По их мнению, он изменил фабулу обвинения, чтобы не допустить переквалификации дела со «взяточничества» на «мошенничество».
Со 2-го по 6 августа в Омском областном суде продолжались прения сторон по громкому уголовному делу, возбужденному в отношении бывшего начальника отдела аренды, оценки и отчетности территориального управления Росимущества по Омской области Игоря МАКАРЬЕВА и бывшего его подчиненного Алексея АБРАМЕНКО. Их обвиняют в совершении 11 эпизодов преступлений, предусмотренных п. а, в, г ч. 4 ст. 290 УК РФ — получение взятки (в общей сумме 1 млн рублей). Подсудимые своей вины не признали. Судебное разбирательство ведет судья Алла МИХАЙЛОВА. В отличие от прокурора Ильи УМАНСКОГО, который уложился в три часа, стороне защиты, для того чтобы представить суду свою позицию по произошедшим событиям, понадобилось целых четыре дня. «КВ» публиковали подробные репортажи с каждого заседания во время судебного следствия, а также позицию прокурора, потому сейчас предлагают вашему вниманию выдержки из версии защиты.
«Причастность МАКАРЬЕВА и АБРАМЕНКО не доказана!»
— Вот уже 6 месяцев стараниями СМИ у омичей подогревается интерес к данному процессу. Получилось своеобразное реалити-шоу, где публично озвучены позиции практически всех участников. Гласность выплеснула происходящее за пределы зала суда с протокольной точностью. Наверное, можно сказать, что теперь все и все знают и способны делать свои выводы. Однако главный вывод, конечно же, сделает суд в приговоре, — начала свое выступление адвокат Наталья РОМАНОВСКАЯ.
В своих речах РОМАНОВСКАЯ, а также адвокат Александр НИКИФОРОВ и подсудимый АБРАМЕНКО подробно проанализировали все доказательства, представленные стороной обвинения по каждому эпизоду, вменяемому подсудимым. Защита пришла к выводу, что вина подсудимых абсолютно не подтверждена и просит суд оправдать их. По мнению РОМАНОВСКОЙ, факты личного знакомства и личных контактов МАКАРЬЕВА с потерпевшими предпринимателями Евгением ЧЕПОЙ, Олегом БУЗУЛИНЫМ, Людмилой ЧЕРЕДОВОЙ, Ириной ЖУРБЕНКО, Аласкаром АЛЕКБЕРОВЫМ, Сергеем СЕРГИЕНКО и Дмитрием ЗАРУБИНЫМ не доказаны, а также не доказаны факты передачи денег МАКАРЬЕВУ от данных потерпевших как лично, так и через АБРАМЕНКО. Защитник АБРАМЕНКО и сам подсудимый, опираясь на материалы уголовного дела, продемонстрировали явные нестыковки и противоречия в показаниях потерпевших. АБРАМЕНКО утверждает, что все они оговорили его. Обвинение ссылается только лишь на показания самих потерпевших и их подчиненных, а они, по мнению защиты, являются заинтересованными лицами, потому к их показаниям необходимо относиться критически. Аудиозаписи, на которых якобы представлены разговоры подсудимых с потерпевшим ЗАРУБИНЫМ, а также ряд протоколов осмотра и заключений экспертиз, по мнению защиты, являются недопустимыми доказательствами, так как были получены оперативниками с нарушением закона.
Кроме того, многие потерпевшие и свидетели на предварительном следствии в качестве вымогателя взяток называли только лишь фамилию АБРАМЕНКО, но потом вдруг вспомнили уже в суде, что с ним якобы был еще и МАКАРЬЕВ. Защита полагает, что фамилию МАКАРЬЕВА потерпевшим посоветовали назвать оперативники, они же показали его фото и фото АБРАМЕНКО. Все это, как уверена защита, нужно было для того, чтобы можно было квалифицировать преступление, уже как совершенное организованной преступной группой. Потерпевшие и свидетели, по мнению защиты, дают противоречивые показания по поводу того, где, какого числа, в присутствии каких лиц происходили передачи взяток, а также не могут назвать точные денежные суммы, которые якобы были переданы подсудимым.
«Чиновник на Руси — хитрый вор-кровопийца»
Защита считает, что потерпевшие и их подчиненные оговорили подсудимых в том числе и из-за того, что на Руси традиционно сложилось негативное отношение к чиновничеству. По мнению народа, чиновник – это прохвост, хитрый вор-кровопийца, который всегда блюдет свою выгоду. Фактически сегодня появился лозунг: «Чиновники – коррупционеры, главные враги новой России». Вот и идет, по словам защиты, с ними борьба не на жизнь, а на смерть, где праведными, а где и неправедными методами. Если президент сказал, что нужно с коррупцией бороться, то необходимо обеспечить статистические данные этой борьбы. Защита уверенна, что случай с МАКАРЬЕВЫМ и АБРАМЕНКО относится именно к разряду статистических издержек. Мелкий мошенник или взяточник-одиночка – это несерьезно, для отчета правоохранительным органам перед высокими инстанциями нужна, как минимум, организованная преступная группа. Вот здесь и рождается схема, четко описанная в обвинении, где начальник по службе – он же глава организованной преступной группы. Обвинение подчеркивает, что МАКАРЬЕВ в целях конспирации лично в контакт с потерпевшими не входил. Везде действовал по его поручениям специально обученный АБРАМЕНКО. Данная схема, как считает защита, позволила следствию не утруждать себя представлением каких-либо конкретных доказательств причастности МАКАРЬЕВА к отдельным эпизодам преступлений. Фактически на него был навешан ярлык мафиозного босса, который все знал, всем руководил, а сам при этом был глубоко законспирирован.
