В минувший четверг, 5 февраля, в пресс-центре «КП в Омске» состоялась традиционная пресс-конференция руководства Омского УФАС России, на которой Сергей СУМЕНКОВ традиционно подвел итоги работы управления за год. Отвечая на вопросы омских СМИ, в том числе обозревателя «КВ» Николая ГОРНОВА, Сергей СУМЕНКОВ пояснил, почему омичам не имеет смысла ждать снижения розничных цен на бензин, прокомментировал перспективы контроля цен на продовольствие, а также поддержал НПО «Мостовик» в его желании поспорить с антимонопольным органом в суде.
О контрактной системе
Федеральный закон «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» вступил в действие, напомню, с 1 января 2014 года. Поскольку конструкция законодательства о госзакупках во многом изменилась, мы имеем по прошлому году большой рост жалоб. Если в 2013 году к нам поступило 765 жалоб по результатам торгов, то в 2014 году – 1214. То есть на 59% больше. В 2013 году признано обоснованными 199 жалоб, в 2014 году – 280. В соответствии с требованием законодательства о контрактной системе приходится проводить больше и внеплановых проверок. Если в 2013 году вне плана было проведено 70 проверок, то в 2014 году – 529 проверок. В 2013 году было 55 обращений о включении нарушителей в реестр недобросовестных поставщиков, в 2014 году – 207. Включено в реестр в 2013 году 18 предприятий, в 2014 году – 95. С одной стороны, показатели вроде бы результативные, с другой – неимоверно увеличилась нагрузка на сотрудников антимонопольного органа.
О регулировании продовольственных рынков
Как бы ни лихорадило рынки продовольственных товаров, как бы ни стремились вверх цены, но экономика России, напомню, рыночная. Наша страна, насколько я понимаю, не собирается возвращаться к государственному управлению товарными рынками, субъекты предпринимательской деятельности самостоятельно распоряжаются своим имуществом и не ограничены ничем в своем праве устанавливать цены на производимые и реализуемые товары. Ограничения могут вводиться только федеральными законами.
Антимонопольные органы обладают правом контролировать цены на продовольственные товары только в трех случаях. Первый — это когда хозяйствующий субъект, занимающий на розничном рынке долю более 50%, злоупотребляет своим доминирующим положением. В Омской области, сразу скажу, таких хозяйствующих субъектов, которые бы доминировали на каком-либо розничном товарном рынке, пока нет. Второй случай – это когда не менее трех участников оптового или мелкооптового рынка занимают совокупно долю более 50% рынка. Тогда это получается коллективный доминирующий субъект, и мы уже в праве контролировать такую ситуацию. Вот сейчас, к примеру, нам удалось выявить признаки такого коллективного доминирования на мелкооптовом рынке сахара. Третий случай, когда мы можем вмешаться, – если мы подозреваем наличие картельного сговора между участниками рынка.
Понятно, что большинство граждан России родилось еще в Советском Союзе, и любое повышение цен вызывает у них негативную реакцию. А сегодня, когда ситуация в экономике очень непростая, цены действительно растут. Как по объективным причинам, так и по субъективным. Но когда мы с вами бросаемся на тот или иной продукт, который начинает дорожать, то однозначно подливаем масла в огонь. В рыночных условиях самый действенный метод борьбы с необоснованным повышением цен — отсутствие спроса. Если очень дорого – не покупайте. Не ходите к нечистоплотным продавцам. Если никто не будет у них ничего покупать, то продавцы вынуждены будут сами снизить цену, минимизируя свою прибыль до самых крайних пределов. Закон конкуренции объективен, и он работает.
А антимонопольные органы будут заниматься своей работой — осуществлять контроль за продовольственными рынками. Мы это делаем достаточно давно и уже накопили достаточный опыт. И по гречке у нас возбуждались дела, и по молоку, и по соли поваренной. Если бы еще и СМИ перестали разжигать среди населения ажиотаж, что у нас опять беда, потому что яйцо подорожало на два рубля, то мы бы еще быстрей справились с этими проблемами. Эмоциональное реагирование всегда играет на руку только нечистоплотным продавцам.
