Все рубрики
В Омске воскресенье, 21 Июля
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 88,0206    € 96,0371

Роман АБРАМОВИЧ: «Я помню, как сложно было добиться того, чтобы г-н ЛИЦКЕВИЧ подписал необходимые документы от имени Омского нефтеперерабатывающего завода.

30 ноября 2011 12:53
0
2549

В Лондоне продолжается суд по иску Бориса БЕРЕЗОВСКОГО к Роману АБРАМОВИЧУ о взыскании более 5,5 млрд долларов, которые последний якобы недоплатил первому за компании «Сибнефть» и «Русал». Роман Аркадьевич в ответ утверждает, что БЕРЕЗОВСКИЙ никогда не был сособственником указанных компаний, а все деньги которые ему выплачивались в процессе их создания — это плата за политическую «крышу». Собственноручные (точнее написанные с помощью адвокатов) письменные показания АБРАМОВИЧА имеются в открытом доступе. Изначально они написаны на русском языке, потом переведены на английский. Судя по многочисленным г-н, которые являются переводом традиционного англоязычного м-р (мистер) указанный текст, скорее всего, является уже обратным переводом с английского. Все показания, данные далее Романом Аркадьевичем, опираются именно на данный тест имеющий в оригинале более ста печатных страниц. Думаем, читателям «КВ» будет интересно ознакомиться с избранными местами этих показаний, где говорится о том как с создавалась Сибирская нефтяная компания.

История Сибнефти

На настоящем процессе г-н БЕРЕЗОВСКИЙ утверждает, что в какой-то период до создания Сибнефти в августе 1995 г. указом президента я заключил с ним соглашение, согласно которому: (1) мы договорились приобрести контрольный пакет акций Сибнефти при ее создании; (2) 50% этих акций должно было принадлежать мне, а еще 50% — г-ну БЕРЕЗОВСКОМУ и г-ну ПАТАРКАЦИШВИЛИ; (3) прибыль будет распределяться в том же соотношении; и (4) другие пакеты акций должны были приобретаться в том же соотношении.
Подобного согласия никогда между нами не существовало.

Мое первоначальное предложение о создании Сибнефти

Как я отметил выше, в 1994 году я начал сотрудничать с Омским нефтеперерабатывающим заводом, у которого я приобретал нефтепродукты через свои компании Петролтранс и РУНИКОМ С.А." Поставку нефти на Омский перерабатывающий завод осуществляло ОАО «Ноябрьскнефтегаз».

В то время на внутреннем рынке цены на российские нефтепродукты и сырую нефть были значительно ниже уровня рыночных цен на мировом рынке. Трейдинговые компании вроде моих зарабатывали на разнице в ценах, покупали нефть и нефтепродукты по ценам внутреннего рынка и затем продавали их на международных рынках.

К середине 1994 г. Петратранс уже был основным поставщиком нефтепродуктов в Республику Молдова, поэтому, когда в октябре 1994 г. со мной связался министр Республики Молдова — начальник Госкомнефтепродукта г-н Н. ЧЕРНЫЙ и попросил меня встретиться с г-ном Е.Я. ПОЛТОРАКОМ, который являлся помощником генерального директора Ноябрьскнефтегаза, я очень заинтересовался этим. В конце октября 1994 г. в офинсе Петролтранса в Москве мы провели совещание, на котором присутствовали также руководитель Представительства Республики Молдова г-жа Н.П. ПОЛЯКОВА и г-н ПОЛТОРАК. Я понял, что между руководством Ноябрьскнефтегаза и Омского нефтеперерабатывающего завода есть разногласия в вопросах создания новой нефтяной компании, и в целом управление этими государственными компаниями недостаточно эффективно.

Также было заметно, что между руководством Омского нефтеперерабатывающего завода и Ноябрьскнефтегаза плохие отношения, что часто приводилок такой проблеме, как недопоставки нефти Омскому нефтеперерабатывающему заводу от Ноябрьскнефтегаза. Я понял, что эти компании можно сделать гораздо более рентабельными, если объединить их под единым управлением. По результатами совещания я согласился заняться вопросами создания новой нефтяной компании на базе Омского нефтеперерабатывающего завода и Ноябрьскнефтегаза.
К концу 1994 г. я твердо намерен реализовать эту идею и взять под контроль управление вновь создаваемой объединенной государственной компанией.

