Один из крупнейших омских мясопереработчиков, МПК "Компур" расширяет производство, обновляет оборудование и к лету рассчитывает увеличить мощность цеха первичной заготовки животных в три с половиной раза. На минувшей неделе обозреватель "КВ" Николай ГОРНОВ встретился с совладельцем омского мясного холдинга Димитрием ГАЛАВАНОВЫМ и расспросил его планах на будущее, о конъюнктуре мясного рынка, о мясном животноводстве, а также о том, как политика влияет на бизнес.
– Димитрий Русланович, насколько я понимаю, у вас два основных направления в бизнесе?
– Да, наш концерн занимается и первичной переработкой животных, и производством готовой продукции – мясных полуфабрикатов и колбасных изделий. Таких комплексных предприятий в Омской области было в свое время 13, на сегодняшний день остались единицы, а в Омске мы вообще единственные. Комплексным предприятиям было тяжелей выживать в рыночных условиях.
– Почему?
– Общаясь с сельхозпроизводителями, участвуя в их жизни, стремишься максимально учесть их интересы. А для производителя колбасных изделий важно как раз другое – получить максимально дешевое сырье, чтобы поддерживать рентабельность на приемлемом уровне. Колбасные предприятия, которые в 90-х годах стали развиваться независимо, – они были свободны от связей с селом, более мобильны и, соответственно, более результативны. По сути, у нас переработка скота и производство готовой продукции – это тоже два разных бизнеса, хотя они и расположены на одной территории и дополняют друг друга. Но развиваются тем не менее параллельно. Скажу больше, только потому, что нам удалось в свое время их развести, мы и работаем до сих пор. 80% предприятий по стране, сопоставимого возраста с нашим, либо обанкротились, либо перепрофилировались.
– Какое направление важнее для вас лично – заготовительное или колбасное?
– Так уж сложилось, что для меня всегда был более понятным именно процесс заготовки. А вот мой партнер, генеральный директор ЗАО "Мясоперерабатывающий концерн "Компур" Сергей КОКОРИН – он всегда больше занимался производством колбасных изделий.
– Или мне кажется, или "Компур" уступил за эти годы свою долю на рынке...
– Долю на рынке переработки мы не только не потеряли, но и заметно прибавили. Особенно после последнего соглашения с нашим стратегическим партнером – ООО "РУСКОМ". Сегодня мы перерабатываем все свинопоголовье, выращиваемое на их свинокомплексе в Кормиловке. Насколько я могу судить, качество нашей работы нашего партнера удовлетворяет. По колбасным изделиям нам действительно удалось сохранить не все позиции на рынке, поскольку в свое время больше внимания уделяли производству, а не продажам, что вполне объяснимо, если учесть, что я все-таки больше производственник, а сейчас завоевывать рынок уже сложнее. Но при этом, как я считаю, у нас есть четкое позиционирование, известный бренд, мы производим настоящий продукт, который, быть может, не настолько ярок по вкусовым характеристикам, как у других производителей, активно работающих со специями и вкусовыми добавками, но для нашего покупателя, который долгое время остается с нами, он предпочтителен. Своего покупателя мы никогда не разочаровывали. Мы постоянно контролируем качество нашей продукции и стараемся соответствовать ГОСТам 1973-1979 годов. У меня есть твердое убеждение: пока моя семья ест колбасы, которые я произвожу, – я буду делать их настоящими!
– Группа "РУСКОМ" расширяется. А вы?
– Мы тоже инвестируем серьезные средства в инфраструктуру. Полностью перевооружили холодильные мощности, увеличили емкость холодильников до 3 тысяч тонн единовременного хранения, а скоро завершим и модернизацию цеха убоя. Новое оборудование заработает, по моим расчетам, ближе к июню, и тогда мы прирастем по мощности в три с половиной раза. Мы долго изучали опыт мясокомбинатов Германии, Франции и даже в Бразилии побывали, а остановились в итоге на оборудовании известного австрийского производителя. Это лучшее из того, что сегодня производится во всем мире. Оно производительное, позволяет жестко контролировать качество продукции и еще лучше соблюдать все ветеринарные требования к производству. Такого оборудования в Омской области больше нет ни у кого. А с учетом роста производительности мы настроены наращивать и объем переработки.
– Деньги для инвестиций в банках ищете?
– Конечно. И я считаю, что это правильно. Нельзя строить бизнес только на собственные средства. Банк – он как лакмусовая бумага. Обращаясь за кредитными ресурсами, предприниматель заодно получает и экспертное заключение по поводу своих бизнес-идей. Если банк одобрил и взялся финансировать проект, значит, и идея была правильной. Да и вообще в партнерстве с серьезными банками бизнес вести спокойнее.
