Все рубрики
В Омске четверг, 21 Октября
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 71,0555    € 82,6162

Борис СЕЛИВЕНКО: «Если и в этом году торги не состоятся, деньги уйдут в федеральный бюджет и я не смогу ничего сделать»

29 июня 2016 10:47
0
3185

Многие еще помнят те времена, когда ежегодно в регионе вводились в эксплуатацию десятки километров водопроводов, а по полям скользили дождевальные машины. В последние годы мелиорация переживает не самые лучшие времена. Однако введение эмбарго на заморские продукты может изменить ситуацию и здесь. О том, чем сегодня занимается Омскмелиоводхоз, и о перспективах развития мелиорации в регионе корреспондент «КВ» Анастасия ИЛЬЧЕНКО расспросила директора ФГБУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Омской области» Бориса СЕЛИВЕНКО.

– Борис Иванович, что сегодня представляет собой мелиорация?

– Мелиорация – это и осушение, и орошение, и культуртехнические работы, и лесомелиорация (создание лесополос), и известкование, и гипсование. Все эти мероприятия применяются в зависимости от вида почв и их назначения. Раньше мелиорация была «государством в государстве». Только представьте: 2 млн работников, министерство мелиорации, огромные деньги выделялись на мероприятия. А сейчас у нас есть только департамент в Министерстве сельского хозяйства РФ. Последние три года не занимаемся лесомелиорацией: нам не выделяют средств. За последнее время финансирование было только однажды – посадили 50 га, это 32 километра пятиполосной лесополосы. И все. На осушение тоже средств нет. Раньше субсидия нам давалась на год. При этом выделение средств шло годовое, затем стали выделять поквартально, а сейчас вообще помесячно. Как при таком финансировании можно планировать? К тому же в последние два года из этой суммы десять процентов урезали. А деньги нам очень нужны. Предприятию уже много лет, и вся техника старая: машинам по 20-30 лет, они постоянно в ремонте.

– Есть ли выход из такой ситуации?

– В этом году первый раз благодаря тому, что область подключилась – Максим Сергеевич ЧЕКУСОВ встретился с директором департамента мелиорации при Минсельхозе РФ и попросил выделить средства на замену техники, – нам федеральная власть выделила 9 млн рублей. Когда в Москве видят, что местная власть заинтересована в развитии мелиорации, то и отношение другое. Я работаю шестой год, и нам впервые дали деньги на закупку техники.

– Как вы намерены распорядиться 9 млн рублей?

– Этих средств нам хватит на закупку двух экскаваторов – маленького и большого, у которого широкие гусеницы и он может работать на севере в болотах. Малый мы в середине июня получили. Теперь ждем большой. Дело в том, что в этом году вопрос осушения встал как никогда остро: на севере региона до сих пор затоплены кормовые площади. Иртыш впервые за 30 лет стоит так высоко. И река Омь тоже. Назрела необходимость расчищать старые осушительные каналы на севере, там есть две крупные осушительные системы – Котовщиковская и Моховская. Они не чистились десятки лет. Представляете, как заросли деревьями? Система находится практически в нерабочем состоянии. Транспорт не может подъехать, чтобы прочистить канал, где-то дерево упало, а где-то бобры построили плотину. Они там вовсю хулиганят, и их плотины стали одной из причин, почему в некоторых населённых пунктах случились подтопления.

– Много в регионе осушительных каналов?

– 89 километров. Все они расположены на севере области. Интересно, что в этом направлении начались сдвиги и на федеральном уровне. Я недавно получил письмо из Москвы, они запрашивают нашу потребность в средствах для очистки магистральных каналов. Может быть, теперь что-то сдвинется с мертвой точки. Мы рассчитаем, сколько потребуется денег на их прочистку, и, надеюсь, получим возможность сделать эту работу.

– Борис Иванович, в федеральную целевую программу развития мелиорации от Омской области вошли пять объектов – Новоомская, Лузинская, Пушкинская, Таврическая и Рассветовская оросительные системы. Почему именно эти, как происходил отбор?

