 400 курсантов. Кстати, она оплачиваемая. Большое спасибо за это нашим работодателям. Спрос на выпускников ОИВТ превышает предложение. В 2026 году из 1000 заявок на практику мы сможем удовлетворить только 400. Процент трудоустройства у нас неплохой, но в отрасль идут не все. Некоторые уходят в армию, другие – на вольные хлеба. Сейчас на рынок труда выходят зумеры, которые привыкли иметь свободное время, а работа речника тяжелая. Это вахты, навигация. Чтобы в замкнутом пространстве с командой 10 человек жить полгода, важно научиться коммуницировать и быть психологически устойчивым. В учебном процессе мы делаем на это особый акцент.
– Можете назвать самых крупных работодателей, берущих студентов на практику, выпускников на работу?
– В первую очередь это ФБУ Администрация Обь-Иртышводпуть. Только в этом году их потребность составила 103 специалиста, и мы полностью закрыли их запрос. Второй стратегический партнер – АО «Омский речной порт». Здесь выстроена отличная система наставничества: практиканты приходят в порт, получают реальный опыт и постепенно дорастают до позиций помощников капитана, механиков. Также среди наших давних партнеров – ПАО «Иртышское пароходство» и ООО «Судоходная Компания». С этими предприятиями у нас сложились доверительные отношения. Они готовы брать курсантов на работу уже в процессе учебы. Благодаря гибкому графику наши курсанты могут совмещать занятия с практической деятельностью на флоте во второй половине дня. Это дает им бесценный опыт и позволяет к моменту получения диплома быть востребованными специалистами с реальным стажем.
– А девушки у вас обучаются?
– Девушки успешно осваивают профессии судоводителей, электромехаников, гидротехников. Пожалуй, единственная специальность, куда они идут редко, – это механики, что объясняется спецификой физических нагрузок. Но в остальном мы приветствуем всех мотивированных абитуриентов независимо от пола. Если говорить о высшем образовании, мы готовим инженеров-судоводителей, инженеров-механиков, инженеров-электромехаников, специалистов по управлению водным транспортом. Несколько лет назад открыли направление «Информационные технологии», однако последние два года бюджетные места по этой специальности не выделяются. Вероятно, это связано с высокой конкуренцией на рынке ИТ-образования. Тем не менее для нас это направление стратегически важно: будущее флота за искусственным интеллектом и беспилотными технологиями.
– Где, кроме предприятий в Омской области, работают ваши выпускники? Они могут, например, пойти в морской флот?
– Могут, если немного доучатся, поскольку нормы и стандарты морской навигации отличаются от речной. Желающие могут продолжить обучение в нашем головном вузе, в Новосибирске, который как раз специализируется на подготовке моряков. Выпускники Омского института водного транспорта востребованы не только на предприятиях родного региона. Значительная часть из них выбирает для карьеры северные территории Западной Сибири – например, Салехард и Ханты-Мансийск, где их охотно принимают в штат АО «Северречфлот». При этом лишь около 10% выпускников трудоустраиваются за пределами Омской области. Финансовые показатели также впечатляют: по данным регионального министерства труда, именно выпускники ОИВТ в 2025 году демонстрировали самый высокий уровень доходов – в среднем 120 тысяч рублей в месяц. И во время практики они получают оплату труда.
– За три месяца они зарабатывают…
– Речь идет не о трех месяцах, а о полноценном восьмимесячном цикле: курсанты выходят на практику в апреле и возвращаются лишь в середине октября. За это время они проходят всю навигацию от начала до конца. Весной занимаются подготовкой судов к сезону – покраской, техническим обслуживанием после зимнего отстоя. Летом работают в штатном режиме, неся вахты. А осенью участвуют в разоружении флота: разбирают и обслуживают двигатели, готовят технику к зимнему отстою. Конечно, не все выдерживают такой ритм – кто-то уходит раньше времени, но большинство доходят до финала. Мы воспитываем в ребятах ответственность и умение работать в команде до последнего дня, и именно за это нас ценят работодатели. После возвращения в ноябре у студентов начинается непростой период: нужно быстро переключиться на учебу, ведь уже в декабре – сессия. Тем не менее ребята справляются. В институте традиционно проходит конференция по итогам практики: курсанты делятся впечатлениями, показывают фото: кто запечатлел тюленей, кто северные рассветы и закаты. Именно эта романтика дороги, живая природа и ощущение настоящей мужской работы притягивают молодежь, несмотря на сложности.
– Все уходят на практику?
– Да, все студенты плавательных специальностей в обязательном порядке проходят производственную практику на судах – преимущественно в акватории Обь-Иртышского бассейна. Сегодня отрасль переживает важный этап обновления кадров. Многим действующим капитанам уже за 60 и даже за 70 лет. Вуз активно помогает восполнить этот дефицит, привлекая молодежь в профессию. При этом стоит отметить, что не все выпускники выбирают речной флот в качестве места работы. Часть ребят успешно трудоустраивается на предприятия оборонно-промышленного комплекса, например на заводы «Сатурн» или «Полет». Таким образом, институт готовит универсальных специалистов, востребованных как в транспортной сфере, так и в смежных высокотехнологичных отраслях.
– Расскажите о планах. Что изменится в приемной кампании в этом году?
