Все рубрики
В Омске суббота, 18 Мая
В Омске:
Пробки: 4 балла
Курсы ЦБ: $ 90,9873    € 98,7776

Дмитрий СТЕПАНОВ, адвокат: Реальности внесудебного разрешения споров

24 февраля 2011 17:24
0
2569

Вновь принятый закон о процедуре медиации требует уточнения и доработки. 

Летом 2010 года наконец-то был принят Закон № 199-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)». В России до сих пор наиболее распространена форма защиты своих прав — обращение в суд, которая не всегда является оптимальным для сторон спора средством разрешения конфликта и часто приводит к значительным судебным издержкам, волоките, наносит вред деловым отношениям и придает порой нежелательную огласку обстоятельствам спора.
Однако при всем уважении к изложенным благим целям, достаточно ли для их достиже¬ния правового регулирования, заложенного в нормах вновь принятого закона? С целью по¬лучения ответа на данный вопрос предлагаю краткий анализ упомянутого закона. Но прежде, чем переходить к оценкам и выводам, необхо¬димо хотя бы тезисно обозначить те вопросы, которые нашли свою регламентацию в нормах закона о медиации.

Закон «Об альтернативной процедуре урегу¬лирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» закрепляет основные прин¬ципы проведения процедуры урегулирования споров с участием медиаторов (посредников), требования к лицам, желающим стать медиаторами, и организациям, осуществля¬ющим деятельность по обеспечению проведе¬ния процедуры медиации, порядок заключения и исполнения соглашений о применении и о проведении процедуры медиации.
Медиация существует так же давно, как существуют конфликты. Нельзя утверждать, что медиация ранее применялась в том виде, в котором она сформировалась и существует на настоящий момент. Можно говорить лишь о применении методов примирения сторон с участием нейтрального посредника. Подобные методы разрешения споров все чаще использовались в тех случаях, когда переговоры заходили в тупик и для достижения успеха нужно было, чтобы спорящие стороны поняли и приняли точки зрения друг друга.
Медиаторы (посредники) могут вести свою деятельность на профессиональной и непро¬фессиональной основах. Требования к про¬фессиональным медиаторам более жесткие. Однако именно им позволено сопровождать урегулирование споров между сторонами на стадии судебного рассмотрения дела. Закон указывает на ограничения для лиц, ре¬шивших осуществлять медиативную деятель¬ность. Так, медиаторами не могут быть лица, замещающие государственные и муниципаль¬ные должности государственной и муници¬пальной службы, за исключением тех случаев, когда такая возможность прямо будет указана в законе.

Медиатор, участвуя в разрешении спора, не вправе одновременно быть представителем какой-либо из сторон. Он не может оказывать какой-либо стороне юридическую, консультационную или иную помощь, а также осуществлять деятельность медиатора, если при проведении процедуры он лично (прямо или косвенно) заинтересован в ее результате, в том числе состоит с лицом, являющимся одной из сторон, в родственных отношениях. Закон лишает «примирителя» права делать без согласия сторон публичные заявления по существу спора. Медиатор не может без согласия сторон разглашать информацию, относящуюся к процедуре медиации и ставшую ему известной при ее проведении. В случае, если посредник получил от одной из сторон информацию, относящуюся к процедуре медиации, он может раскрыть ее только с согласия этой стороны. Также медиатор лишен права вносить (если стороны не договорились об ином) предложения об урегулировании спора. В течение всей процедуры медиации посредник имеет возможность встречаться, общаться и поддерживать связь как со всеми сторонами вместе, так и с каждой из них в отдельности. При этом он не должен ставить своими действиями кого-либо в преимущественное положение, равно как и умалять права и законные интересы одной из сторон.

Закон № 193-Ф3 предусматривает возможность применения процедуры медиации как во внесудебном порядке, так и в рамках судебного разбирательства в любой момент до принятия судом решения по делу. Сфера отношений, по спорам из которых возможно применение процедуры медиации, ограничена гражданскими, в том числе в связи с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, трудовыми (за исключением коллективных трудовых споров) и семейными правоотношениями. При этом особо отмечено, что процедура медиации не применяется к вышеназванным спорам, если они затрагивают или могут затронуть права и законные интересы третьих лиц, не участвующих в процедуре медиации, или публичные интересы.

Основанием применения процедуры медиации является соглашение о применении такой процедуры. Данное соглашение должно быть заключено в письменной форме либо до возникновения спора (медиативная оговорка), либо после его возникновения. Помимо соглашения о применении процедуры медиации Закон N 193-ФЗ предусматривает также заключение сторонами соглашения о проведении процедуры медиации. Если первое соглашение устанавливает саму возможность применения процедуры, то второе соглашение регламентирует всю процедуру проведения медиации.
Процедура медиации, осуществляемая частными медиаторами, может быть как платной, так и бесплатной. Деятельность организаций по обеспечению проведения процедур медиации осуществляется только на платной основе.

