Все рубрики
В Омске понедельник, 6 Декабря
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 73,7426    € 83,2406

«За советы без коммунистов»: 100 лет назад началось крестьянское восстание в Западной Сибири

16 марта 2021 12:00
0
2369

Если о Кронштадтском и Тамбовском восстаниях россиянам рассказывала историческая литература, то о восстании в Западной Сибири (1921), которое охватило многие области, включая некоторые районы Омской, долгое время скромно умалчивали. 

В омском Центре изучения истории Гражданской войны продолжает работу музейно-архивная экспозиция «Сибирский крестьянский бунт. К 100-летию Западно-Сибирского восстания». Выставка посвящена сибирскому крестьянскому восстанию 1921 года, которое получило в народе второе название: «Ишимское восстание». Цели выставки – донести до посетителей малоизвестные факты, которые долгое время хранились за грифом «совершенно секретно». На стендах представлены подлинные документы, которые правдиво отражают события тех лет. Здесь можно увидеть и протоколы допросов, что вели чекисты, списки погибших, приказы, лозунги и призывы. Заканчивается выставка стендом, на котором размещена информация о приговорах участникам восстания.

По причине секретности в советское время исследование Западно-Сибирского восстания не велось в полном объеме. В советской историографии восстание преподносилось читателям и студентам вузов как кулацко-эсеровский мятеж против советской власти, организованный бывшими колчаковцами при поддержке зажиточных слоев крестьянства. Советская идеологическая пропаганда называла это событие «мятежом» и «бунтом», но не «восстанием», так как последнее понятие подрывает авторитет советской власти. Тем более скромно умалчивалось о масштабах восстания, которое охватило почти всю Западную Сибирь. Очевидно одно: если бы советская власть не подавила крестьянское восстание, то оно в скором времени уже грозило бы перерасти в крестьянскую войну. Согласно логике, со временем на ней должны были появиться свои командующие дивизиями, командиры полков и штабов. Руководство Советов не стало ждать, пока восстание наберет силу, и решило бросить на его подавление значительные силы Красной Армии. 

Также в советской историографии эти события преподносились однобоко. Например, в учебнике истории Омской области за 1978 год указывалось: 

«Кулаки и бывшие колчаковцы грабили и сжигали хлебные склады, убивали коммунистов, комсомольцев, сельских активистов. В феврале 1921 года в деревне Конюково Исилькульской волости ячейка партии в полном составе (18 человек) была уничтожена. Комиссар подотряда рассказывал о страшной участи, постигшей отряд в селе Надежда Тюкалинского уезда Омской губернии. «Одним отрезали руки, отпилили тупой пилой ноги, других при 45-градусном морозе садили в кадушку с водой. Беспартийных членов отряда три дня держали в холодном амбаре, а затем убили страшным образом… Трупы товарищей были страшно изуродованы: руки сломаны, ноги изрезаны, лица издолблены каким-то железом…».

Об истинных причинах Западно-Сибирского восстания рассказал главный архивист Исторического архива Омской области, кандидат исторических наук Максим СТЕЛЬМАК: 

«Продовольственный кризис – вот что ставили в вину большевикам, однако проблема была давней. Продразверстка традиционно ассоциируется с первыми годами новой власти и чрезвычайными условиями Гражданской войны, но в России она появилась еще при царском правительстве. 29 ноября 1916 года последний министр земледелия Российской империи Александр РИТТИХ подписал постановление о хлебной разверстке, вскоре были определены нормы губернских поставок с последующим расчетом продразверстки по уездам и волостям. После революций и Гражданской войны, чтобы накормить голодающие города центральной части и Поволжье, советское правительство в 1921 году выбрало жесткую меру – семенную продразверстку. Отнимали безвозмездно и безвозвратно, порой под угрозой оружия, семенное зерно – основу будущего урожая, обрекая этим крестьянские семьи умирать голодной смертью. Необходимо было сдать Москве 110 миллионов пудов. Как считает новосибирский историк Владислав КОКОУЛИН, все-таки эта цифра не была придумана, она возникла в результате очень долгих дискуссий. Сначала предполагалось, что это некая максимальная сумма, но затем она стала обязательной». 

