Все рубрики
В Омске понедельник, 24 Июня
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 87,9595    € 94,2606

Сергей ВОРОБЧУКОВ, заместитель председателя Комитета Госдумы по аграрным вопросам:"Частнособсвеннический инстинкт всегда сильнее общественного"

14 августа 2006 13:05
0
2839

На ярмарке «АГРО-Омск-2006» прошло несколько «круглых столов», на которых обсуждались пути развития отечественного сельского хозяйства. «КВ» решили предоставить слово заместителю председателя Комитета Госдумы по аграрным вопросам Сергею ВОРОБЧУКОВУ, который попытался подытожить свой трехлетний опыт работы в нашем высшем законодательном органе и поделился своими мыслями о том, что ждет российское село.

Звенья аграрной цепи

Каждый, кто работает на земле, видит только кусочек цепочки, которая пронизывает все сельское хозяйство. Понять отношения, складывающиеся между сельхозпроизводителями и промышленностью, государством, достаточно непросто. Аграриев постоянно призывают учиться у успешных отечественных хозяйств и зарубежных фермеров, но мало кто знает, как у них все происходит на самом деле, в чем секрет успеха.

Наиболее полное представление о том, как функционирует наше сельское хозяйство, появляется тогда, когда узнаешь, как и над чем работают федеральное Министерство сельского хозяйства, сельхозуправления в регионах и районах. Для полноты картины нужно не понаслышке знать, как живется фермеру за рубежом. За три года работы в Госдуме мне пришлось пройти всю сельскохозяйственную цепочку, и я начал понимать, какие именно законы нужны российскому селу и какую роль они играют для регулирования агроотрасли.

Главное — в любом селе должно быть эффективное производство. Руководителей хозяйств очень долго приходится подводить к мысли, что никто им ничего не даст, если их предприятия будут работать нерентабель. Если нет эффективного производства, ни госдотации, ни кредиты, ни техперевооружение не помогут хозяйству удержаться на плаву. Инвесторы приходят на село с большими деньгами, но есть масса примеров, когда их благородные помыслы разбивались о суровые будни неэффективного производства. Приходя в разорившееся сельхозпредприятие, нужно прежде всего разобраться, почему оно разорилось и зачем позвали инвестора.

В любом деле мотором является частнособственнический инстинкт который всегда сильнее общественного. В 1985 году в РСФСР было 58 млн голов крупного рогатого скота, в 2006-м в РФ осталось 25 млн. Но в те годы миллионы тонн зерна, в основном фуражного, закупались за рубежом, в той же Канаде. Если бы сейчас было такое же поголовье, нам снова не хватало бы фуражного зерна, его пришлось бы закупать. Зато сейчас 35% потребляемого в России мяса завозится из-за рубежа, что представляет угрозу национальной продовольственной безопасности. Именно поэтому национальный проект «Развитие АПК» прежде всего направлен на развитие животноводства.

Сельское хозяйство как бизнес

Постоянно приходится слышать рассуждения о том, что в российском селе процветает иждивенчество, там все поголовно спиваются. Такие факты действительно есть, но это следствие, а не причина. Можно объяснить, почему все так сложилось на селе исходя из социально-экономических условий, но главная проблема в том, что на селе мало настоящих собственников. Когда хотя бы 5% сельских жителей будут считать свою работу бизнесом для себя и своих детей, тогда положение дел начнет меняться. Ну а в бизнесе главное — следить за рынком и производить то, что выгоднее сегодня, внедрять новые технологии, чтобы снижать себестоимость.

Если работа на земле — бизнес, нужно считать, не сколько получено, а сколько потенциально можно производить. И в зависимости от этого лучше подсчитывать, не сколько получаем, а сколько теряем. Сегодняшние СПК — это подобие колхоза, а не частного предприятия, наше село пока больше в старой социально-экономической системе, чем в новой, а люди стали заложниками затянувшегося переходного периода.

В нацпроекте как раз и сделан упор на развитие частных сельхозпредприятий — фермерские и личные подсобные хозяйства. Нужно всемерно развивать кредитную кооперацию — это своего рода касса взаимопомощи для мелких производителей. В Голландии практически на каждой ферме есть своя сыроварня, сыр поставляется по всему миру. У нас тоже стали появляться частные сыроварни, которые приносят неплохую прибыль, но их до обидного мало. В США и других странах экспорт мяса субсидируется государством, что позволяет поставщикам их сильно падать в цене, поэтому на наших прилавках заморские куриные окорочка дешевле отечественных. Для экспорта нужно иметь перепроизводство сельхозпродукции. Отправляя излишки за рубеж, государство имеет массу плюсов, за счет экспорта ослабляется сельхозпроизводство в странах-импортерах. Так, американские окорочка подрывают наш птицепром.

