Все рубрики
В Омске среда, 29 Марта
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 76,5939    € 82,7750

Сейран МЕЖУНЦ, гендиректор ООО «Меж-компани»: «Готовы запустить производство колы. Тот самый вкус у нас уже получился, осталось придумать название»

18 марта 2023 17:35
3
2610

На данный момент молочный завод перерабатывает более 100 тонн молока в сутки. 

Недавно на одном из сайтов объявлений была размещена информация о продаже в Омске молочного завода – ООО «Меж-компани». Генеральный директор предприятия Сейран МЕЖУНЦ опроверг слухи о продаже и согласился дать «Коммерческим Вестям» развернутое интервью. Он рассказал, чем занимается предприятие, почему завод не продается и какую новую продукцию готовится выпустить на рынок в ближайшее время. Беседовала с бизнесменом обозреватель еженедельника Анастасия ИЛЬЧЕНКО.

– Сейран Юрьевич, так все-таки завод по переработке молока «Меж-компани» не продается?

– Конечно нет! Мы как обычно занимаемся рабочим процессом. Правда, из-за этого фейкового объявления мне за один день пришлось ответить более чем на 120 звонков. Но я спокойно отношусь к данной ситуации и рассматриваю ее как своеобразную рекламу. Тем более что реклама получилась бесплатной. Мне звонили даже те, с кем я никогда не общался лично, – и покупатели, и конкуренты, и поставщики сырья. Они в один голос говорили, что им не хотелось бы терять таких надежных партнеров, как мы. В 2018 году мы резко вошли в рынок и за четыре года стали одними из лидеров по переработке молока. Когда начинали, у нас были определенные трудности. И как-то в плохом настроении лет 5-7 назад я распорядился дать объявление о продаже. И вот сейчас его кто-то откопал в архивах и снова опубликовал. Неважно, кто это сделал, важно, что мы преодолели все прошлые трудности и на данный момент перерабатываем более 100 тонн молока в сутки. Мы гордимся, что наша закупочная цена одна из самых высоких с точки зрения среднегодового расчета.

– Когда появилось ООО «Меж-компани»?

– В 2016 году мы начали строить завод. Через полтора года, в 2017-м, состоялся первый выпуск продукции.

– Какой она была?

– Как и сейчас – сыр и масло.

– Почему именно такой ассортимент? Он не самый простой.

– Да, сыр – это самое тяжелое в молочном производстве. Мы изучили рынок и увидели, что в России в данном направлении есть определенный дефицит, который мы можем сократить.

– Вам молока хватает в Омской области?

– Да, мы даже отказываемся от предложений. Вот утром мне уже звонили по этому поводу. Но продолжаем развиваться, на месте не стоим. Начинаем новые производства, постепенно ремонтируя помещения.

– У кого закупаете молоко?

– И у перекупщиков, и у крупных хозяйств. Таких у нас в данный момент восемь. Они являются основными поставщиками сырья. Мы с ними работаем напрямую. Тем не менее перекупщики заводу нужны. С хозяйствами у нас четкие договоры – хотим или нет, обязаны все их молоко купить. А с перекупщиками плавающие договоры, мы им говорим, какие в данный момент готовы приобрести объемы. С нами считаются, ведь мы производим 140 тонн продукции, известной по всей России. Но в то же время идем навстречу производителям молока. Оказываем поддержку хозяйствам, с которыми работаем. Последние три года засуха, и мы им помогаем с закупом кормов.

– Бывает, что молоко поступает некондиционное?

– Конечно. Потому и предпочитаем работать с крупными хозяйствами – они этот момент контролируют. Крупные трейдеры тоже отслеживают. А вот мелкие…. Мы поначалу с ними сотрудничали, когда начинали раскручивать производство. У нас на заводе имеется собственная аттестованная лаборатория, которая работает на приемку молока и на определение качества выпускаемой продукции.

– Куда вы реализуете продукцию? Зашла на ваш сайт, увидела этикетки и поняла, что не видела в Омске ни ваши сыры, ни масло.

– И не увидите. Нас в Омске пока нет. Мы начали с Москвы. Сейчас наша продукция продается в Краснодаре, Ростове-на-Дону, Пятигорске, Владивостоке, Якутии, Чите. В основном продажи идут в Казани, Новосибирске, Москве, Санкт-Петербурге. Мы арендуем базу в Москве, откуда распространяется продукция. Кроме того, есть крупный дилер, который в Новосибирске и Казани занимается продажей наших товаров. Мы – крупное предприятие, поэтому торгуем фурами.

