Рекрутеры перестали приходить еще год назад, хотя раньше стабильно предлагали вакансии минимум 2-3 раза в месяц.
«Коммерческие Вести» и финансовый тренер Данил МАКАРЕНКО продолжают серию интервью «Ухожу из найма» с предпринимателями, которые предпочли успешную карьеру собственному делу. Сегодняшний гость – Антон ТАРАСОВ из Красной Поляны. Антон работал юристом и продакт-менеджером в разных компаниях, последним местом работы была компания «VK» (бывшая «Мэйл.ру групп»). Сейчас Антон ведет несколько авторских каналов и проводит обучающие курсы по построению портфельной карьеры и солопренерству.
– Антон, привет. Расскажи, чем ты занимался в найме и чем занимаешься сейчас.
– Всем привет. Последние 12 лет я работал в IT, в основном в продуктовом направлении. До этого была юридическая карьера, порядка семи лет. Сейчас я остаюсь продакт-менеджером, но в качестве внешнего консультанта. Развиваю авторские каналы в социальных сетях, их у меня три: «Средненький продакт» (честно и с юмором о жизни в IT), «Средненький контент» (про создание контента и развитие каналов в соцсетях) и «Будущее работы» (про тенденции найма и сокращения). Суммарно около 10 тысяч подписчиков. Каналы монетизируются за счет рекламы и продажи собственных инфопродуктов на тему контента, продакт-менеджмента и солопренерства.
– Какой была твоя последняя позиция в найме?
– Последние два года я работал во «ВКонтакте». Занимался разработкой и проектированием поиска как продукта.
– Как ты принял решение уйти из найма? Было ли что-то, что стало последней каплей?
– Мне всегда было в найме не очень. Сотрудник из меня так себе: я не слишком исполнительный и при этом гиперответственный, такая убойная комбинация. Уйти из найма мечтал с момента первой работы в университете. Триггером стал накопительный эффект: я понял, что больше не хочу жить в таком формате. Плюс я живу в Красной Поляне, и это место плохо стыкуется с наймом: за окном горы, в получасе езды море, к пятидневке это совсем не располагает. В итоге ушел, когда доход от своих проектов стал чуть превышать зарплату. Я в этом плане осторожный, все-таки семью надо содержать.
– То есть ты, работая в найме, уже жил в Сочи?
– Да, мы приехали сюда три с половиной года назад, я еще работал в найме и уже здесь успел сменить несколько компаний.
– Была ли у тебя финансовая подушка?
– Да, примерно на год жизни. Но я не хотел воспринимать эти деньги как подушку. Это результат нескольких лет жизни, который не хотелось тупо проесть.
– С чего начались твои проекты?
– У меня большой опыт в контенте: я делал контент для других людей, плюс мой продуктовый опыт связан с контентом. Раньше вел сетку каналов в «Дзене». Плюс у меня уже был продуктовый консалтинг. Продавать свое время и экспертизу в розницу оказалось гораздо выгоднее, чем оптом. Когда я уходил, на основную работу уходило часов десять в день, а на свои проекты – не больше двух-трех. Я подумал, что если освобожу хотя бы половину этого времени, то смогу сильно вырасти. Так в итоге и получилось.
– За счет каких инструментов ты набрал 10 тысяч подписчиков?
– Я начинал вести свой блог на LinkedIn – там довольно быстро набралось 7 тысяч подписчиков, и часть из них перешла на другие платформы. Если говорить о факторах роста, то, во-первых, нужно относиться к каналу не как к дневнику, а как к продукту: смотреть метрики, тестировать гипотезы. Иначе это просто писанина в стол. Во-вторых, не бояться идти против шерсти и триггерить аудиторию. В IT-тематике все обычно очень прилизанные, везде сплошной успех. А я стал писать о жизни в IT как она есть, будучи уже уставшим и подвыгоревшим. Писал то, что на уме у многих, но они это не озвучивают. Такая радикальная откровенность позволила вырасти. Сейчас этот прием уже многие подхватили, вау-эффекта не будет, но тогда это сработало.
– Можешь рассказать про какую-нибудь гипотезу, которая сработала, и про гипотезу, которая провалилась?
