Угроза банкротства неактуальна, с кредиторами заключены мировые соглашения, задолженность реструктуризирована и постепенно убывает.
Основанное в 1934 году ФГУП «Омская картографическая фабрика» в 2012 году было акционировано: 100% предприятия принадлежит Росимуществу в лице АО «Роскартография». Согласно данным Seldon.Basis, уставный капитал фабрики – 907,6 млн. руб., стоимость активов – 260,97 млн. руб. Сложные времена для предприятия – в 2018 году оно подавало на самобанкротство – похоже, миновали. Оно не генерирует убытки, а зарабатывает (41,05 млн. выручки за 2021 год) и всерьез намерено отвоевать свою долю рынка: незадолго до непростых лет Омская картографическая фабрика производила около 25% продаваемых на российском рынке учебных атласов и около 32% иной картографической продукции. К слову, «сестры» нашего старейшего предприятия – екатеринбургская и новосибирская картографические фабрики – в недавнем времени окончательно сдались перед натиском долгов и проблем. В апреле 2021 года руководство омским предприятием принял менеджер из столицы – начальник центра разработки и реализации картографической продукции АО «Роскартография» Александр ИГОНИН. Он рассказал обозревателю «Коммерческих Вестей» Анастасии ПАВЛОВОЙ об обстановке на рынке и том, что происходит с подведомственной ему фабрикой.
– Александр Иванович, вас направили сюда в роли антикризисного менеджера?
– На текущем этапе уже так себя не назову. Пожалуй, я менеджер по развитию – здесь предстоит много работы, которую за год-два точно не переделаешь. Но я действительно принял предприятие в непростом положении. Антикризисные меры уже позади: проведены штатные мероприятия, структурирована деятельность подразделений, разграничены направления денежных потоков. Сразу скажу: угроза банкротства неактуальна, с кредиторами заключены мировые соглашения, задолженность реструктуризирована и постепенно убывает. Сейчас передо мной стоит задача расширить рынки сбыта и работать со сформировавшимся долгом. Планируем наращивать производство, усилить присутствие на полиграфическом рынке. После того как за год на фабрике был наведен порядок, в том числе в ее бюджете, мы смело беремся за любые заказы, поскольку нам позволяют ресурсы. Дело в том, что остается в силе проблема отсутствия предоплаты в полиграфии. Но если раньше мы не могли позволить себе соглашаться работать на таких условиях, то теперь это стало возможным.
– Роскартография помогает в этих вопросах?
– Финансовых вливаний с ее стороны не происходит. Однако они поспособствовали реструктуризации долга, да, то есть выступили в роли поручителя, можно сказать. Хочу отметить, что Омская картографическая фабрика – последняя гражданская картографическая фабрика в стране. Мы заинтересованы сохранить ее любой ценой и помочь ей развиваться.
– Разве Новосибирская картографическая фабрика уже закрылась?
– Она существует лишь де-юре, но фактических производственных мощностей у нее не осталось, она бездействует. Безусловно, на рынке остаются военные картографические фабрики, которые также выпускают гражданскую продукцию. Однако картографическую продукцию производят не только предприятия полного цикла вроде нашего, но и коммерческие компании – в свое время много талантливых специалистов ушло в чистую коммерцию. Такие фирмы, как правило, работают в узких сегментах, допустим, в производстве настенных карт. У нас же весь спектр картографической продукции. В целом за отрасль не стыдно, она неплохо развивается. Отмечу, правда, что коммерческая картография может быть любопытной, красочной, но мы не так уж редко находим ошибки в такой продукции – например, в границах территорий. К сожалению, сейчас отсутствует систематизированный государственный контроль качества картографической продукции. Уникальность же Омской картографической фабрики в том, что мы не только сохранили производство полного цикла, но и работаем по строгим советским и российским традиционным канонам. Наши картографические произведения отвечают всем современным требованиям и стандартам.
– Объясните, что конкретно в вашей специфической отрасли означает производство полного цикла.