– Сколько потратили на модернизацию заготовительного цеха?
– Общий кредит – порядка 130 млн рублей. Если бы мы строили с нуля, то потребовалось бы не менее 300 млн рублей. А у нас производственные площади есть, коммуникации подводить не требуется. В каком-то смысле нам повезло. С одной стороны, предприятие находится в городской черте, что помогает выстраивать логистику в том числе, с другой стороны – мы расположены далеко от жилья, поэтому вписываемся даже в самые жесткие ограничения по санитарно-защитным зонам.
– Объем производства колбасных изделий у вас тоже возрастет?
– Увеличение будет, естественно, и новые серии наших колбас на прилавках омских магазинов скоро появятся, но объемы не вырастут кратно. Мы практически не производим недорогие колбасы, а без них сегодня невозможно иметь тоннаж. Мы очень структурированы, работаем в премиальном сегменте и кардинально менять свою маркетинговую политику не склонны. Мы уже проходили все это. Продавали тысячи тонн колбас. Сегодня для нас гораздо важнее наше качество, а не количество.
– Мясо, которое заготавливает ваше предприятие, куда потом поступает?
Мы работаем со всеми производителями, заинтересованными в использовании местного сырья. Среди наших партнеров и крупные производства, такие, как ООО "РУСКОМ", и небольшие предприятия. Мы работаем с федеральными сетями, рынками, с сегментом HoReCa. Был период, когда мы очень активно работали со всей страной от Камчатки до Калининграда и входили в пятерку крупнейших российских поставщиков мяса. Участвовали в поставках мяса для Минобороны, для структур милиции, для Федеральной службы исполнения наказаний.
– Потом перестали участвовать в торгах?
– Нет, мы везде участвуем, в том числе в торгах, которые проводит омский муниципалитет, вот только побеждать стали редко.
– В чем проблема с городскими и областными конкурсами?
– В цене. Понимаете, есть определенная цена, сопоставимая с моим пониманием качества продукции. А когда цена во время торгов резко падает, то я не могу гарантировать того качества, которое считаю приемлемым. Нет, иногда, повторюсь, мы выигрываем. А когда получатели один раз попробуют наше сырье, многие потом высказывают сожаление, что мы не смогли победить в следующих конкурсах.
– В Омске используется замороженная импортная говядина? Или нам хватает своего сырья?
– Насколько я знаю, многие омские производители используют блочное импортное сырье. Причем в большом количестве. С уверенностью могу сказать, что исключительно на местной говядине работают только ООО "РУСКОМ" и наше предприятие. За остальных не могу поручиться на 100%.
– На ваш взгляд, на рынке мясопереработки высокая конкуренция?
– Очень высокая. И маржинально это далеко не самый привлекательный бизнес. Если рентабельность у мясоперерабатывающего предприятия 7% – это шикарно по сегодняшним временам, 5% – хороший устойчивый бизнес, 3% – предприятие на грани выживания. Мясопереработка живет только за счет объемов.
– Трудно конкурировать большому заготовительному предприятию со стихийными заготовителями и небольшими бойнями?
– Все трудности вытекают из налогового законодательства. Если кто-то работает на упрощенной системе налогообложения, без НДС, то нам с такими заготовителями конкурировать по цене действительно трудно. Я считаю, что если у нас единый аграрный кластер в регионе, то мы и должны играть по единым правилам. А льготы, на мой взгляд, нужно давать не предприятиям, а владельцам бизнеса. Например, создал предприниматель впервые свое предприятие, назвал своим именем, получил какую-то льготу один раз и пользуется всю жизнь. Передал по наследству свою компанию – получи дополнительные льготы. Зарегистрировал новое предприятие – работай по общим правилам. И тогда все будут бережней относиться к своим "фамильным" предприятиям, не будут дробить бизнес, создавать и банкротить предприятия сотнями, перестанут регистрировать их в офшорах.
– Какой годовой оборот у МПК "Компур"?
– Более миллиарда рублей.
– На какой прирост выручки вы рассчитываете в 2013 году в связи с увеличением мощности заготовительного цеха?
– Текущий год нам большого роста еще не даст, а вот на 2014 год уже можно планировать прирост порядка 30 %.
– Мясопереработка не предполагает резких взлетов?
– Животные быстро не растут. Это во-первых. Во-вторых, мясному животноводству, на мой взгляд, оказывается недостаточная поддержка на уровне региональной власти, чтобы они могли расширять свое производство.
– Непросто в Омской области с мясным животноводством?
