Фрэнсис Скотт Кей ФИЦДЖЕРАЛЬД (1896 –1940) – американский писатель, крупнейший представитель так называемого потерянного поколения в литературе.
16 +
Наибольшую известность ФИЦДЖЕРАЛЬДУ принес роман «Великий Гэтсби», опубликованный в 1925 году. Издательство КоЛибри; Азбука-Аттикус тиражом 3 тыс. экз. выпустило в свет на русском языке (утверждается, что впервые) его книгу «Заметки о моем поколении» (2019 г., 544 стр., переводчики: Александра Глебовская, Елена Калявина). Сам о себе он говорил так: «Я хотел быть лучшим писателем США». Сборник эссе открывается новеллой «Кто есть кто – и почему». Эссе «Who’s Who – and Why» впервые было опубликовано в журнале «The Saturday Evening Post» в сентябре 1920 г. Выясняется, что в детстве Фрэнсис Скотт был на редкость деятельным и увлекающимся ребенком. В двенадцать лет он писал на всех уроках и на любом клочке. Потом решил заняться футболом и завязать с писательством. Но увидев музыкальную комедию «Квакерша», принялся писать либретто для музыкальных комедий. Поступив в Принстонский университет, сочинил либретто для оперетты «Его сиятельство султан», которую ставил студклуб «Треугольник», в результате чего провалил экзамены. Клуб «Треугольник» принял либретто к постановке, а прозанимавшись весь душный август с репетиторами, Фрэнсис Скотт умудрился удержаться в университете. Еще через год он возомнил, что единственная стоящая вещь на свете – это поэзия, и ночи напролет производил на свет сонеты, баллады и рондели: «Я где-то прочитал, что поэт не может считаться по-настоящему великим, если до двадцати одного года не напишет ни одного великого стихотворения. У меня оставался лишь год в запасе, а помимо прочего, мне того и гляди предстояло уйти на войну. Прежде чем сгинуть на фронте, я должен опубликовать хотя бы один сборник бесподобных стихов». Стихи, однако, уступили место прозе.
«К осени я оказался в учебном лагере офицеров-пехотинцев в Форт-Ливенворте, успел бросить поэзию и загореться свежей идеей – теперь я сочинял бессмертный роман. Каждый вечер, припрятав блокнот под «Простые задачи для пехоты», я абзац за абзацем переносил на бумагу несколько отретушированную летопись своей жизни и своего воображения. Вчерне были закончены двадцать две главы, четыре из них – в стихах; две главы были готовы полностью; после этого меня засекли и унасекомили. Писать во время учебы стало нельзя. <...> Каждую субботу в час дня, покончив с недельными трудами, я чуть не бегом бежал в офицерский клуб, устраивался в уголке зала, заполненного дымом, пересудами и шуршанием газет, и на протяжении трех месяцев каждый божий уик-энд валял роман в сто двадцать тысяч слов. Мне было не до правки».