Чтобы добиться создания этой новой объединенной компании, было крайне важно иметь не только хорошие отношения с руководством предприятий и регионов, но также были необходимы связи с кем-то, пользующимся политическим влиянием на высоком уровне, чтобы протолкнуть необходимые законодательные инициативы и обеспечить «крышу». По обычным российским меркам, к концу 1994 г. я уже был успешным бизнесменом, однако не был известен в политических кругах и не имел прямого доступа к людям, имевшим возможность влиять на членов правительства, принимающих важнейшие решения. Мне было также понятно, что даже если удастся взять под контроль управление Омским нефтеперерабатывающим заводом и Ноябрьскнефтегазом, его будет невозможно сохранить без поддержки сильной «крыши». Как я уже говорил, в то время в России необходимость иметь «крышу» была неизбежной реальностью ведения бизнеса.

В числе моих друзей, имевших, как я полагал, необходимые для осуществления моей идеи связи в политических кругах, был г-н Петр АВЕН. Я был знаком. приблизительно с 1991 г., с председателем совета директоров Альфа-Банка г-ном Михаилом ФРИДМАНОМ, через которого в 1992 г. познакомился с г-ном АВЕНОМ. Вскоре мы стали друзьями. Помимо регулярных встреч в Москве, обычно на светских мероприятиях, мы вместе ездили в отпуск, например, путешествовали по Бразилии. Я много раз обсуждал с г-ном АВЕНОМ свою идею создания вертикально интегрированной нефтяной компании, потому что мне была нужна его поддержка.

К концу 1994 г. г-н АВЕН со своими деловыми партнерами пригласили меня поехать с ними в круиз по Карибскому морю. В этом круизе я познакомился с г-ном БЕРЕЗОВСКИМ, с которым начал обсуждать свою концепцию создания вертикально интегрированной нефтяной компании. В то время я уже знал, что г-н БЕРЕЗОВСКИЙ — человек, имеющий большое политическое влияние в Москве. Я понял, что он может обеспечить мне важныеконтакты.Болеетого,мнебылоизвестно,чтоуг-на БЕРЕЗОВСКОГО, были, как считалось, крепкие связи с чеченцами, которые в то время пользовались в Москве большим влиянием. Мне представлялось, что г-н БЕРЕЗОВСКИЙ способен обеспечить мне как политическую, так и физическую поддержку и защиту.

Я помню, как объяснил г-ну БЕРЕЗОВСКОМУ, что хочу объединить Омский нефтеперерабатывающий завод и Ноябрьскнефтегаз в единую компанию, управление которой я буду контролировать. Я объяснил, что можно заработать много денег, объединив контроль над этими компаниямии управляя их продажами через мои трейдинговые компании. В то время я думал, что прежде всего нужно получить контроль над управлением новой компанией и только после этого готовиться к аукционам для приобретения ее акций. Я совершенно уверен, что мы с ним в тот момент не обсуждали программу «кредиты в обмен на акции», потому что в то время я ничего об этом не знал, поскольку идея самой такой программы появилась только весной 1995 г. Хотя из нашей беседы я понял, что г-н БЕРЕЗОВСКИЙ мало что знает о нефтяной промышленности, его явно заинтересовалаперспективабизнесасотличнымивозможностями постоянных крупных денежных потоков. Я, со своей стороны, считал, что, получив доступ к товарным потокам и возможность обеспечить эффективное управление, я смогу повысить свой доход от торговли и таким образом оплачивать предоставленную моему бизнесу защиту.

Я с самого начала учитывал тот факт, что если г-н БЕРЕЗОВСКИЙ окажет мне содействие в создании новой компании, в ответон будет рассчитывать на значительное финансовоевознаграждение. Меня не слишком это радовало, но я был реалистом и знал, что без «крыши» моя идея о создании вертикально интегрированной нефтяной компании идеей и останется. При этом ни во время круиза по Карибскому морю, ни после этого мы совершенно точно не обсуждали идею того, что г-н БЕРЕЗОВСКИЙ будет владеть половиной компании. Честно говоря, он не был этом в заинтересован, поскольку в ходе наших переговоров мы не исходили из того, что объединенная компания сама по себе будет приносить доход, во всяком случае в краткосрочной перспективе, а его интересовали только денежные потоки. И я уже точно не предлагал сделать г-на БЕРЕЗОВСКОГО владельцем 50-процентной доли своих трейдинговых компаний, поскольку я создавал свой трейдинговый бизнес без него.

