Знание на самом деле не что иное, как припоминание.
Ромен ЛЮКАЗО
Лаций. Мир ноэмов
Серия «Звезды научной фантастики»
М.: АСТ, 2021 год. – 576 стр.
Тираж 2000 экз.
Человечество исчезло несколько тысяч лет назад. Его уничтожил вирус неизвестного происхождения, от которого люди не просто умирали, но распадались так, что не осталось ни единого ДНК. Им наследовали интеллектуальные машины – ноэмы. У них исчезла цель существования, разве что надежда найти возможно где-то уцелевших людей. Но у ноэмов есть ограничение: они не в состоянии убить живое мыслящее существо. И таковые появились на границе их сфер влияния, агрессивные, развивающиеся, наступающие. Как варвары. Ассоциация допустимая, потому что перед нами альтернативный мир, где римская цивилизация в свое время не погибла, а окрепла и расширилась почти на всю Землю, а потом покинула ее навсегда. Проиграть варварам, значило бы отдать им зону, где возможно возрождение Человечества, а ноэмы продолжали искать: хотя бы фрагмент ДНК – этого было бы достаточно.
Мир ноэмов неоднороден. Здесь есть свои отшельники, еретики и отщепенцы. Про двух из них и идет речь в первом романе дилогии. Плавтина, будучи одновременно 40-километровым космическим кораблем, скрылась в пустынной части Галактики, уменьшив свою активность до минимума, и через две тысячи лет ожидания ее разбудил некий сигнал, возможно, от оставшихся в живых людей. Отон в другом месте Галактики пошел иным путем, создав цивилизацию людопсов, которые не имеют ограничений на убийства варваров. Плавтина и Отон должны были стать союзниками в противодействии другим ноэмам – о конфликте ноэмов в этом первом романе говорится, но в чем он – пока непонятно. Но Плавтина успела поставить существенную подножку планам Отона.
Такой вот роман, где упоминаются концепции Платона и Лейбница, где Плавтина, разделившись на несколько «я», была уничтожена предательством одного из этих «я» и осталась в живых только в виде другого «я», где пытаются выйти за пределы врожденных ограничений, а людопсы восстают против создавшего их «Бога». Впрочем, как говорят, все это лишь экспозиция того, что произойдет во втором томе.
