«Если душа не пережила чего-то очень глубокого, то поэзии не может быть. Это мое глубочайшее убеждение. Голодному лучше пишется» (полный текст).
12 мая в печать была подписана книга стихов убитого в 1996 году депутата Законодательного собрания Омской области и замдиректора ОАО «Омскшина» Олега ЧЕРТОВА. Она выйдет в ближайшие недели в серии «Поэзия омского Лукоморья». А выпускает эту серию литературовед, много лет работавший деканом филологического факультета Омского государственного педагогического университета, Вадим ФИЗИКОВ на деньги, которые предоставил его сын, живущий в Санкт-Петербурге. Об этих книгах, о роли таланта и образования в формировании поэтического дара обозреватель «Коммерческих Вестей» Анастасия ИЛЬЧЕНКО и поговорила с ним.
– Вадим Михайлович, как появилась идея издания творчества омских поэтов?
– Я 50 лет преподавал в Омском государственном педагогическом университете, работал на кафедре русской и зарубежной литературы. И за время этой деятельности у меня накопилось много материалов. Отчасти они были напечатаны, отчасти – нет. И в 2010 году мой сын Михаил Вадимович, который с 17 лет живет в Санкт-Петербурге, предложил мне издать сборник статей по истории русской литературы, об омских писателях и поэтах. Я назвал книгу «Скромная служба при тексте». Это фраза из статьи гениального литературоведа Сергея Аверинцева в Краткой литературной энциклопедии. Книга вышла тиражом 1 тыс. экземпляров в Санкт-Петербурге и вся разошлась. Это был мой первый опыт издания с помощью сына.
В 2012 году я вышел на пенсию и продолжал писать, интересоваться новыми книгами, и в первую очередь творчеством омских поэтов и писателей. В нашей домашней библиотеке более 10 тысяч томов. К сожалению, в Омске в последние годы стало очень плохо с профессиональной литературной критикой, по сути, ее почти нет. После того как ушли из жизни такие профессионалы, как Ефим Беленький, Эдмунд Шик и один из моих товарищей Сергей Поварцов, стало пустынно. Есть профессиональный критик Валерий Хомяков в Омском государственном университете, но в последние годы он от литературно-критической деятельности отошел.
– А среди юных поколений критики есть?
– Молодежь тоже появляется – существует собрание «ПарОМ». Его участники предпринимают попытки критического осмысления литературы. Но это первые опыты. Пока робкие. И в связи с тяжелой ситуацией с критикой литературному процессу в Омске развиваться непросто. Авторам нужна критика, особенно если она профессиональная, объективная и пишется из любви к поэту, а не для того, чтобы над ним поязвить. Кроме того, в Омске очень трудно публиковать статьи. У нас есть несколько литературных журналов, но они печатаются нерегулярно. Литература буквально выживает. Все диктует так называемая госпожа Прибыль.
И вот у меня собралась новая книга статей. Перед 300-летним юбилеем Омска я нашел вроде бы издателя. Тогда омской муниципальной культурой заведовал Владимир Шалак. Человек заинтересованный, опытный. Когда он узнал, что у меня есть книга об омских писателях и поэтах, то загорелся – давайте мы ее издадим. Но потом оказалось, что денег нет... Через несколько месяцев по совету друзей я отважился обратиться к нашему экс-губернатору Леониду Полежаеву. Он ведает большим фондом, который в том числе и книги издает, причем очень хорошего качества. И я решился, поехал, предоставил ему материалы. Он мне, правда, ничего не обещал, сказал, что вопрос – кого они будут издавать в следующем году – решится попозже. С тех пор все замолкло, меня даже не известили – да или нет. И я положил все материалы на полку.