Закон N 193-ФЗ устанавливает сроки проведения процедуры медиации. Общий срок, в течение которого медиатор и стороны должны принимать все возможные меры для того, чтобы указанная процедура была прекращена и стороны пришли к взаимоприемлемому решению, составляет 60 дней. В исключительных случаях, в связи со сложностью разрешаемого спора, с необходимостью получения дополнительной информации или документов, срок может быть увеличен по договоренности сторон и при согласии медиатора до 180 дней. Такое продление срока не распространяется на проведение процедуры медиации после передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда.
Завершается процедура медиации в случае, если она увенчалась успехом и стороны пришли к урегулированию, медиативным соглашением. Медиативное соглашение заключается в письменной форме и должно содержать сведения о сторонах, предмете спора, проведенной процедуре медиации, медиаторе, а также согласованные сторонами обязательства, условия и сроки их выполнения. В случае заключения медиативного соглашения на судебной стадии рассмотрения спора стороны могут передать его на утверждение суда в качестве мирового соглашения. В остальных случаях к медиативному соглашению будут применяться нормы общегражданского законодательства о сделках со всеми вытекающими способами их защиты.

Вот таким образом кратко выглядит правовое регулирование процедуры медиации. И при всей кажущейся, на первый взгляд, системности подхода законодателя, ему не удалось сделать комментируемый закон полностью выверенным и соответствующим продекларированной концепции, что неминуемо скажется на его эффективности и эффективности самой процедуры медиации.
Прежде всего законодателю, несмотря на высказывание такой позиции в период обсуждения закона, не удалось сделать процедуру обязательной для тех сторон, которые сделали медиативную оговорку, но, что еще более удивительно, и для тех лиц, которые уже приступили к медиативному процессу и заключили соглашение о проведении процедуры. Закон прямо говорит, что наличие соглашения о применении процедуры медиации, равно как и наличие соглашения о проведении процедуры медиации и связанное с ним непосредственное проведение этой процедуры не являются препятствием для обращения в суд или третейский суд, если иное не предусмотрено федеральными законами (ч. 3 ст. 7 Закона N 193-ФЗ). Данное правило, на мой взгляд, серьезно снижает возможность использования процедуры медиации и следование ей в период ее проведения. Такой подход демонстрирует недоверие законодателя к новой процедуре и превращает данную процедуру из действительно выверенного, системного и эффективного способа урегулирования в некий кружок по интересам, действующий по принципу: пока нравится, хожу, а разонравится – не хожу.

Из Закона N 193-ФЗ неясна правовая природа соглашения о применения медиации. Несмотря на внешнее сходство (данное соглашение предшествует соглашению о применении процедуры медиации), соглашение о применении процедуры медиации не может быть признано предварительным договором (ст. 429 ГК РФ), по которому стороны обязуются заключить соглашение о проведении данной процедуры, ввиду отсутствия у него специфических признаков, присущих предварительным договорам (срок и возможность понуждения к заключению основного договора). Соответственно, становится непонятным юридический статус соглашений о применении процедуры медиации и обязательность применения медиативной оговорки в отношениях между сторонами.

Как уже было сказано выше, процедура медиации может происходить на платной или бесплатной основе. Очевидно, что платная форма будет более востребована и предпочтительна. Однако исходя из содержания Закона N 193-ФЗ остается неясным, в каких отношениях (трудовых, гражданско-правовых) состоят медиатор и организация по обеспечению проведения процедуры медиации, является ли такая организация налоговым агентом медиаторов по доходам, полученным ими в связи с осуществлением деятельности по урегулированию споров, а также их представителем по расчетам со сторонами, как это предусмотрено, например, для коллегий адвокатов?

В связи с тем, что медиация — это молодой, нарождающийся институт, высокое качество подготовки специалистов и оказания медиативных услуг очень важно. Это ключевое условие для формирования положительного общественного мнения об этом институте. Считаю возможным, что возложение функций медиаторов возможно и на адвокатов и нотариусов, для чего специальные нормы об их праве заниматься медиативной деятельностью необходимо включить в Закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Основы законодательства Российской Федерации о нотариате. Также заслуживает внимания мысль о привлечении судей в отставке в качестве медиаторов при разрешении споров. Тем более что очень часто на практике адвокату приходится применять процедуры примирения, но при этом он выступает на какой-либо стороне и представляет интересы одной стороны в споре. А непосредственно сама медиация подразумевает, что медиатор должен быть человеком нейтральным, не заинтересованной в данном конфликте стороной.

Вот только самые существенные проблемы, которые удалось обнаружить при ознакомлении с вновь принятым законом, регулирующим совершенно новую для российского законодательства процедуру. Конечно, мне, признавая всю значимость медиативной процедуры и в силу профессии видя потребность нашего общества в подобном способе урегулирования спора, хотелось бы видеть правовое регулирование процедуры медиации более системным и последовательным. Ведь именно в этом случае удастся достичь тех целей, которые поставлены законодателем перед вновь принятым законом.

Дмитрий СТЕПАНОВ, адвокат

Комментарии
Комментариев нет.

Ваш комментарий


Наверх
Наверх
Сообщение об ошибке
Вы можете сообщить администрации газеты «Коммерческие вести»
об ошибках и неточностях на сайте.