Я припоминаю, что во время круиза г-н БЕРЕЗОВСКИЙ улетал в Москву, а затем вернулся на Карибы, и мы продолжали наше общение. В то время он не переставал говорить о компании ОАО «ОбщественноеРоссийскоеТелевидение»(ОРТ),котораявладело центральным российским телевизионным каналом, а также о том, насколько важно для него было иметь возможность финансировать свой проект ОРТ. Мы с г-ном БЕРЕЗОВСКИМ договорились продолжить беседу после возвращения в Москву.

После возвращения в Москву я рассказал об этой беседе г-ну ШВИДЛЕРУ, с которым я тесно сотрудничал (и продолжаю сотрудничать) и который в то время в основном занимался управлением делами компании РУНИКОМ С.А. Когда я пытался встретиться с господином БЕРЕЗОВСКИМ, он, казалось, был постоянно занят, и ему все время приносили различные предложения и просьбы. Тем не менее мне удалось с ним несколько раз встретиться в его Клубе ЛогоВАЗ, а также с глазу на глаз на правительственной даче в Александровке, которой г-н БЕРЕЗОВСКИЙ в то время пользовался. Я помню, что на меня произвело впечатление, что г-н БЕРЕЗОВСКИЙ, не занимая официального никакого поста в правительстве, имел возможность пользоваться правительственной собственностью, которую охраняла Федеральная служба охраны. Для меня это означало, что г-н БЕРЕЗОВСКИЙ — тот человек, который может оказать мне необходимую политическую поддержку. В то же время, поскольку это была правительственная собственность, нам, помнится, приходилось вести беседы во время прогулок по довольно большому участку вокруг дома.

Политическая поддержка, необходимая для создания Сибнефти

Первоначально моей главной целью было создать Сибнефть и получить доступ к товарным потокам, для чего прежде всего необходимо было издание соответствующего указа Президента Российской Федерации. Мы оба — я сам и г-н БЕРЕЗОВСКИЙ — сыграли важную роль в том, чтобы добиться издания такого указа, как я объясню ниже. В ходе настоящего разбирательства г-н БЕРЕЗОВСКИЙ сильно преувеличивает ту роль, которую он сыграл на самом деле, и создает впечатление, что его коммерческая роль была более значительной. Это не соответствует действительности, как поясню ниже. В любом случае я никогда не отрицал и не отрицаю, что предоставленная им «крыша» была совершенно необходима для процесса, поэтому его вклад (хоть он и значительно отличается от той картины, которую он пытается изобразить сейчас) все равно имел важное значение.

Я понимал, что для создания новой компании на базе действующих государственных предприятий мне была необходима поддержка со стороны руководителей этих предприятий, а именно г-на Виктора ГОРОДИЛОВА (в то время генеральный директор Ноябрьскнефтегаза) и г-на Ивана ЛИЦКЕВИЧА (в то время генеральный директор Омскогонефтеперерабатывающегозавода),которые имели большой авторитет в данной отрасли. Поскольку я давно работал в отрасли, то с каждым из них у меня сложились хорошие деловые взаимоотношения. Однако свести вместе г-на Виктора ГОРОДИЛОВА и г-на ЛИЦКЕВИЧА — двух «красных директоров», учитывая их сложные отношения, оказалось самым сложным из того, что мне пришлось сделать для формирования компании.

Это я, а не г-н БЕРЕЗОВСКИЙ, организовал письмо от г-на Виктора ГОРОДИЛОВА на имя президента Бориса ЕЛЬЦИНА с объяснением выгод создания новой нефтяной компании, поскольку, как я уже сказал выше, я был знаком с г-ном Виктором ГОРОДИЛОВЫМ со времени моего сотрудничества с Ноябрьскнефтегазом. Я подготовил это письмо вместе с господином ПОЛТОРАКОМ и получил подпись г-на Виктора ГОРОДИЛОВА. После того как г-н Виктор ГОРОДИЛОВ подписал письмо, я добился, что губернатор Омской области г-н Леонид ПОЛЕЖАЕВ передал его президенту ЕЛЬЦИНУ. Я был знаком с г-ном ПОЛЕЖАЕВЫМ, поскольку вел операции в этом регионе. Г-н БЕРЕЗОВСКИЙ не имел возможности лично передать письмо президенту ЕЛЬЦИНУ, потому что в то время он не занимал никакого официального поста в правительстве и не имел прямого доступа к президенту. Вместо этого г-н БЕРЕЗОВСКИЙ использовал свое влияние на тех, кто имел доступ к президенту ЕЛЬЦИНУ, чтобы добиться соответствующего разрешения по письму г-на Виктора ГОРОДИЛОВА после его получения президентом.