– Мы предлагали десять систем, а оставили нам только пять. И это очень хорошо, за Уралом это самое большое количество. У других регионов меньше. Что это даст? Мы сможем эти пять оросительных систем восстановить за счет федерального финансирования. Выбирали их совместно с региональным министерством сельского хозяйства. Главным критерием была востребованность. Пушкинской оросительной системой пользуются два больших хозяйства – СПК «Пушкинское», которое до тысячи гектаров поливает, и ОПХ «Омское» СибНИИСХоза, где выращивают элитные сорта зерна, картофеля на семена. Они тоже 400 – 450 га поливают. Как было не реконструировать Новоомскую систему, где земли востребованы? Рассветовская система пока находится на Главгосэкспертизе, к ней есть ряд замечаний, сейчас проектанты их устраняют. Там строится большой молочный комплекс на 900 голов КРС, и у них будет серьезная потребность в кормовой базе. Мелиорация не только помогает выращивать овощи, она и для кормов нужна. Например, СПК «Ермак» в засушливый год сильно пострадал, закупая корма на севере. Представляете, платить за транспортировку?! В Лузинской системе «Омский бекон» 6 тысяч гектаров мелиорируемых земель, тоже для кормовой базы. Таврическая система – это «Лузинское молоко». У них тоже есть перспективы расширения.

В то же время есть невостребованные оросительные системы: Любинская (предприятия разорились, а новые пока не образовались), Исаковская – ее поля принадлежат компании «Титан», которая считает, что им выгоднее выращивать зерновые. А их, считается, нерентабельно поливать. Конечно, ОПХ «Омское», которое выращивает семена, – исключение.

– На реализацию федеральной программы выделили 813 млн рублей, что будет на них сделано?

– Деньги выделяются поэтапно. Объем работ везде примерно одинаковый. Он рассчитан только на то, чтобы не похоронить станцию – крыша не бежала, трубопровод не рвался. Так, в Новоомской системе запланирована замена трубопровода до второго подъема, оборудования и всасывающих трубопроводов на насосной станции. В июне были объявлены торги, и в начале июля заканчивается открытый аукцион.

– Как считаете, найдутся желающие?

– Из специализированных предприятий, которые были в советские времена, осталось только одно – ООО «Знаменское ПМК». Его сохранил Виктор Геннадьевич ПАВЛЫГИН. У них там работы мало, они берутся за все – и строительство домов, и дорог, лишь бы выжить. Но расположена компания далеко от Омска, а работы по реконструкции оросительных систем все здесь. Посмотрим на результаты аукциона.

– Какова начальная стоимость контракта?

– В этом году должны освоить 63 млн рублей. Общий объем – 224 млн минус проектные. Мы в прошлом году уже объявляли торги по Новоомской системе – они не состоялись, потому что никто не заявился. Если и в этом году торги не состоятся, деньги уйдут в федеральный бюджет, и я не могу ничего сделать. Не могу пойти и нанять кого-то. ФЗ-44 – такова наша действительность.

– В чем причина, на ваш взгляд?

– В том, что возросла стоимость материалов. В проектах же она сведена до минимума. Главгосэкспертиза никаких лишних затрат не допустила, а мы отойти от проекта не можем.

– Чем аграриев балует региональная подпрограмма развития мелиорации?

– Там идет выделение средств по нескольким направлениям. Например, услуга подачи воды сельхозтоваропроизводителям субсидируется на 50 процентов. Кроме того, заложены субсидии на реконструкцию оросительных систем в хозяйствах и замену техники. Во многих областях этого нет. Все зависит от того, нужна ли мелиорация области. У нас в регионе понимают, что это – экономическая безопасность. Я чувствую поддержку. Иначе давно бы уже махнул рукой на все и ушел.

– Насколько у вас выросли цены на услуги за последний год?

– 3 рубля 97 копеек – это цена прошлого года, которую рассчитывают исходя из затрат и утверждают в Минсельхозе РФ. В этом году в связи со сложным экономическим положением в стране я принял решение не увеличивать стоимость воды, несмотря на инфляцию и удорожание энергоносителей. Собрал коллег и сказал: давайте где можно ужмемся, какие-то работы делать не будем, но сельхозтоваропроизводителя мы не должны потерять. Нам важно, чтобы те 13 договоров с хозяйствами, которые сейчас у нас есть, сохранились. Мы постоянно боремся за сельхозпроизводителя. Это вопрос выживаемости. Чтобы содержать предприятие – ремонтировать технику, закупать ГСМ, нужно зарабатывать деньги. Нам Федерация финансирует только треть оплаты ГСМ. Говорят: зарабатывайте сами. Но я не могу бесконечно увеличивать цену на воду. Люди откажутся от полива вообще.