– Большие торговые сети, наверное, могли бы приобретать и фурами ваш товар?

– Мы сейчас  не работаем с сетями. Хотя на данный момент у нас идут согласования договоров с ними, но, честно говоря, пока прогресса не вижу. Я не хочу попасть в экономическое рабство. Пока не составим договор нормально, в сети не зайдем. Нам это не сильно мешает работать, ведь между торговыми сетями и производителями молочной продукции есть посредники. Мы работаем с ними. Они уже сами договариваются с сетями, рынками и т.д. Да, продаем чуть дешевле, чем если бы сами договаривались с ритейлом, но нам такая схема удобнее. Мы решаем другие задачи. Будем ставить сушилки для молока и для сыворотки. Кроме того, из сыворотки делаем тан, айран. Мы больше на производстве заработаем, чем подавшись в торговлю и создав торговые точки, которую еще лет 5-7 нужно будет раскручивать.

– Какой объем молока ежедневно перерабатывает завод?

– В среднем более 100 тонн. Летом – 140, зимой – 80-90 тонн. У нас так настроено производство. Для увеличения объемов есть все составляющие  – свободными остаются еще 10 тыс. кв. м цехов.

– А всего сколько у вас площадей?

– Более 19 тыс. кв. м цехов. Очень сложно было оформить данную зону под пищевое производство, но мы справились.

– После санкций сложности с ремонтом оборудования, поставками комплектующих были?

– Мы в этом плане уникальны, потому что сами сделали свое оборудование. Покупали на закрывающихся заводах старое и ремонтировали. Я по образованию инженер, и вместе со мной по 16 часов реконструкцией установок занимались мои сотрудники. Мы и сепараторы отремонтировали, и ванны механические переделали на электронные. Когда начинали, никак не могли понять, как сделать, чтобы после вакуумирования на сыре оставались глазки. Они уходили, а продать такой продукт сложно. И нашли выход – поменяли оборудование.

– Сколько у вас сыры вызревают?

– Три недели. Но хочу уточнить: мы делаем не сыр, а сырный продукт. Изначально я, конечно, мечтал производить сыр, в частности чеддер. У меня были очень высокие амбиции. Мы произвели партию и проиграли. Месячную продукцию нужно было либо утилизировать, либо продать как второй сорт.

– Почему?

– Натуральный сыр оказался никому не нужен. Тогда я в магазинах Омской области организовал торговую акцию. Задача была выяснить, что нужно людям. Мы предложили покупателям продегустировать три вида сыра: полностью на растительном жире вместо молочного, наполовину на заменителе молочного жира (ЗМЖ) и натуральный. В итоге 94% предпочли сыр, где молочный жир полностью заменен на растительный, 3% – где 50% ЗМЖ и всего 1% проголосовал за настоящий сыр на молочном жире. И какой вывод? Поколение кока-колы уже привыкло ко вкусу растительных жиров, и для них он самый натуральный. Увидев результаты, на полгода остановил завод и полностью перестроил производство, чтобы делать сыр на заменителе молочного жира. И знаете, мы в месяц продаем уже более 300 тонн сыра. Но мы берем самый лучший заменитель. А сливочное масло у нас гостовское, в нем заменителей нет, оно в России считается лучшим.

– Какой продукт у вас наиболее маржинальный? Полагаю, не масло.

– Как можно разделить расходы на масло и сыр, если в их основе один продукт – молоко?! Я все расходы в цену молока включаю. Если оно мне обходится примерно 40 рублей, а еще около 16 рублей составляют все остальные расходы, то у меня литр молока – 56 рублей. Потом с 10 тонн молока мы получаем столько-то килограммов масла, столько-то сыра. Один продукт продаем по одной цене, второй по другой. Если упала цена на сыр, цена на масло поднимается, и наоборот. Это рынок.

– Как будет развиваться производство?

– Планируем наладить линию упаковки товара, производить сухое молоко – уже готовим цех для сушильной камеры. Готовы запустить производство газированных напитков, в частности колы. Тот самый вкус у нас уже получился, осталось придумать название. Хотим начать делать плавленые сыры. Не секрет, что при производстве твердого сыра иногда получается некондиционный продукт. Будем его перерабатывать. Именно с этой продукцией сейчас хотим зайти в ритейл – в «Ленту» или другие сети. Хотим производить и молоко.