Получить поддержку г-на Ивана ЛИЦКЕВИЧА было одной из самых сложных задач. У меня были хорошие личные отношения с г-ном ЛИЦКЕВИЧЕМ, которого я знал по работе с Омским нефтеперерабатывающим заводом. Сначала г-н ЛИЦКЕВИЧ не поддержал идею объединения Омского нефтеперерабатывающего завода с Ноябрьскнефтегазом, так как у него были сложные отношения с г-ном Виктором ГОРОДИЛОВЫМ. Я подготовил письмо ЛИЦКЕВИЧУ и попросил г-на БЕРЕЗОВСКОГО подписать его, чтобы г-н ЛИЦКЕВИЧ видел, что у меня есть поддержка г-на БЕРЕЗОВСКОГО, который был хорошо известен как человек, пользующийся влиянием в Москве. Затем я отправился на Омский нефтеперерабатывающий завод (трехчасовой перелет из Москвы)и письмо вручил г-ну ЛИЦКЕВИЧУ.
В конце концов, после длительных дискуссий между мной г-ном Виктором ГОРОДИЛОВЫМ и г-ном ЛИЦКЕВИЧЕМ, мы договорились, что г-н Виктор ГОРОДИЛОВ станет президентом новой компании, а г-н Иван ЛИЦКЕВИЧ станет председателем совета директоров. Тем не менее я помню, как сложно было добиться того, чтобы г-н ЛИЦКЕВИЧ подписал необходимые документы от имени Омского нефтеперерабатывающего завода, поскольку он продолжал колебаться относительно поддержки проекта.

Г-н БЕРЕЗОВСКИЙ использовал свое личное политическое влияние в Москве для получения необходимых подписей для подготовки и принятия необходимых нормативно-правовых актов. Он никогда не говорил мне, что это произошло во время его непосредственной встречи с президентом ЕЛЬЦИНЫМ. Я помню, как г-н БЕРЕЗОВСКИЙ рассказывал мне, что встречался с президентом ЕЛЬЦИНЫМ весной 1995 г., но все же, как я понял, это не была встреча с глазу на глаз и она не была связана с Сибнефтью. Насколько мне известно из наших с ним бесед, г-н БЕРЕЗОВСКИЙ впервые встретился с президентом ЕЛЬЦИНЫМ наедине после того, как он был назначен заместителем Секретаря Совета безопасности в октябре 1996 г.

Г-н БЕРЕЗОВСКИЙ определенно никогда не был членом «группы советников» президента ЕЛЬЦИНА. Я знаю это от г-на Валентина ЮМАШЕВА, который к 1996 г. был советником президента ЕЛЬЦИНА по вопросам взаимодействия со средствами массовой информации, а в марте 1997 г. стал руководителем Администрации Президента, и с которым у меня сложились дружеские взаимоотношения.
Итак, мне была важна способность г-на БЕРЕЗОВСКОГО убедить тех, кто мог оказать влияние на решение президента ЕЛЬЦИНА поддержать предложение о создании компании Сибнефть. Г-н БЕРЕЗОВСКИЙ рассказал мне, что говорил с г-ном ЮМАШЕВЫМ и другими людьми, известными как члены ближнего круга президента ЕЛЬЦИНА, включая г-на ИЛЮШИНА и генерала КОРЖАКОВА. В то время генерал КОРЖАКОВ был одним из немногих, у кого ежедневно был доступ к президенту ЕЛЬЦИНУ. В связи с этим участие г-на БЕРЕЗОВСКОГО было крайне важным, так как в то время у меня не было политических контактов на таком уровне в Администрации Президента.

Законодательные акты были приняты, и Сибнефть была официально зарегистрирована 6 октября 1995 г. в городе Омске. Г-БЕРЕЗОВСКИЙ потребовал у меня (неразборчиво), что нужно заплатить генералу КОРЖАКОВУ), который по, его словам, он понес в связи с обеспечением поддержки для создания Сибнефти. Осенью 1995 г. я заплатил г-ну БЕРЕЗОВСКОМУ по его просьбе 10 миллионов долларов, из них 4 миллиона долларов РУНИКОМ С.А. перечислил напрямую ЛогоВАЗу. Это была часть платы за услуги БЕРЕЗОВСКОГО.

Сибнефть под моим руководством

Не все российские нефтяные компании, которые были созданы в то время в том же порядке, оказались столь же эффективны, как Сибнефть. Некоторые из них обанкротились, например, как это произошло с компанией ОАО «СИДАНКО».