– Всего 13 хозяйств пользуются вашими услугами?

– И это еще хорошо, в других регионах по одному–два. Постепенно мы стараемся оживлять оросительные системы, если находятся хозяйства, которым это нужно. Вот в прошлом году запустили Ачаирскую: там ОАО «Восход» поливает 118 га и планирует в этом году увеличить площадь орошаемых земель еще на 130 га. Насколько я знаю, они купили еще один поливочный агрегат. Сейчас реанимируем Покровскую оросительную систему. Она десять лет стояла законсервированная. Там тоже пришли люди, готовые вкладывать средства.

– Как эти 13 хозяйств структурно распределены?

– СПК «Пушкинский» и траву, и овощи поливает. «Лузинское молоко», СПК «Ермак», «Омский бекон» – кормовые. Остальные – «Омское», ОАО «Восход», «Весенний город», «Иртыш», «Агроплант», КАБДЕНОВ, ВОЙНОВ – выращивают овощи. ВОЙНОВ еще и клубнику.

– «Весенний город» – это кто?

– Китайцы. У них директор, конечно, русский, но фактическими владельцами являются жители Поднебесной.

– Сколько в вашем хозяйстве насосных стаций?

– 28. Среди них и работающие, и те, что на консервации. Сложности начались, когда хозяйства начали разваливаться. Мы сохранили свое имущество, магистральную трубу. Но от нее нам некому дальше воду подавать, не степь же поливать! Поэтому отдельные насосные станции мы просто охраняем. Их больше, чем оросительных систем, потому что в некоторых системах по две станции – головная, которая стоит на Иртыше или Оми, и станция второго подъема. Она может находиться в 10 километрах от первой. Например, в СПК «Ермак» создана уникальная для нашей области система подачи воды, когда первая станция не стационарная, а плавучая, она расположена на барже.

– Трубопроводы имеют большую протяженность. Случались ли у вас несанкционированные подключения?

– Такого не было, мы же не нефтяники или газовики. Воровать воду нерентабельно. У нас бывают только несанкционированные порывы ввиду того, что труба ржавая. Вообще же у нас магистральные оросительные каналы (открытые) протяженностью 26 километров 960 метров, а магистральные трубопроводы – 95 километров. Мы деньги берем не за воду, а за услугу подачи воды. Стоимость одного куба – 3 рубля 97 копеек. Цена в регионе единая для всех. Здесь половину забирает электроэнергия, 11 процентов – ремонтные работы, 14 процентов – заработная плата машиниста, 9 – материалы и 16 – прочие работы. Это как раз пункт, где мы выкраиваем средства на покрытие недофинансирования, на те же ГСМ.

Мы за сезон отдаем по области порядка 5 млн кубов воды. У нас 13 договоров с сельхозтоваропроизводителями, которые стабильно из года в год пользуются услугой подачи воды. Еще 26 договоров заключили с дачными садоводствами. Это уже не плановая государственная задача, а чисто коммерческая деятельность. Но это очень проблемная тема…

– На вашем сайте приведена интересная статистика: около тысячи гектаров орошаемых земель относятся к сильно засоленным, а 6 тысяч – к среднезасоленным. Как эти земли попали в орошаемые?

– Они являются потенциально орошаемыми, сейчас их, конечно, никто не поливает. Из-за неправильного использования земли произошло засоливание, в том числе из-за чрезмерного полива. Во всем нужна мера. Сегодня уже не заливают. Это произошло в те времена, когда вода ничего не стоила и поливали «фрегатами», из которых вода текла ручьями. Плюс неправильное использование удобрений.

– Как-то можно восстановить плодородность этих участков?

– Конечно, нужно изучить их, сделать анализ, провести мероприятия по восстановлению для дальнейшего использования в сельхозтоварообороте.