– Основная гипотеза была в том, что люди соскучились по правде, а успешный успех уже никого не цепляет. Из форматов хорошо заходила рубрика «выгрузка из головы»: я просто садился и писал поток мыслей. Это собирало много отклика и репостов. Еще я не гнался за количеством подписчиков, а смотрел на охваты и вовлеченность.
А проваливались, например, закупки в сильных авторских каналах. Там аудитория очень любит автора и ревностно относится к любым рекламным интеграциям. Люди либо не подписывались, либо подписывались, а потом массово отписывались, потому что мой контент отличался от любимого автора. Я вбухал в эти эксперименты приличные деньги.
– Как распределились каналы роста твоего канала: органический контент, переливы с других площадок, выступления на чужих площадках?
– Я старался избегать публичных выступлений и всего, что дает «вежливый» или «мотивированный» трафик, когда люди подписываются из вежливости или за бонус, а читать не будут. Тут важно, чтобы сходилась экономика, а в IT-секторе реклама очень дорогая, это целая наука. Потом были переливы из LinkedIn, там платежеспособная аудитория. Еще на старте я комментировал от имени канала в других каналах. Многих это бесило, но мне было все равно. Сейчас это уже выжженное поле, так делают все. У меня неплохое чувство юмора, и если я оставлял остроумные комментарии, они набирали реакции, и на меня подписывались. Интеллектуальный юмор привлекает именно ту аудиторию, которая мне нужна.
– Как изменился твой доход после ухода из найма?
– В найме у меня было чуть больше 400 тысяч рублей в месяц с учетом премии. Когда я уходил, доход от проектов был чуть-чуть больше, то есть суммарно около 800 тысяч. После ухода зарплата, естественно, исчезла, но через несколько месяцев я стабилизировался на уровне 500–700 тысяч. Был рекордный месяц с доходом миллион рублей, когда совпали запуск инфопродуктов и пиковый спрос на рекламу. Я тогда поверил в себя и поставил цель 2 миллиона в месяц. Реальность быстро приземлила: аудитория не бесконечна, а прогреваю я ее не так активно. Сейчас доход просел и составляет примерно столько же, сколько я зарабатывал в найме. С одной стороны, это расстраивает, с другой – драйвит придумывать новое.
– Если Телеграм запретят, что будешь делать? У тебя ведь бизнес на нем построен.
– Первый план, когда начались разговоры о блокировке Телеграма, был опрометчивый: пойти искать работу в IT. Я решил протестировать гипотезу: действительно ли с поиском работы все так плохо. Оказалось – да, наем в IT умер окончательно. Рекрутеры перестали приходить ко мне еще год назад, хотя раньше стабильно предлагали вакансии минимум 2-3 раза в месяц. Я обновил резюме и начал сам откликаться на релевантные вакансии – везде отказы, даже там, где вакансия, казалось бы, создана прямо под меня. Так что в наем сейчас дороги нет.
При запрете рекламы можно развивать инфопродукты. Но это тяжело, особенно когда ты совестливый и тревожный и хочешь угодить каждому клиенту. Плюс доверие к курсам падает, и покупательная способность тоже. Честно говоря, не уверен, что хочу заниматься этим всю жизнь. Поэтому ответ простой: хрен его знает. Запас прочности есть, месяц отдохну, а дальше буду думать. В любом случае я завел канал в «Максе», хотя подписчики меня за это хейтили, и было много отписок. Я спокойно к этому отношусь: ни одна из этих площадок мне не принадлежит. Принимаю риски работы на чужих площадках. Сейчас, видимо, с одной чужой площадки придется переезжать на другую.
– Как выглядит твой стандартный день и чем он отличается от жизни в найме?
– В найме загрузка была огромной, я пропадал на работе, семья меня почти не видела. Сейчас я тоже могу работать много, но главное отличие – я могу в любой момент сказать «стоп» и уехать кататься на лыжах, если выпал снег, или отвезти ребенка на тренировку. Полный баланс между работой и жизнью. В среднем в день у меня выходит 4-6 часов сфокусированной работы. Если упарываюсь, то бывает и 9 часов, но тогда на следующий день я уставший и непродуктивный. Легкость не в том, что работаю мало, а в том, что сам управляю своим временем.
