В 2024 году Продовольственная и сельскохозяйственная организация Объединенных Наций опубликовала результаты масштабной оценки засоления почв: ей подвержено почти 1,4 млрд га на планете, что составляет более 10% общей площади суши. В России лидером по засолению является Сибирский ФО. Команда исследователей лаборатории Систематики и экологии беспозвоночных Омского государственного педагогического университета под руководством научного сотрудника Кирилла БАБИЯ занимается вопросом использования дождевых червей для регуляции засоленности почв в Западной Сибири. Исследование поддержано грантом Российского научного фонда в 2025 году. О том, почему проблема засоления почв так важна для Западной Сибири, корреспондент «Коммерческих Вестей» Анастасия ИЛЬЧЕНКО побеседовала c Кириллом БАБИЕМ.
– Кирилл Анатольевич, как случилось, что вы заинтересовались дождевыми червями?
– Это произошло случайно. Я учился на химическом факультете ОмГУ по профилю «химик-аналитик». При переходе в магистратуру у меня сменился научный руководитель и, соответственно, тема – начал работать с капиллярным электрофорезом, одним из методов химического анализа, который использую и сегодня. Мой научный руководитель – кандидат химических наук Борис Яковлевич БРЯНСКИЙ работал и в ОмГУ, и в ОмГПУ и рассказал, что в педагогическом вузе создали лабораторию, где есть аппарат для капиллярного электрофореза. Я попросил, чтобы меня допустили до работы с ним, и начал выполнять на базе лаборатории свою магистерскую диссертацию. Параллельно делал пробы почв от уже проведенных экспериментов, в том числе проверял на водорастворимые формы ионов. Именно они имеют значение при засоленности почв, ведь калия, кальция, фосфора, магния может быть сколько угодно, но вредны именно водорастворимые формы. Когда их много, происходит засоление. Однако если слишком мало или совсем нет минеральных солей, то тоже ничего хорошего не будет. Всегда нужен баланс. Возвращаясь к вопросу: после защиты диплома мне предложили поработать в ОмГПУ. Я согласился, ведь и дело интересное, и лаборатория новая со множеством приборов, и проекты важные. С тех пор я здесь работаю. Путь был не самый простой, поскольку здесь мы занимаемся все-таки уже экологией, а не чистой химией, т.е. приходилось изучать нюансы.
– Обычно экологию рассматривают в разрезе влияния на человека.
– Экология в целом – это не только про загрязнение воды, воздуха, а про взаимодействие живого и неживого, живого и живого: как распространяются виды организмов, трофические связи (кто чем питается), конкуренция и т.д. Это баланс экосистемы.
– В 2025 году вы выиграли грант на исследование «Использование дождевых червей для регуляции засоленности почв». Тема звучит как вполне прикладная. Это так?
– Да, причем она очень актуальна не только для нашего региона, но и в целом для Западной Сибири. Дело в том, что пояс засоленных почв охватывает и Тюменскую, и Новосибирскую области. На юге нашего региона, например в Черлакском районе, в Казахстане, есть территории, где практически сплошное засоление. Мы данных местностей не касаемся, поскольку такой масштаб проблемы одними червями исправить нельзя. Нам интересны почвы с повышенным уровнем засоления, где живые организмы еще могут обитать. Нужно понимать, что такие территории повсеместно используются для сельского хозяйства, но их продуктивность значительно ниже, чем на незасоленных. Изучим, как дождевые черви снижают содержание водорастворимых форм ионов в почве, сокращают уровень засоленности почв. Эти знания помогут сокращать засоленность почв не химическими способами, а естественными биологическими.
– Как родилась идея данного исследования?
– Ранее мы изучали взаимодействие инвазивных видов дождевых червей с местными, как они влияют друг на друга, чтобы прогнозировать, как изменятся почвы. И увидели, что в некоторых случаях дождевые черви понижают, а в других – повышают содержание водорастворимых форм. Как-то попались зарубежные исследования о влиянии червей на уровень засоленности. У ряда ученых получилось выявить положительный эффект. И мы решили изучить тему на наших почвах, тем более что в приведенных в статьях экспериментах использовались некоторые виды дождевых червей, которые обитают и у нас. Но важно понимать, что мы сейчас изучаем возможность, т.е. хотим увидеть, есть ли эффект, однако не можем его гарантировать.
– Сколько у вас подопытных?