Если лишнюю сельхозпродукцию не удается сбыть за пределы страны, для ограничения производства на Западе вступает механизм квот. А реальную себестоимость сельхозпродукции в развитых странах постоянно мониторят специальные фирмы. За рубежом существует масса ассоциаций, союзов сельхозпроизводителей, которые за столом переговоров договариваются с переработчиками о взаимовыгодном сотрудничестве. Нам еще предстоит пройти этот путь, другого выхода просто нет.

Но и сейчас в нашей деревне есть масса возможностей, чтобы зарабатывать деньги. К примеру, в Тарском районе появились кооперативы, которые заготавливают сено. А в Москаленском некоторые семьи выращивают по одному гектару моркови и совсем неплохо на этом зарабатывают. В 1913-м Россия кормила пол-Европы, а теперь мыупали так низко, что не можем себя прокормить. Тогда столыпинские реформы начались в 1905 году, и через 8 лет был получен отличный результат. Сельское хозяйство уникально тем, что можно безнадежно отстать, а потом догнать и перегнать. Мы по природно-климатическим условиям схожи с Канадой, и за десять лет способны догнать ее по уровню сельхозпроизводства. В сельском хозяйстве нет ноу-хау и засекреченных лабораторий, все открыто, технологии везде примерно одинаковые.

Кадры решают все

Самое главное на земле — это человек, который на ней работает. Нужно, чтобы государство было партнером сельхозпроизводителей, но и сами труженики были не худшими профессионалами, чем за рубежом. У нас сейчас страна каждый месяц теряет по четыре деревни, мы не сможем привезти из-за границы крестьян, чтобы они работали вместо нас на земле. Нужно, чтобы наш Ахиллес догнал черепаху самостоятельно.

После Второй мировой войны в Нидерландах был продовольственный кризис, так там правительство решило учиться сельхозпроизводству и открыло сеть учебно-производственных центров для всех желающих связать свою жизнь с землей. Когда кризис закончился, эти центры перевели на самоокупаемость, и сейчас это вполне состоятельные коммерческие фирмы. У нас тоже можно организовать что-то подобное, только вот учителей сложно будет найти. Пора понять, что искусственно поддерживать деревню, которая ничего не производит, государство не будет.

Конечно, государство должно строить дороги и объекты соцкультбыта, но должны появиться и эффективные сельхозпредприятия. Чтобы появилась кооперация, нужны те, кто будет кооперироваться, — крепкие сельхозсубъекты. Уже сейчас ощущается нехватка рабочих рук в сельхозпроизводстве, но требуются именно квалифицированные кадры. В омских районных газетах нередки объявления: требуются механизаторы, зарплата 10 — 15 тысяч рублей в месяц, но все зависит от профпригодности.

Законодательная кухня

Через Аграрный комитет Госдумы за три года моей работы прошла не одна сотня законопроектов. Сложно сказать, стало ли лучше или хуже после их принятия. Если ПДД стали строже, стало ли само движение безопаснее? Реализация законов на практике вскрывает их недостатки, лазейки, которые надо устранять. Не страшно ошибаться, страшно не делать выводов из ошибок. Исполнять закон труднее, чем принимать. К примеру, после принятия закона о сельхозземлях мы увидели, что механизм выделения границ земельных участков достаточно сложен, и упростили его.

Но возникла другая проблема, разработчики закона не думали, что оформление будет стоить так дорого. Наш комитет обратился в правительство с предложением, чтобы государство взяло расходы по межеванию и выделению земельных участков на себя, но его не поддержали в правительстве. Мое мнение — государство должно это сделать за свой счет, плюсов, когда вся земля обретет своего хозяина, будет очень много. Государство достаточно быстро вернуло бы потраченные деньги в виде налогов за счет увеличения объемов сельхозпроизводства.

Предполагалось, что на рынке оформления земельных участков будет конкуренция, которая приведет к снижению себестоимости оформления. Но на этом рынке она так и не появилась, вот и получается, что выделять свой земельный пай в натуре на конкретном поле можно, только вот денег на это у большинства крестьян нет. Земля — очень мощная залоговая база, но пока она не оформлена, банки кредиты под нее не дают. Правда, чтобы заложить землю и не потерять ее потом, нужно эффективно работать.

Наш комитет был инициатором нацпроекта по АПК. После его принятия резких улучшений пока нет, но о сельском хозяйстве заговорили на всех уровнях. Когда я пришел в Госдуму, мало какие центральные газеты писали про село, а сейчас эта тема не сходит с первых полос. Мы готовим закон о паритете цен на сельскохозяйственную и промышленную продукцию, используя рыночные возможности. В первом чтении принят самый главный закон о развитии сельского хозяйства, который определяет основы взаимоотношений государства и субъектов сельхозпроизводства.  

Комментарии
Комментариев нет.

Ваш комментарий




Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.