– Выходные устраиваешь?
– Да, стараюсь. Недавно три дня катался на фрирайде, полностью переключился, даже забыл, кто я. Потом сложно возвращаться, но оно того стоит. Еще мы с женой ходим в горы – это помогает восстанавливаться.
– Вы с женой стали общаться больше или меньше после твоего ухода?
– Первое время я пахал, как лошадь, хотел доказать корпорации, что могу зарабатывать и без нее. Чуть не распался наш брак. Мы через это прошли, пересобрались, пошли на компромиссы. Сейчас общаемся гораздо больше. Я стал вовлеченным отцом: дети раньше меня вообще не видели.
– Что было самым сложным на старте?
– Пожалуй, никаких сложностей не было. Было внутреннее ощущение, что все получится. Как на соревнованиях, когда ты выходишь и точно знаешь, что победишь. Но сложно было решиться. В день, когда я сообщил об уходе, меня очень трясло. Это была не первая моя попытка ухода, и вот этот момент решения был самым тяжелым. Но когда я все рассказал, меня отпустило, и включилось то самое ощущение, что все получится.
– Назови три вещи, которые помогли тебе прийти к результату.
– Первое – это любовь к продажам. Я умею продавать, мне это в кайф. Это ключевое в своем деле: не бояться предлагать другим то, что ты делаешь.
Второе – та самая внутренняя уверенность, которая непонятно откуда берется. Если бы я знал, как ее активировать, продавал бы этот навык.
И последнее – дикая усталость от наемной работы, в которой я не видел смысла. В корпорациях слишком большая вязкость между действиями и результатом, ценится лояльность, а не результат. Меня это довело до предела. Дальше просто некуда было идти.
– Какая у тебя цель на 2026 год?
– Сейчас хочется сохраниться. Год будет тяжелый, это уже чувствуется по покупательной способности и блокировкам интернета. Моя задача – поддерживать уровень дохода и думать, куда двигаться дальше. Линейно зарабатывать так, как я научился, уже не получится. Нужно снова пересобираться. В солопренерстве ты постоянно должен что-то придумывать: любой маленький бизнес быстро проходит цикл роста и спада. Так что главная задача на этот год – не уйти обратно в наем.
– Если бы ты мог вернуться на год назад – что бы посоветовал себе?
– Мне кажется, я делал все, плюс-минус, правильно. Но сказал бы себе, что в этой сфере все идеи и темы умирают очень быстро. И посоветовал бы больше времени уделять диверсификации. Я завязал весь бизнес на одной площадке, хотя у меня уже был неудачный опыт в 2017 году, когда мой стартап рухнул из-за закрытия API стороннего сервиса. В итоге наступил на те же грабли. Сказал бы себе: зарабатывать в моменте – это хорошо, но давай больше внимания уделим стратегии.
– Используешь нейросети? Какие и для чего?
– Очень избирательно. Контент с их помощью не делаю – меня от этого слога подташнивает, это путь к убийству метрик. Использую ChatGPT и Perplexity как продвинутый поиск, чтобы получить тезисы и ссылки на источники. NotebookLM применяю, чтобы вытащить суть из длинных видео, которые нет времени смотреть. Еще иногда прошу ChatGPT продолжить список тезисов в посте – он накидывает десяток, из которых пара оказывается жизнеспособными.
– Какую книгу порекомендуешь нашим читателям?
– Из нон-фикшена – книги Оскара ХАРТМАННА, его концепция мини-жизней хорошо ложится на солопренерство. Для интровертов – «Уолден, или Жизнь в лесу» Генри Дэвида ТОРО и «Я ем тишину ложками» Майкла ФИНКЕЛЯ. Они очень заземляют. И моя любимая – «Дзен и искусство ухода за мотоциклом» Роберта ПЕРСИГА. Автор за всю жизнь написал всего две книги – и это как раз та книга, которой стоило посвятить полжизни. Глубокая, философская, особенно рекомендую ее родителям.
Ранее интервью было доступно только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 8 апреля 2026 года.
Фото © из архива Антона ТАРАСОВА