– Мы исследуем влияние двух видов дождевых червей. Наиболее солеустойчивых. Уже знаем, что они по-разному воздействуют на почвы, в частности, на уровень углерода в них.
– Как заставить червей жить на нужном человеку месте, перерабатывать засоленную почву, если они вольны уползти туда, где повкуснее?
– Это не так сложно. Мигрировать они могут только максимум на десяток-другой метров, не более. Кроме того, можно немного прикормить. Они питаются органикой. Если есть подстилка, трава, пожнивные остатки, они всю эту органику будут перерабатывать.
– Можете рассказать о первых итогах исследования?
– Делать выводы пока рано. Грант рассчитан на два года. В прошлом году мы определили, какие виды будем использовать, изготовили модельные установки. Проводя полевой эксперимент, дождевых червей помещаем не просто в почву, а в специальные почвенные мезокосмы.
– Чтобы не расползались?
– Да, и еще чтобы задать необходимые условия. Они накрыты сеткой, чтобы не сбежали, никто их не выклевал, не обжигало солнце. В начале прошлого лета установили мезокосмы на нескольких локациях на правом берегу Иртыша – в Кормиловском и Омском районах и на левом – в Азовском и Любинском районах. Использование нескольких территорий важно для эксперимента, потому что позволяет получить данные из разных локаций одного типа почв. Все лето дождевые черви там жили, в начале октября мы их выкопали. Зимой перебирали почвы, брали пробы, смотрели, в каких слоях обитали черви, сколько их, какие виды, как они пережили совместное обитание. Все это заняло довольно много времени, в частности, просушка почвы, ведь для проведения анализа она должна быть сухой. Этим летом предстоит вторая часть эксперимента. В июне, когда солнце прогреет почву и дождевые черви активизируются, будем закладывать.
– Какие параметры почвы вы изучаете?
– Мы смотрим не только на соли, но и на фракции. Думаю, вы замечали, что почва неоднородная – бывает крупными комками, мелкими, пылеватой. И разные фракции по-разному берут на себя соли. Кстати, наличие дождевых червей способствует созданию более крупных агрегатов, создает агрономически более ценную фракцию – 1-2 мм. Когда червей нет, в почве больше мелкой фракции. Кроме того, наличие более крупных комков меняет промывной режим почв, в такой больше пустот, значит, вода глубже проходит, а в плотной, мелкофракционной вода остается сверху – встала и все соли как были, так и остались. Ученые и аграрии давно знают, что в плотной почве растения хуже себя чувствуют. Плюс мы смотрим на водопрочность фракций почвы. Есть такие, которые при намокании сразу разваливаются, а другие – нет.
– Дождевые черви на это влияют?
– В ходе эксперимента мы видели, что после червей фракция не разваливается, держит форму, а контрольная рассыпается сразу после намокания. Для сельского хозяйства лучше, когда сохраняется структура, а это происходит там, где обитают черви. Но везде нужна мера: если фракция размером более 10 мм – это тоже не очень хорошо. На предыдущих исследованиях мы видели, что в разных фракциях почвы состав солей отличается. Будем изучать, делать выводы, как промывной режим почв влияет на процесс засоления.
– Где вы устанавливаете мезокосмы? В заказниках? Нужно ведь, чтобы их никто не разорил.
– Нет, на обычных территориях вне населенных пунктов, подальше от пашен.
– Но в Омском районе ведь все либо перепахано, либо застроено?
– Есть места (смеется). Уходим от поселений, от дорог. Ставим там, где люди не ходят, ягоды не растут. Прикрываем, маскируем, чтобы наши мезокосмы в глаза не бросались. Увидеть их с дороги практически невозможно, ведь они вкопаны в землю.
Биография
Кирилл Анатольевич БАБИЙ
Научный сотрудник лаборатории Систематики и экологии беспозвоночных ОмГПУ
Кирилл Анатольевич БАБИЙ родился в Омске 14 ноября 1994 года. В 2018 году окончил химический факультет ОмГУ им. Достоевского. С 2018 года работает в лаборатории Систематики и экологии беспозвоночных ОмГПУ: сначала лаборантом, затем младшим научным сотрудником, с 2024 года – научным сотрудником. Окончил аспирантуру в ОмГПУ в 2025 году. С 2026 года работает ведущим специалистом НТЦ «Интайр» холдинга «Кордиант».
Фото © Максим КАРМАЕВ