После того как президентом Сибнефти был назначен г-н Виктор ГОРОДИЛОВ, одной из серьезных задач, стоявших передо мной, было провести интеграцию старой команды и новой. Эта задача была с успехом решена, было налажено эффективное сотрудничество, что в итоге нашло свое отражение в экономических производственных показателях Сибнефти.

При подготовке настоящих показаний мне напомнили о следующем: (а) соглашение от 9 сентября 1995 г. между г-ном Виктором ГОРОДИЛОВЫМ и г-ном БЕРЕЗОВСКИМ о создании Нефтяной финансовой корпорации, где говорилось, что эта компания будет иметь право принимать решения по всем важным вопросам, касающимся деятельности Сибнефти; (б) почти идентичное соглашение между г-ном БЕРЕЗОВСКИМ и г-ном Константином ПОТАПОВЫМ, в то время и.о. президента Омского нефтеперерабатывающего завода, от 11 октября 1995 г.; (в) договор о взаимных обязательствах от 9 сентября 1995 года между Нефтяной финансовой корпорацией и Сибнефтью, подписанный г-ном БЕРЕЗОВСКИМ и г-ном Виктором ГОРОДИЛОВЫМ; а также (г) договор почти на тех же условиях, но между Нефтяной финансовой корпорацией и Омским нефтеперерабатывающим заводом, подписанный г-ном БЕРЕЗОВСКИМ и г-ном ПОТАПОВЫМ от 12 октября 1995 г.

Что касается обстоятельств заключения этих соглашений, я помню следующее. Как я уже объяснял, г-н Виктор ГОРОДИЛОВ был уважаемой фигурой не только в отрасли, но и среди работников предприятия, поэтому необходимобылозаручитьсяегоподдержкой. Г-н ПОТАПОВ был не менее важным лицом, учитывая (неразборчиво), я попросил БЕРЕЗОВСКОГО подписать их от имени Нефтяной финансовой корпорации, поскольку его статус, влияние и политическое положение в то время придавали вес содержащимся в них обязательствам. В конечном счете Нефтяная финансовая корпорация так и не была создана, хотя специализированная компания, которая была в итоге организована для участия в залоговом аукционе, носила очень похожее название. Как бы то ни было, поддержка г-на Виктора ГОРОДИЛОВА и г-на ПОТАПОВА была мне обеспечена.

Аукцион по 51% акций Сибнефти по программе «кредиты в обмен на акции»

Приблизительно в марте 1995 г. г-н Владимир ПОТАНИН (который в последующем стал первым заместителем премьер-министра) на заседании Правительства Российской Федерации предложил от имени консорциума банков предоставить кредит правительству под залог принадлежащих государству акций ведущих российских предприятий. Так была впервые озвучена идея залоговых аукционов, которая получила неофициальное название «кредиты в обмен на акции». 31 августа 1995 г. Вышел Указ Президента № 889 «О порядке передачи в 1995 году в залог акций, находящихся в федеральной собственности». Комитету по управлению государственным имуществом было поручено в 10-дневный срок определить перечень пакетов акций, выставляемых на аукцион. В данном списке Сибнефти не было.

Включение Сибнефти в программу

Мы с г-ном БЕРЕЗОВСКИМ примерно в сентябре 1995 г. встречались с членами Комитета по управлению государственным имуществом, включая г-на Альфреда КОХА, который, как я помню, исполнял обязанности председателя этого комитета. Позднее я неоднократно встречался с г-ном КОХОМ и мы обсуждали шаги, которые необходимо предпринять для включения Сибнефти в программу «кредиты в обмен на акции». Кроме того, мы обменялись мнениями по возможной цене предложения по кредиту, исходя из того, как мы оценивали стоимость компании. Я также обсуждал вопрос включения Сибнефти в программу «кредиты в обмен на акции» с г-ном Виктором ГОРОДИЛОВЫМ (неразборчиво)... поддержка руководства самой компании. Убедить г-на Виктора ГОРОДИЛОВА было долгим и нелегким делом, но в конце концов он согласился поддержать это предложение и при необходимости даже оказать финансовую поддержку.