«Никого наш народ так не боится, как милицию»
В суде установлено, что практически все потерпевшие, до того как ими были поданы заявления, были приглашены на беседу оперативными сотрудниками. В суде не раз звучала мысль о том, что ТУ Росимущества является могущественным органом, которого все боялись. Защита же считает, что никого так сильно наш народ не боится, как милицию:
— Ни один другой орган не в состоянии создать столько проблем, угрожающих предпринимателю. Очевидно, лицам, приглашенным на беседу, признанным впоследствии потерпевшими, были сделаны предложения, от которых они не могли отказаться. После задержания АБРАМЕНКО оперативники стали работать с теми арендаторами федерального имущества, контакты которых с АБРАМЕНКО были зафиксированы в ходе контроля его телефонных переговоров. Практически со всеми потерпевшими АБРАМЕНКО связывали длительные отношения, далеко выходящие за пределы служебных. Вчерашние друзья в какой-то момент стали врагами. Соответственно, и возникла почва для манипуляции.
«Прокурор вышел за рамки обвинения!»
— Явная необъективность гособвинителя вынуждает защиту обратиться к вопросам, которые в контексте просьбы об оправдательном приговоре не имеют никакого значения, — пояснила следующий блок защиты РОМАНОВСКАЯ.
Дело в том, что в ходе следствия обвинение почти по всем эпизодам строилось на гипотезе о том, что подсудимые оперировали своими должностными возможностями по увеличению ставки арендной платы, установленной оценщиком, а также по досрочному расторжению договоров аренды, в чем им удалось убедить потерпевших, которые вынуждены были пойти на дачу взятки. Потерпевшие боялись, что потеряют свой бизнес, если поднимутся арендные ставки или досрочно расторгнется договор аренды. Однако в суде было установлено, что подсудимые вовсе не обладали данными должностными полномочиями — это подтвердили многочисленные свидетели, об этом сказано в различных законодательных актах. Размер арендных ставок имеет право устанавливать только независимый оценщик, который несет за это уголовную ответственность, а досрочно расторгнуть договор аренды можно только по решению комиссии при грубых нарушениях со стороны арендатора и только с соблюдением официальной процедуры. Причем, в соответствии с ГК РФ, если арендатор устранит данные нарушения, то досрочно расторгнуть с ним договор аренды нельзя будет даже через суд. Таким образом защита делает вывод, что фактически потерпевшим не за что было платить деньги. То есть они были введены в заблуждение относительно полноты полномочий подсудимых? По мнению защиты, очевидно, что изложенное явно не соответствует диспозиции ст. 290 УК РФ (взятка), а скорее подходит под ст. 159 УК РФ (мошенничество).
Защита считает, что и гособвинитель в ходе судебного следствия смог убедиться в том, что действительно у работников ТУ Росимущества нет таких полномочий. Поэтому, по мнению защиты, основа обвинения в прениях им была изменена, что недопустимо по УПК РФ, так как нарушает право подсудимых на защиту. Прокурор в прениях преподнес формулировку обвинения подсудимых в получении взяток уже без всяких ассоциаций с мошенничеством. В прениях он обошел стороной большинство важных вопросов, связанных с полномочиями ТУ Росимущества. Это, как считает защита, видимо, обвинению показалось не выгодным. Прокурор сосредоточился лишь на одном аспекте – обязательность получения экспертного заключения ТУ Росимущества на отчет независимого оценщика. По мнению гособвинителя, именно это определяет главенствующее положение ТУ Росимущества в треугольнике с балансодержателем и арендатором. Теперь уже обвинение не анализирует вопрос о том, могли ли в действительности подсудимые повлиять на размер ставки арендной платы. Прокурор занял совсем другую позицию: «... когда мы применяем формулировку и говорим о плате за несущественное повышение арендных ставок, мы говорим об утверждении, и о положительной оценке законных отчетов оценщика, то есть как раз то, что входило в полномочия подсудимых и осуществлялось ими. Я думаю, что ни у кого не вызывают сомнение полномочия подсудимых по проведению и согласованию экспертиз оценочных отчетов и регистрации договоров».
Однако, заявляя о том, что подсудимые получали деньги за предоставление экспертного заключения, то есть за выполнение своих должностных обязанностей, прокурор почему-то предпочел забыть про эпизоды обвинения, в которых к экспертному заключению подсудимые вовсе не были причастны. Защита привела в пример эпизод, связанный с потерпевшим ЗАРУБИНЫМ, по взятке в 60 тысяч рублей в конце мая 2007 года. Как было установлено в суде, в тот период времени АБРАМЕНКО совсем не занимался экспертизами. Он в это время проходил обучение в Москве. А положительное экспертное заключение от 28. 03. 2007 года на оценочный отчет от 16. 01. 2007 года было составлено и подписано экспертом ТУ Анной СТРЕЛЬНИКОВОЙ. При этом как пояснила сама свидетель СТРЕЛЬНИКОВА, никогда ни с какими просьбами по поводу составления экспертных заключений МАКАРЬЕВ к ней не обращался. Защита так и не поняла — за совершение каких действий, по мнению гособвинителя, подсудимые получали взятки в этом и подобных ему случаях? Также прокурор забыл о том, что ряд свидетелей в суде подтвердил, что получение в ТУ положительного экспертного заключения на оценочный отчет законом не установлено как обязательная процедура. В ближайшее время судом подсудимым будет предоставлено последнее слово и вынесен приговор, «КВ» сообщат об итогах разбирательства.
