Издательство Азбука; Азбука-Аттикус выпустило в свет книгу Сигизмунда КРЖИЖАНОВСКОГО «Возвращение Мюнхгаузена. Воспоминания о будущем» (СПб; 2024 год; 672 стр.; тираж 3000 экз.).
Творческое наследие Сигизмунда КРЖИЖАНОВСКОГО (1887–1950) – писателя, драматурга, философа, историка и теоретика театра – еще до недавнего времени оставалось неизвестным широкому читателю. Он жил в Москве, преподавал в студии Камерного театра, служил в издательстве «Советская энциклопедия», писал статьи, сценарии и либретто, был принят в Союз писателей, но его художественная проза практически не публиковалась. Ситуация изменилась в конце 1980-х – начале 1990-х годов: вдова писателя сохранила его архив, и его произведения наконец вышли в свет. Проза КРЖИЖАНОВСКОГО во многом экспериментальна, она завораживает стилистическим своеобразием и нетривиальностью сюжетных ходов. Некогда обвиненный Горьким в «празднословии», сегодня КРЖИЖАНОВСКИЙ обрел своего читателя.
Что до Мюнхгаузена, то барону есть о чем рассказать в Петрограде двадцатых годов. Например, о том, как он побывал на часовом циферблате. «Навстречу – сначала неясные, потом вычетчивающиеся сквозь воздух пятна морей и континентов. Протягиваю руку, ища опоры: воздух, и ничего кроме воздуха. Вдруг – удар о ладони, сжимаю пальцы – в руках у меня шпиль – представьте себе, обыкновенный, как игла над наперстком, надкупольный шпиль. Над головой – в двух-трех футах – флюгер. Подтягиваюсь на мускулах. Легким ветерком флюгер поворачивает из стороны в сторону – и я могу спокойно оглядеть распластавшуюся под моими подошвами в двух-трех десятках метров ниже землю: радиально расчерченные дорожки, мраморные марши, стриженые шеренги деревьев, прозрачные гиперболы фонтанных струй – все это как будто уж знакомо, не в первый раз. Скольжу по шпилю вниз и, усевшись на дымовой трубе, внимательно оглядываю местность: Версаль, ну конечно же, Версаль, и я на краю Трианона. Но как сойти? Упругие пары дыма, скользящие по моей спине, подсказывают мне простой и легкий способ. Напоминаю: если я теперь, так сказать, оброс и приобрел некоторую весомость, то в тот первый дебютный день я был еще немногим тяжелее дыма: и я ныряю в дымовой поток, как водолаз в воду, и, плавно опускаясь, – я вскоре у дна, то есть, отбрасывая метафоры, внутри камина – такого же, как вот этот (лакированный туфель рассказчика ткнул носком в чугунную решетку, огни за которой уже успели оттлеть). Я огляделся: никого. Вышагнул наружу» («Возвращение Мюнхгаузена», первое упоминание повести относится к 1928 году).