Первым шагом стало издание Комитетом по управлению государственным имуществом 11 октября 1995 г. распоряжения № 1462-р, согласно которому 51% акций Сибнефти закреплялся в федеральной собственности, а 49% акций подлежало продаже на инвестиционных конкурсах и специализированном денежном аукционе. Г-н КОХ сказал, что без издания указа президента он сам больше ничего сделать не может. Я сказал ему, что беру это на себя, и попросил г-на КОХА, чтобы он выступил на заседании правительства с предложением о передаче в залог 51% акций Сибнефти. Он согласился. Дальше все произошло очень стремительно, буквально за один день: правительство одобрило предложение Комитета по управлению государственным имуществом о передаче 51% акций Сибнефти в залог (постановление № 1167 от 27.11.1995 г.), был подготовлен проект указа, собраны необходимые согласования, после чего г-н БЕРЕЗОВСКИЙ обеспечил подписание президентом ЕЛЬЦИНЫМ Указа от 27.11.1995 г. № 1186 «Об управлении и распоряжении акциями открытого акционерного общества «Сибирская нефтяная компания», находящимся в федеральной собственности». В этот же день было опубликовано информационное сообщение о проведении 28 декабря 1995 г. аукциона на право заключения договоров кредита, залога акций Сибнефти, составляющих 51% уставного капитала и соответствующего договора комиссии.

Я понимал, что надо обязательно участвовать в торгах, иначе я рискую потерять контроль над оперативным управлением, на который я уже потратил столько денег и которого добился с таким трудом. И я со своей командой сосредоточился на подготовке к аукциону. В этой связи я обсуждал предстоящий аукцион с г-ном Виктором ГОРОДИЛОВЫМ. При этом выкуп акций не обсуждался, так как предметом аукциона было предоставление кредита правительству под залог акций.

Реализация программы «кредиты в обмен на акции»

Чтобы принять участие в аукционе по программе «кредиты в обмен на акции» я организовал создание компании под названием ЗАО «Нефтяная финансовая компания» (НФК). Мы с г-ном БЕРЕЗОВСКИМ обсуждали участие НФК в аукционе с г-ном Александром СМОЛЕНСКИМ, с которым впоследствии и договорились об условиях, на которых НФК и АКБ «Столичный банк сбережений» (СБС) подадут заявку на право заключения с российским правительством договоров кредита, залога 51% акций Сибнефти и договора комиссии. Я сделал так, что совладельцами НФК стали две российские компании — ООО «Вектор-А», которое на 100% принадлежало другой моей компании — Петролтранс, и АКБ «Объединенный банк» (Объединенный банк). Основными владельцами Объединенного Банка были государственная компания ОАО «АвтоВАЗ», ее дочернее предприятие ПКБ «АвтоВАЗбанк» и ЛогоВАЗ. Было широко известно, что Объединенный Банк связан с г-ном БЕРЕЗОВСКИМ, и на протяжении всего процесса подготовки к аукциону и последующего участия я стремился поддерживать впечатление нашей связи с г-ном БЕРЕЗОВСКИМ, чтобы придать больший вес нашей заявке. В конце концов я платил ему именно за это и пользовался каждой возможностью, чтобы получить выгоду от его протекции.

Несмотря на то, что Объединенный Банк формально являлся одним из акционером НФК, на практике я полностью контролировал компанию через генерального директора г-на Ивана КУЛАКОВА, его заместителя — г-жу Екатерину СМЕЛЬЦОВУ, а также главного бухгалтера г-на Владимира ГУБИНЦА, которые действовали в соответствии с моими указаниями. Г-жа СМЕЛЬЦОВА, в частности, подписывала кредитное предложение для заявки НФК на аукционе. В тот период времени собрание акционеров даже если они и проводились, то носили формальный характер, поэтому разногласий между акционерами не возникало.

Помню, что два или три раза во время подготовки заявки я видел Наталию НОСОВУ, которую я знал как доверенное лицо г-на БЕРЕЗОВСКОГО, но я не помню, чтобы она участвовала в принятии каких-либо серьезных решений. Основная часть работы по подготовке нашей заявки была выполнена членами моей рабочей группы, а именно г-ном КУЛАКОВЫМ, г-ном Андреем ГОРОДИЛОВЫМ, г-жой СЕЛЬЦОВОЙ, г-ном Петром КОЧЕВРИНЫМ и еще несколькими членами моей команды. Я припоминаю, что встречал г-на Леонида ВАЛЬДМАНА на этапе создания Сибнефти. В частности, я помню, что он редактировал письмо от Ноябрьскнефтегаза на имя президента ЕЛЬЦИНА в феврале 1995 г. Однако я не помню, чтобы он играл какую-либо роль в процессе аукциона.

Комментарии
Комментариев нет.

Ваш комментарий


Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.