В пресс-центре «Комсомольской правды в Омске» 28 ноября состоялся круглый стол с участием сразу трех председателей Омского городского совета – спикера первого и второго созывов Константина ПОДОСИННИКОВА, спикера четвертого созыва Сергея АЛЕКСЕЕВА и спикера действующего, пятого созыва Галины ГОРСТ. Разговор с журналистами был посвящен 20-летию городской думы. Воспоминания руководителей горсовета разных лет и их мнения о том, что происходит в городе сейчас, записала обозреватель «КВ» Ольга УМОВА.
О ключевых решениях разных созывов
ПОДОСИННИКОВ. У нас у первых был шанс открыть эту историю. Мы выработали регламент работы горсовета, затеяли работу с уставом города, если коротко.
АЛЕКСЕЕВ. Константин Ильич скромничает, конечно. Это основополагающие документы, которыми пользуются депутаты по сей день. В четвертом созыве самым важным принятым документом стал Генеральный план. Или, например, был непростой вопрос, который мы отклонили, – предлагалось перенести грузовой порт в сторону нефтекомбината, но тогда наш коллега Сергей ОВЧИННИКОВ доказал, что этого не нужно делать, и депутаты оставили порт на том же месте.
ГОРСТ. Если говорить о регламенте, каждый созыв переписывает его под себя. В предыдущем созыве, не в обиду сказать, было некоторое ущемление прав депутатов в пользу администрации. Сегодня депутаты некоторые вещи уже поменяли. В созыве мы усилили контроль по различным направлениям и утвердили новые герб и флаг города, это было, наверное, самым сложным решением. Кроме того, впервые заработал молодежный совет при горсовете. А вот с гимном пока еще не получилось.
О здании городской думы
ПОДОСИННИКОВ. Когда я услышал, что горсовет собирает депутатов на 20-летие, с супругой решили заехать в горсовет. Оказалось, его превратили в неприступную крепость, шлагбаум не поднимают. То великолепие, которое там есть сегодня, с одной стороны, хорошо, с другой стороны – настораживает. Как туда зайдешь в грязных ботинках?
АЛЕКСЕЕВ. Когда нас Константин Ильич привел в 1991 году в это здание, там не было ни одного целого стекла, там была такая грязища, по залу заседаний был протянут толстый черный кабель. Но нет, почистили, сделали все. Последний раз был в горсовете две недели назад, и меня тоже не пускали до уточнения, но я машину поставил на парковке со стороны остановки.
ГОРСТ. Я как раз не сторонник того, чтобы каждый житель знал Думскую, 1, жизнь должна быть такой, чтоб не было у каждого необходимости приходить в горсовет. А про шлагбаум подумаем.
О самом сложном в работе спикера
ГОРСТ. Для меня, наверное, самым сложным было научиться управлять этим процессом, и прежде всего, конечно, управлять мужчинами. Мне ближе женщины, я их понимаю, и характер, и поступки. У меня сложилось такое мнение: мужчина – хозяин своему слову, слово дал и слово забрал. Сейчас, когда прошло два года, уже полегче, я пытаюсь привлечь к этому диалогу наиболее авторитетных мужчин, и совместно мы уже решаем эти все вопросы. Когда с фракциями советуешься и заручаешься их поддержкой и они соблюдают договоренности, я их искренне уважаю, и у нас дело дальше идет. Когда это не получается, есть разочарование, ведь это не прихоти ради, мы делаем общее дело. Поэтому самое сложное – это еще и разочарование, от людей и их поступков.
АЛЕКСЕЕВ. Самое сложное — это осознать, что тебя избрали председателем горсовета не управлять, а координировать работу горсовета. Суметь скоординировать и сделать так, чтобы к тебе прислушались, это достаточно сложно. Но у меня были хорошие учителя, в том числе Константин Ильич, так что я пришел подготовленным.
О вопросе, который хочется задать председателю горсовета
ГОРСТ. Каждое время ставит свои задачи. Осенью 2006 года, когда выборная кампания проводилась, управляющие компании не могли разобрать между собой дома. По две-три квитанции приходило, а услуги никто не оказывал. Сегодня эта проблема решена, но вышла проблема капитального ремонта. Процентов 80 населения сегодня не уверено, что эти деньги дойдут до цели. Как председатель горсовета я предложила провести у нас по этому вопросу публичные слушания.
АЛЕКСЕЕВ. Я бы, прежде чем задать вопрос председателю горсовета, посмотрел бы, как он меня примет. Если бы он отвел глаза, развалился в кресле, я б, наверное, развернулся и ушел. Большое значение придаю первому впечатлению. А вопросы могут быть разные, и главный вопрос – сможешь ли ты мне помочь, любишь ли ты наш город. В чем работа депутата заключается? Главное – это принятие бюджета. И после того уже ни мэр, ни депутат не имеет права от бюджета отступать ни влево, ни вправо. И депутат ничего не может дать, если он, конечно, не предприниматель, который может за свой счет что-то сделать. С другой стороны, и богатые иногда бывают прижимистыми.
О воспоминаниях
ПОДОСИННИКОВ. Мы в свое время ввели такой институт, как помощник депутата, хотя сопротивление было, непонимание. И у меня была помощница, Раиса Ивановна АНАНЬЕВА, мне с ней очень повезло. Она приходит ко мне и говорит: «Я вот посмотрела, к кому сколько идет народу, знаете к вам больше всех, вы когда их успеваете принимать? За вами АЛЕКСЕЕВ и ПЕНКИН идут, но у них есть одна тонкость». А они тогда были депутатам на постоянной основе, получали нормальные деньги, и когда к ним приходили люди, которые не получали зарплату, работая на заводе, они с ними делились. Я им категорически запретил, когда узнал.
А еще знаете, благодаря Сергею Ефимовичу мы сегодня в городе имеем международные авиационные ворота. С 1996 года полномочия депутатов сократились статей на 20, а тогда мы имели право вводить местные налоги и сборы, и мы воспользовались этим, обложив налогом всех, кто пользуется аэропортом. Как только нас не склоняла ваша братия!
АЛЕКСЕЕВ. Я-то живу рядом с аэропортом, и я ведь даже к КРУГЛОВУ ходил ругаться с ним, ведь это они к нам обратились, чтобы мы эту десятку добавили с каждого билета. А там через каждые три минуты по радио объявляли: решением депутатов горсовета с каждого билета пассажир платит 10 рублей. И мне все высказывали мнение по этому поводу. Я уже КРУГЛОВУ говорил: Сергей Федорович, ну вы же обратились, хоть не говори, молчи. А Константин Ильич деньги запрещал давать избирателям, да, но мы на это до поры внимания не обращали. Но однажды был такой случай. Я сижу в кабинете на первом этаже, приходит бабушка и с порога бух на колени: хлеба нет, есть нечего, Константина Ильича нет на месте, меня к вам послали. У меня что было в карманах, я ей все отдал. А она взяла и от меня, оказывается, к ПОДОСИННИКОВУ пошла. И как мне потом рассказали, когда Константин Ильич ей отказал в деньгах, она, выходя, в дверях обернулась и сказала: а АЛЕКССЕВ-то дал. И вот тогда мы перестали давать деньги.