– Много у вас сотрудников?

– Сегодня у нас работают 67 человек. Планируем увеличивать штат, уже даже переделали раздевалки, теперь они рассчитаны на 200 человек.

– Согласно открытым интернет-источникам в 2021 году выручка компании составила более 1,1 млрд рублей. В 2022-м она выросла?

– Каждый год выручка увеличивается минимум на 20%. Мы документы за 2022 год еще не сдали, но могу сказать, что приблизительно обороты без НДС составят 1,3 млрд рублей, с НДС, соответственно, получится около 1,5 млрд рублей. Предприятие хорошо работает. Зачем его продавать? Вот когда дойдем до оборотов в несколько миллиардов, можно подумать и о продаже. Хотя у меня есть кому передать производство. Сын пока руководит другими коммерческими организациями. Он тоже инженер, тоже окончил СибАДИ. Современный, грамотный.

Я живу производством. Когда долго нахожусь в кабинете, скучаю и иду в ремонтный цех. Там уже 21 год работает механик, который пришел на завод в 17 лет. Он институт не оканчивал, но любого инженера за пояс заткнет. В том числе с ним мы этот завод и построили. Когда я иду к нему, он уже знает, что я устал от бумажной работы и хочу что-то руками поделать.

– Раньше по вашему адресу работал Комбинат валяной обуви. Почему он закрылся?

– Да, мы закрыли его в 2016 году. Но сейчас в Надеждино открывается цех, где снова будут валять валенки. Не хотим оставить  омичей без этой традиционной обуви. Правда, производить будут небольшие объемы. Это не мой бизнес, но я помог его организовать. А у нас с 1999 по 2016 год работал один из крупнейших заводов по переработке шерсти. Было время, когда китайские бизнесмены предлагали мне перенести производство в Поднебесную, но я посчитал, что не имею права такую народную обувь, как валенки, отдавать зарубежным предприятиям. Валенки – это очень теплая обувь. Когда Сергей ШОЙГУ в разговоре как-то заметил: «А знаете, что в время войны у людей ноги больше мерзли в валенках, чем в кирзовых сапогах?», я ему спокойно ответил: «Если вы имеете в виду, что, побывав в воде, валенок намокает и замерзает, а кирзовый сапог остается сухим, то, конечно, я об этом знаю». Если я произвожу валенки, то, разумеется, понимаю, какие у данной продукции слабые и сильные стороны.

Некоторые говорят, что мы не сумели удержать валенки. Это неправда. Мы 20 лет на них зарабатывали, и было очень сложно, поскольку это ручной труд, где более 60% себестоимости составляет заработная плата. Надо уметь при таком раскладе содержать и 160 работников, и собственную семью. Закрыли Комбинат валяной обуви, потому что катастрофически упал спрос на продукцию. Появилась современная альтернативная обувь – намного легче, дешевле, имеющая ортопедические стельки и прочее. После закрытия фабрики оставшуюся продукцию я продавал в течение 7 лет, а раньше этот объем мы реализовывали за год. Думаю, что своевременно вышел из данного бизнеса.

Ранее интервью было доступно только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 1 марта 2023 года.



Комментарии
Директор 21 марта 2023 в 08:05:
Пожалуйста варианты:«Якобы-кола»«Назло Байдену»«Тот самый вкус»«Кола. И точка.»
О 20 марта 2023 в 08:54:
«Каки -кола»
А чего тут думать 19 марта 2023 в 10:05:
«Как-кола»
Показать все комментарии (3)

Ваш комментарий

Артём ЛАВРИШКО: «Финансовые данные говорят о том, что ООГК уже давно компенсировало якобы убытки, которые пытается ещё незаконно получить через суд»

Открытое письмо Артёма ЛАВРИШКО генеральному прокурору РФ Игорю КРАСНОВУ, начальнику УФСБ по Омской области Алексею САВЧЕНКОВУ, прокурору Омской области Алексею АФАНАСЬЕВУ и председателю Восьмого арбитражного апелляционного суда Светлане ФРОЛОВОЙ

27 марта 11:40
3
1545



Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.