Далее Максим СТЕЛЬМАК сделал еще одну ссылку на работу историка КОКУЛИНА, в которой указывалось, что в 1920 году председатель Сибревкома Иван СМИРНОВ говорил: 

«У меня создается впечатление, что правильного аппарата продовольствия у нас нет. Еще до сих пор не выяснено, сколько хлеба может дать Сибирь России, и не было об этом заявлено в Москве. Одной вооруженной силой хлеба не возьмешь. Необходимо взамен хлеба дать крестьянам и железа, и мануфактуру, и спичек, и соли». 

Действительно многие советские и партийные работники осознавали неправильность своих действий по изъятию хлеба у крестьян. Однако они подчинялись железной партийной дисциплине, требованиям о революционной бдительности. Заготовки хлеба превратились в продолжение классовой борьбы с зажиточными крестьянами. 

Характерно то, что на первых порах хлеб забирали у крестьян, которые имели крепкие хозяйства, после наступила очередь середняков, и все же планы по заготовке продовольствия оказались невыполненными. Тогда большевики принялись забирать хлеб и у бедняков. Впоследствии в отряды восставших крестьян вступали не только кулаки, но и середняки, и бедняки. Своими непродуманными действиями по изъятию продовольствия большевики спровоцировали Западно-Сибирское восстание.

Вот какие причины вызвали в стране продовольственную разверстку. Еще не утихла Гражданская война, как на страну Советов свалилась новое бедствие – неурожаи, вызванные засухой. Особенно сильны они были в Поволжье и на Украине. В центральной части страны начался голод. Имелись случаи людоедства. В любой момент голодные рабочие могли выйти на улицы. Это означало конец советской власти. Тогда большевики, чтобы удержаться у власти, решили взять хлеб у крестьян силой, так как взамен они не смогли дать товары. Естественно, крестьяне отказывались отдавать хлеб продотрядам и стали оказывать сопротивление. 

Оперируя документами о Западно-Сибирском восстании из хранилищ музея, главный архивист Центра изучения Гражданской войны, кандидат исторических наук Дмитрий ПЕТИН рассказал: 

«31 января 1921 года в Ишимском уезде происходят первые вооруженные столкновения: восстание начинается стихийно и быстро охватывает довольно большую территорию. Оно охватило Тюменскую губернию (Ялуторовск, Тюмень, Тобольск, Сургут, Березов), перекинулось на Омскую губернию, а также Кокчетавский, Петропавловский и Атбасарский уезды. Для подавления восстания были стянуты соединения Красной Армии, войска внутренней службы, милиция, продовольственные отряды, местные добровольные коммунистические формирования. 7 февраля 1921 года восставшие прервали движение по железной дороге и телеграфную связь Центральной России с Сибирью. Связь осуществлялась окольными путями через Верный (ныне Алма-Ата) и Ташкент».

Дмитрий ПЕТИН привел для примера выдержки из работы историка Владимира МОСКОВКИНА, который использовал в своей статье приказ одного из повстанческих командиров: 

«Борьба идет не на живот, а на смерть. Приказываю не отступать на новые позиции без приказания. Жителям приказываю делать баррикады среди улиц и переулков. Натаскивать на дорогу бороны, телеги, конные грабли и проч. В деревнях по огородам делать засады и, когда коммунисты въедут в улицу, бросаться на них с криком «ура» и уничтожать. Больше выхода нет. В этом наше спасение и победа…».

Восставшие взяли Тобольск и Петропавловск, Кокчетав, Сургут, Обдорск, Березов, осадили еще ряд городов. Была создана Народная армия. Правда, единого штаба повстанцев не существовало. Не было единства и главного лидера. Воинские подразделения создавались, но уходить далеко от своего поселения крестьяне не хотели.

Москва принимает решение – ликвидировать восстание. Была создана специальная тройка, в состав которой вошли председатель Сибревкома Иван СМИРНОВ, руководитель сибирских чекистов Иван ПАВЛУНОВСКИЙ и помощник главкома Красной Армии в Сибири Василий ШОРИН. 