– Борис Иванович, вы побывали в Москве на торжественном собрании, посвященном юбилею мелиорации. Расскажите о впечатлениях.

– Мы с министром сельского хозяйства региона Максимом Сергеевичем ЧЕКУСОВЫМ в течение недели дважды были в Москве. Первый раз – 25 мая на итоговой коллегии Министерства сельского хозяйства России за 2015 год. Проводил ее министр Александр Николаевич ТКАЧЕВ. Он сказал, что мелиорация стране как воздух нужна. Красной линией звучало, что мелиорацию будут поддерживать, что вложение средств в это направление дает отдачу и в других направлениях – растениеводстве, животноводстве. Он призывает аграриев накормить качественными продуктами не только жителей страны, но и завоевывать зарубежные рынки. Несмотря на эмбарго, наша продукция конкурентоспособна. Пусть сегодня не у всех красивые этикетки, но в нашем картофеле нет химии, он не генно-модифицированный. Почему мы должны зарубежные чипсы покупать, когда у нас свой качественный картофель? Но ТКАЧЕВ сказал, что будут не только давать, но и жестко спрашивать, за каждый рубль. А мы к этому привыкли.

Второй раз ездили 2 июня на торжественное совещание, посвященное 50-летию подписания широкомасштабной программы развития мелиорации. На мероприятие съехались до тысячи человек со всей страны, в основном ветераны мелиорации. Как нам было приятно, когда в шестиминутном фильме о развитии мелиорации прозвучали четыре омских оросительных системы.

– В Омске были торжественные мероприятия по поводу этой даты?

– 9 июня мы провели торжественное собрание на базе СибНИИСХоза. У нас выступил Леонид Константинович ПОЛЕЖАЕВ. Он профессиональный мелиоратор, много лет отдал строительству в Казахстане уникального канала Иртыш – Караганда – 12 подъемов. В мире ему нет аналогов. Канал поднимает воду из Иртыша на высоту 500 метров и подает ее в степь. Нас троих – ПОЛЕЖАЕВА, меня и ветерана мелиорации, бывшего начальника Колосовского ПМК Алексея Георгиевича ФИЛАТОВА, торжественно наградили медалями «50 лет мелиорации».

– Сфера вашей деятельности широкая. Сколько сотрудников сейчас в управлении?

– Штат у нас небольшой, даже в сезон не превышает 196 сотрудников. В основном это машинисты и технический персонал. Административных работников всего десять процентов. Многие здесь трудились еще до меня. Если человек может и хочет работать, я его оставляю. У нас очень возрастное предприятие. Преимущественно работают люди, которые строили эти системы и знают их лучше всех. Я сам не имею мелиоративного образования и в решении профессиональных вопросов во многом полагаюсь на коллектив. Он меня поддерживает.

– Борис Иванович, как случилось, что вы стали мелиоратором?

– Я родом из Казахстана, юрист по образованию. Большую часть сознательной жизни – 23 года – прослужил в правоохранительных органах. Дослужился до полковника, вышел в отставку. Решили с семьей перебраться в Омск, и мне предложили поработать в команде Леонида Константиновича. С 2002-го по 2010 годы я работал советником губернатора Омской области. Такую школу никакой университет не даст. Я с ним вдоль и поперек объехал область, побывал чуть ли не в каждом хозяйстве. А когда здесь место освободилось – у предыдущего руководителя срок истекал 25 ноября 2010 года, а после 65 контракт уже не продлевают, – я согласился занять этот пост. Пришёл работать в Омскмелиоводхоз 2 февраля 2011 года.

– Какая же деятельность вам больше по душе?

– Та, которую я выбрал изначально, – правоохранительные органы. Я начинал в ОБХСС, возглавлял дознание Павлодарской области, работал в управлении по борьбе с организованной преступностью. Потом три года был заместителем налоговой полиции области – мы были одними из лучших в республике, за что мне присвоили внеочередное звание полковника. В общем, есть что вспомнить.

Комментарии через Фейсбук
Комментариев нет.

Ваш комментарий

Кто построит в Омске частный онкоцентр?

Почему омский минздрав не сделал ни одной закупки оборудования в 2021 году и другие вопросы Александру МУРАХОВСКОМУ.

21 октября 15:30
5
194

Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.