О ценах на гречку
Бывает, что проблема начинается уже с производителей. Показательный пример – крупа гречневая. Фермеры Алтайского края решили, что им не хватит средств на посевную, и они захотели подзаработать, пользуясь ажиотажным спросом. Все последующие перепродавцы по зернышку клюнули, а в результате цена на прилавках получилась более 50 рублей.
О подорожании куриного мяса
Мы проанализировали товарный рынок мяса птицы и установили, что объемы ввоза и вывоза у нас очень значительные. К нам везут, например, с Алтая, из Новосибирской области. Сейчас анализ товарного рынка мяса птицы завершают наши коллеги из управлений ФАС России в других регионах, и когда будет понятна ситуация в границах России или хотя бы в границах нескольких областей, то мы сможем отреагировать на рост цен.
О ценах на бензин
Есть такая шутка, что если цены за границей на что-то растут, то растут цены и у нас. Если за границей цены падают, то у нас они все равно растут. Теоретически после снижения мировых биржевых цен на нефть должны снижаться и внутренние цены на нефтепродукты. Мы отслеживаем эту ситуацию, и оптовые цены действительно уже начинают снижаться. Оптовые цены на самый распространенный АИ-92 с июля 2014 года по февраль 2015 года снизились на 2,8%. А в рознице за это время цена на АИ-92 за это же время стала выше на 10%.
Мы с этой ситуацией будем разбираться, конечно. К сожалению, на рынке нефтепродуктов розничные продавцы тоже пытаются воспользоваться общим ажиотажем. А когда начинаем разбираться в причинах, почему же повысились цены, то чаще всего слышим в ответ, что цены возросли в силу того, что выросли цены на энергоносители. У нас одно такое дело уже возбуждено в отношении компании «Газпромнефть — Региональные продажи» и находится сейчас в стадии рассмотрения.
С другой стороны, ни для кого не секрет, что экономика России базируется преимущественно на доходах от нефтяного бизнеса. И если производители нефтепродуктов теряют доходы на том, что за рубежом цены на нефть упали, то им недополученные на экспорте доходы нужно где-то дополучить. Они же не могут работать с отрицательной маржой?
О рекламе
С рекламным законодательством ситуация в Омске стабильная. Рост обращений есть, но при этом стало меньше обоснованных жалоб. Людям что-то не понравилось – они сразу обращаются к нам. А фактически по результатам проверок за год было возбуждено только 67 дел о нарушениях законодательства о рекламе. В 2013 году, для примера, мы возбудили 101 дело. Основные виды нарушений: несанкционированная sms-рассылка, реклама финансовых услуг, изделий медицинского назначения, превышение времени рекламы в теле- и радиопрограммах.
О «Мостовике»
Мнение у меня может быть любое, но на работе я обязан контролировать исполнение закона. Что написано в законе, то я и обязан делать. Разве «Мостовик» по нашей вине попал в реестр недобросовестных поставщиков? Включение в реестр – это уже следствие. Причина – это неисполнение госконтракта. К нам обратилось с заявлением Управление дорожного хозяйства Омской области, мы рассмотрели это заявление и пришли к выводу, что требования заявителя законны. У нас не было правовых оснований не включать «Мостовик» в реестр, на тот момент уже состоялось и решение Арбитражного суда Омской области, которым действия Управления дорожного хозяйства были признаны правомерными. А лично мне «Мостовик» жалко. И компанию, и ее руководителей. Потому что «Мостовик» на рынке реально и заменить-то некем. И если они в суде отобьются, то я буду рад. У нас нет ревности, мы не считаем, что всегда правы. И суды, кстати, больше входят в положение заявителей, чем мы. Потому что за нами стоит прокурор, а за судьями – нет. Поэтому мы всегда руководствуемся законом, а судьи, к счастью, иногда могут руководствоваться усмотрением, а не законом.