– Последний год был вообще невероятно тяжелым для животноводов. Вот сейчас рассматривается программа социально-экономического развития Омской области, разработанная Strategy Partners Group, и многие вещи, которые мне кажутся важными, я в этой программе не увидел. В той части, которая касается аграрного кластера, с моей точки зрения, обобщения консультантов не всегда корректные, а рекомендации даны несколько расплывчатые.
– А на что следовало обратить внимание консультантам?
– На мой взгляд, есть несколько факторов. Они сложные, не совсем вписываются, может быть, в существующую законодательную базу и требуют принятия волевых решений. Первым делом, я считаю, необходимо выстроить ценовой паритет во всей производственной цепочке, которая начинается с сельских товаропроизводителей и заканчивается на прилавках розничных сетей. Цены, которые сложились на сегодняшний день, в том числе на крупный рогатый скот, абсолютно не стимулируют хозяйства региона заниматься животноводством. Ну не может оптовая цена говядины быть на уровне 120-130 рублей рублей. Я понимаю, что ограничение внутреннего рынка – это неправильный путь. Но можно попытаться решить проблему как-то иначе, через договоренности между участниками этого процесса, например. Сложностей на этом пути будет много, я понимаю, результат будет зависеть и от авторитета власти, и от готовности участников этого процесса идти на компромисс, но контролировать ценообразование нужно обязательно.
Второй момент – финансовая поддержка села. В Сибири она должна быть однозначно. Здесь нет других вариантов. Соседи наши, Новосибирская и Тюменская области, тратят кратно больше на поддержку сельского хозяйства, и в этом они совершенно правы. Причем нужны дотации адресные, в том числе хозяйствам, работающим в неблагоприятных
природных условиях, на землях с низким банитетом. А иначе деревни без хозяйствующих субъектов будут и дальше деградировать.
Третий момент – управленческие кадры. Вы можете мне сколько угодно возражать, но я считаю, что власть должна контролировать директорский корпус. Поверьте мне, реально жители деревни никак не управляют процессом даже если они акционеры, пайщики, участники кооператива или общества с ограниченной ответственностью. На моих глазах нерадивые директора за два года уничтожали хозяйства, а акционеры спохватывались, когда приходил конкурсный управляющий и вывозил все поголовье. С моей точки зрения, нужно для начала навести порядок в управлении. Нужно вмешиваться, выезжать в коллективы, помогать проводить собрания пайщиков и акционеров. Просто наблюдать со стороны нельзя. Это тоже социальная политика. В сельской местности, в отличие от города, нет выбора, где работать.
– Вас не смущает, что "Единая Россия", в которой вы состоите, стремительно теряет авторитет?
– Честно сказать, я сторонник разделения оценок результативности действий исполнительной власти и партии "Единая Россия", хотя часто не нахожу понимания в этом вопросе у своих коллег по депутатской фракции. Невероятно сложно оппонировать правительству региона, когда ты связан партийной дисциплиной. Критиковать исполнительную власть не принято, поскольку мы и есть власть. Значит, остается внутрипартийная критика. На самом деле мой путь в "Единую Россию" был очень длительным и сложным. К определенному возрасту хочется не только говорить, но и работать на результат. А добиться результатов в виде реальных изменений в социальной политике государства сможет сегодня только одна партия – "Единая Россия". Это объективно. А что касается авторитета партии, тут я с вами не могу согласиться. Многое зависит от конкретных людей. Если депутат в своем округе работает активно, если он не стесняется того, что он член партии "Единая Россия", тогда и люди "Единую Россию" будут уважать.
Биография
Димитрий Русланович родился 18 апреля 1964 года в городе Поти (Грузинская ССР). В 1981 году окончил с отличием среднюю школу и поступил в Московский технологический институт мясной и молочной промышленности. После окончания вуза в 1986 году был направлен по распределению в Омск на должность главного механика государственного предприятия Свинохладобойня "Омская". В 1988 году стал главным инженером, а в 1990 году директором государственного предприятия Свинохладобойня "Омская". В 1992 году возглавил созданное на его основе АООТ "Мясокомбинат "Солнечный".
В 1995 году основал и возглавил ОАО "Омский мясной двор – завод колбасных изделий", которое вместе с ООО "Свинохладобойня "Омская" были реорганизованы в 2002 году в ЗАО "Мясоперерабатывающий концерн "Компур". В 1996 году защитил кандидатскую диссертацию на тему "Основные пути повышения эффективности хозяйствования в промышленном комплексе в условиях рынка". В 2010 году перешел с должности генерального директора ЗАО на должность председателя совета директоров.
4 декабря 2011 года избран депутатом Законодательного собрания Омской области пятого созыва по областному избирательному округу № 21 от избирательного объединения "Омское региональное отделение ВПП "Единая Россия".
Женат, воспитывает дочь.