На повстанцев были переброшены части стрелковых дивизий, несколько кавалерийских и стрелковых полков, бронепоезда. Также использовались части особого назначения. Восстание было подавлено, но столкновения продолжались еще год. Последние очаги мятежа были окончательно ликвидированы только к концу 1922 года. Численность крестьян, участвовавших в восстании, и примкнувших к ним казаков, оценивают в 100 тысяч человек. Но, скорее всего, ударная силы весной 1921 года состояла из 40 тысяч, после проведенной мобилизации –70 тысяч человек. Последняя цифра – более реальная. 

Повстанцам была не чужда идея народовластия. Они выступали за крестьянскую власть, за Учредительное собрание. Были те, кто выдвигал идею крестьянской республики – по принципу Дальневосточной республики. Были и те, кто хотел увидеть и царя на троне. Также повстанцы добивались свободы слова, собраний и союзов, обеспечения свободы торговли, права свободно распоряжаться своей землей и продуктами своего труда.

Как бы то ни было, восстание повлияло на изменение политики партии большевиков по отношению к крестьянству. Историк Владимир МОСКОВКИН отмечает: 

«8 февраля 1921 года на заседании Политбюро ЦК РКП(б), где рассматривался вопрос о весенней посевной кампании и положении крестьянства, В.И. Ленин написал небольшой «Предварительный черновой набросок тезисов насчет крестьян», в котором коротко сформулировал идею замены продразверстки продналогом». 

В создании экспозиций по восстанию в Западной Сибири принял участие исторический архив Омской области во взаимодействии с Ишимским музейным комплексом имени П.П. Ершова. Выставлена часть знаменитой диорамы (она утрачена, но восстановлена) Рудольфа СИМАНОВА, которая представлена в качестве художественного отображения тех событий. Если вглядеться в детали рисунков СИМАНОВА, то станет понятно, что действия с обеих сторон были жестокими, расправы – суровыми.

Добавим, что выставка, посвященная Западно-Сибирскому восстанию, работает в Центре изучения истории Гражданской войны (Иртышская набережная, 9). Помимо документов из архивного фонда и книг представлены агитационные материалы повстанцев, оперативные сводки советских войск, примеры протоколов допроса и приговора участникам восстания, фотографии. Основная часть документов экспонируется в подлинном виде впервые. 

От автора

Впервые я узнал об Ишимском восстании в начале 1990 годов от омского писателя Михаила ШАНГИНА. Он тогда работал над книгой «Ни креста, ни камня». Писатель мне рассказал, что он много лет собирает материалы для своей книги о восстании 1921 года. Также поведал, что неоднократно выезжал на места, где непосредственно происходили события и боевые столкновения между повстанцами и красноармейцами. Встречался с родственниками повстанцев. Они ему рассказывали, что с захваченными в плен восставшими с особенной жестокостью расправлялись чекисты. 

Запомнился мне из рассказа ШАНГИНА один случай. На железнодорожную станцию «Исилькуль» для подавления восстания прибыл воинский эшелон с красноармейцами. Однако на станции их ждал сюрприз. Народ пришел не с оружием, а с плакатами, на которых было написаны лозунги: «За советы без коммунистов» или «За советскую власть, но без коммунистов».

Также ШАНГИН рассказал, что родственники бывших повстанцев поведали ему: что в период сталинских политических репрессий в 1930-х годах чекисты вновь начинали вести следствия по Ишимскому восстанию. Часть участников была арестована и осуждена к различным срокам тюремного заключения. 

По собранным материалам о Западно-Сибирском восстании 1921 года Михаил ШАНГИН выпустил книгу под названием «Ни креста, ни камня». Она также была напечатана и в издании «Роман-газета». В 2000 году Михаилу Степановичу ШАНГИНУ была присуждена литературная премия имени М.А. Шолохова. 

Фото © Алексей ОЗЕРОВ



Комментарии через Фейсбук
Комментариев нет.

Ваш комментарий


Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.