– Это означает, что мы способны с нуля создать картографический материал буквально любой сложности – для его составления у нас есть очень опытный штат. Без всякого хвастовства подчеркну, что на всю страну осталось считаное количество подобных работоспособных коллективов, часть из них работает в других структурах Роскартографии. Картографов такого уровня и специализации вузы практически не выпускают. Далее мы способны напечатать весь этот материал собственными силами, провести постпечатную обработку и контроль готовой продукции. У нас очень сильная редактура, корректура. В основном работаем с тиражной продукцией, но также есть и плоттерная печать. Конечно, нам сложно конкурировать по цене на открытом рынке, поскольку качество стоит у нас во главе угла, а это означает высокие трудозатраты. Небольшое коммерческое предприятие может не утруждать себя подготовкой и проверкой карт, как я уже сказал, их никто к этому не обязывает. К счастью, на нас активно работает репутация фабрики, нам доверяют многие учебные заведения, предприятия.
– Печатная отрасль сужается из-за спроса на электронные навигаторы и прочие цифровые девайсы. Прокомментируете?
– Безусловно, это так, но сейчас мы наблюдаем расжатие пружины: часть аудитории возвращается к бумажным носителям. Навигатор – помощник в плане добраться до нужного объекта. Карта – полноценный, системный источник информации, которую можно анализировать. Язык карты, по моему мнению, хоть и вторичен по отношению к владению математическими знаниями и родной речью, но обязателен для расширения кругозора. Глядя на карту, например, Омской области целиком, мы понимаем, какие районы граничат друг с другом, как пролегают транспортные пути, почему на полках наших магазинов продукты от тех или иных производителей и так далее. Глядя на экономическую карту, также вникаем в процессы, протекающие в мире. Отмечу, что мы специализируемся на тематической картографии, а особенно на учебной картографии – это более половины всего нашего производства. У нас две линейки школьных атласов, которые мы сейчас пытаемся диверсифицировать. Вся информация там регулярно обновляется, но сама продукция остается узнаваемой и популярной.
– Кроме учебных атласов и настенных карт вы производите полиграфические продукты.
– Да, причем широкого профиля: от журналов (профессиональная пресса, например) и нехудожественных (технических) книг до туристических справочников, буклетов и визиток. География поставок – буквально вся Россия. Удовлетворяем нужды предприятий из группы компаний Роскартографии, например, печатаем корпоративную газету холдинга – вроде кажется логичным, но ранее даже с этим были проблемы. Восстанавливаем направление индивидуальных заказов, подстраиваемся под небольшие тиражи, поскольку рынок сжимается. Из любопытного: к юбилею Иммануила Канта недавно печатали особенную карту Калининграда.
– А какова ваша максимальная мощность?
– За год можем выпустить до 1 млн. экземпляров школьных атласов формата А4, не считая всех прочих заказов, естественно.
– Прочла, что Омская картографическая фабрика участвовала в реализации программы «Цифровая экономика», осваивая фотограмметрические работы. Сейчас это актуально?
– Нет. Это очень затратное во всех смыслах производство, требующее внушительных инвестиций, плюс у нас нет своих фотограмметристов. На этом направлении специализируются некоторые дочерние компании Роскартографии.
– Текущая политическая обстановка как-то вас задевает?
– Есть небольшие, но некритичные вопросы с реализацией, но главное, выросли цены на материалы. Полиграфическое оборудование у нас в основном импортное (немецкое, итальянское и так далее). Придется работать с отечественными и китайскими запчастями-аналогами.
– Вы упомянули очень опытный коллектив. Есть проблемы с кадрами?
– На производстве есть вакансии. Не стану лукавить – у нас не самые высокие зарплаты в отрасли. К несчастью, отсутствует преемственность между техникумами, вузами и предприятиями. Но мы все равно присматриваем себе будущий персонал среди учащихся.
– Чем чревато для вас грядущее объединение фабрики с БТИ и Кадастровой палатой?
– Полагаю, что развитием предприятия. Однако конкретикой не поделюсь, поскольку никаких директив на этот счет еще спущено не было.
– А ваши коллеги по отрасли из Екатеринбурга и Новосибирска почему, на ваш взгляд, все-таки прогорели?
– На отрасли очень пагубно сказалось отсутствие госзаказов. Не все смогли адаптироваться к открытому рынку. Главное, что Омской картографической фабрике это удалось. Будем активно напоминать о себе имеющимся клиентам, искать новых. Например, работать со Средней Азией. Мы уже поставляем туда картографическую продукцию, нам есть куда расти.
Ранее интервью было доступно только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 16 июня 2022 года.