– Здесь я бы выделила несколько ключевых моментов. Первый – развитие студенческих проектов. Мы планируем создать на базе нашего учебного заведения студотряд речников. Заявку на грант уже подали и рассчитываем на поддержку. Второй – серьезные изменения в правилах приема на программы среднего профессионального образования. С этого года приоритет отдается целевому обучению. Если абитуриент заключил договор с организацией-партнером, он зачисляется вне конкурса. Целевик – это гарантия трудоустройства и поддержка от работодателя с первого курса. Третий момент – социальные льготы. Вне конкурса мы также зачисляем детей участников специальной военной операции. Для всех остальных абитуриентов правила остаются неизменными: отбор проходит по среднему баллу аттестата. Но хочу акцентировать: сегодня целевой договор – это не просто «льгота при поступлении», а стратегический выбор в пользу стабильного будущего.
– На каких условиях заключается целевой договор?
– Условия максимально прозрачны и, главное, выгодны для всех сторон. Все начинается с работодателя. Организация размещает заявку на целевое обучение на федеральном портале «Работа России». Например, если предприятию нужен один инженер-судоводитель, работодатель указывает это в заявке и прописывает условия поддержки будущего специалиста. Дальше в игру вступает абитуриент. Представьте: школьник заканчивает 9-й класс, в аттестате не только пятерки, средний балл, скажем, 3,6. Но у него есть искреннее желание стать речником. И это, кстати, важный момент: из мотивированных троечников часто вырастают самые преданные профессии специалисты. Он заходит на «Работу России», находит специальность «судоводитель» и видит: есть целевой договор. Что в этом договоре? Работодатель обязан указать меры социальной поддержки. Это может быть ежемесячная стипендия от организации при условии хорошей учебы, например, 5 тыс. рублей за сессию без троек, оплата проезда в общественном транспорте, предоставление места в ведомственном общежитии или компенсация аренды жилья, оплата дополнительных курсов, повышения квалификации. Получается парадоксальная, но очень правильная ситуация: работодатель, еще не зная лично будущего сотрудника, уже готов в него инвестировать. Такое доверие авансом – большая ответственность для курсанта. Мы выступаем третьей стороной договора. По запросу работодателя направляем сведения об успеваемости курсанта, помогаем контролировать учебный процесс. В договоре прописано, что организация обязана трудоустроить специалиста строго в соответствии с квалификацией в дипломе. Никаких «возможно» или «при наличии вакансии». Это гарантия! В итоге целевой договор – это не про «поступить без конкурса», а социальный лифт, ранняя профориентация и уверенность в завтрашнем дне. Работодатель получает лояльного, подготовленного специалиста, курсант – поддержку и гарантированное трудоустройство, а мы – востребованных выпускников, которые возвращаются в отрасль.
– А если студент не придет на работу?
– Это тоже прописано. В центральной части России на эту тему уже случались прецеденты. Если человек не приходит на работу в течение месяца, то он обязан вернуть организации все меры социальной поддержки в полном объеме. Если студент отчисляется во время учебы, должен вернуть и штрафные санкции в казну государства, как если бы учился платно. У нас обучение на СПО стоит 190 тыс. рублей в год. Ушел после первого года – должен вернуть в казну 190 тыс. рублей. Но в Омске таких прецедентов пока не было.
– Сколько у вас целевиков сейчас?
– Пока у нас не самая большая цифра, но мы рассматриваем это как точку роста. В высшей школе – два, в средней – около 10 человек.
– Получается, заключая договор, работодатель не видит будущего работника?
– Именно. В идеале, когда на одно целевое место пять претендентов, желательно было бы собрать их и пообщаться. Правда, ожидать, что в 17 лет человек твердо знает, чего хочет, трудно. В этом возрасте они хотят поступить и понять, смогут ли работать по выбранной специальности.
– Охотно ваши выпускники СПО продолжают обучение в высшей школе?
– Честно скажу: энтузиазм продолжать обучение сразу после СПО сейчас снизился, и на это есть объективные причины. Раньше, когда существовали сокращенные программы высшего образования (всего 3,5 года), выпускники СПО переходили в вуз практически полными группами. Это была логичная, быстрая траектория роста: получал рабочую профессию – и сразу, без потери времени, повышал квалификацию до инженерного уровня. Сегодня ситуация изменилась из-за новых государственных стандартов. В нашей отрасли – в речном транспорте – сокращенные формы обучения для перехода с СПО на ВО фактически упразднены. Курсант учится в училище на судоводителя 4,5 года (раньше было пять, а в перспективе срок могут сократить до 3,7 года). Чтобы получить высшее образование, ему нужно учиться еще 5,5 года. Итого почти 10 лет непрерывной учебы. Для молодого человека, который уже получил диплом и квалификацию, готов выйти на работу и начать зарабатывать, такая перспектива часто выглядит неподъемной. Многие выбирают трудовой путь, а не академический марафон. Выпускники СПО все чаще идут работать сразу. А за высшим образованием возвращаются позже – уже осознанно, через несколько лет практики, когда понимают, что для карьерного роста им нужен инженерный диплом. Иногда они совмещают работу с заочным обучением, но поток «сразу после училища» действительно сократился. Наши ребята оканчивают вуз примерно в 26 лет. Это возраст, когда многие уже создают семьи, у кого-то появляются дети. А получать диплом, будучи женатым человеком – это совсем другая мотивация и нагрузка, чем в 18–20 лет.
– Желаем вашему институту процветания и уверенной приемной кампании в этом году!
Ранее интервью было доступно только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 20 мая 2026 года.
Фото © Максим КАРМАЕВ