Через несколько месяцев, зная о моих сожалениях, мой сын Михаил опять меня выручил. Родная душа. Он сказал так: «Давай издадим твою книгу, но только со статьями об омских поэтах». Я удивился: почему только поэтов? А он говорит: «Хочу предложить тебе необычный формат. Мы напечатаем твои статьи об омской поэзии, а вслед за ними издадим книги избранных стихотворений омских поэтов. Кого – ты выберешь сам». Он поставил условие, что книги должны выглядеть достойно, быть изящными по оформлению, в солидной обложке. Сначала я думал: поскольку мне хорошо знакомы руководители омских литературных союзов, посоветуюсь с ними, но потом понял, что советы будут субъективными. А если сам выберу, опираясь на свой вкус и опыт, тогда уже ни от кого зависеть не буду. Так и сделал. Со всеми поэтами, кого выбрал, поговорил. Они приняли идею – кто с большим энтузиазмом, кто с меньшим.
– Когда вышла первая книга?
– Этот проект был изначально рассчитан на два года – 2020 и 2021-й. Начинали мы во второй половине 2019 года. В первом томе «Поэзия омского Лукоморья» я опубликовал свои статьи об омских поэтах разных лет – и тех, кто давно ушел, – о Тимофее Белозерове, Леониде Мартынове, и о тех, кто ныне живет и творит. Там есть портреты всех, о ком идет речь. Эта книга дала название и логотип всему проекту. С октября 2019 года вышло уже семь томов: мой, затем в декабре 2019 года – к 90-летию со дня рождения Тимофея Белозерова – «Счастье бытия». Это был мой первый опыт составления чужой книги. Я очень волновался, как получится. Вступительную статью, которую у нас обычно готовят авторы, собрал сам – из разных публикаций Тимофея Белозерова: выбрал фрагменты и соединил так, чтобы «швов» не было видно. Третьей в январе 2020 года вышла книга (тоже к юбилею) Татьяны Четвериковой. Четвертой в марте 2020-го стали «Времена жизни» Галины Кудрявской. А потом пошли безъюбилейные издания – Вероники Шелленберг «Снегопад-проводник», Николая Кузнецова «Не так ли звуки в музыку текли». Последняя книга особенная: когда она создавалась, автор был очень болен. А мне было важно, чтобы он сам собрал материал и мы успели издать том при его жизни. И мы это сделали… Потом появилась книга Марины Безденежных «Раздвигая пространство».
Эти книги не продаются. Они выходят тиражом 300 экземпляров. Треть идет в подарок автору, остальные 200 – бесплатно отправляем в библиотеки Омской области и Омска – по два экземпляра в каждую. Вот такой благотворительный проект.
В течение 3-4 месяцев идет большая работа с автором. Он сам собирает книгу, представляет мне электронный вариант. Я выступаю как ответственный редактор всей серии. С каждым автором провожу редакторскую работу – что-то иногда по моей просьбе они убирают, что-то добавляют. Книги издает омский издательский дом «Наука», которым руководит Иван КОЛЬЦ.
– Как вы изначально выбираете авторов для вашей серии?
– Конечно, есть поэты, которые не попадают в нее и не имеют своего тома. И я тем самым понимаю, что кого-то обижаю. Но что делать, всех мы издать, к сожалению, не в состоянии. Кроме того, для меня как для критика и читателя есть авторы, которые выделяются качеством своих стихов, мастерством. Я много лет вел для студентов специальный курс по поэзии и, конечно, вкус у меня выработался. Хотя сам я стихов никогда не писал. Для того чтобы избежать каких-то ляпов, я, прежде чем публиковать материал о книге или творчестве, читаю его автору. Может быть, и напрасно... Делаю это для того, чтобы не было досадных неточностей. И если я вижу, что автор принял статью – и часто с благодарностью, потому что мой выбор и мои публикации все без исключения вызваны любовью к этому поэту, – я печатаю текст. Когда я написал о «Избранном» Татьяны Четвериковой, она мне призналась, что решила больше не писать стихов, но после знакомства с моим текстом обещала подумать. И ведь она продолжает работать в поэзии.
– Знаю, что одна из ваших книг будет посвящена творчеству омского бизнесмена Олега Чертова. Как давно вы знакомы с его поэзией?
– Буквально вчера мы – я и его вдова Татьяна Чертова подписали книгу Олега Владиленовича в печать. Изначально я планировал ее издать в 2022 году, но у нас неожиданно образовалось вакантное место. Дело в том, что два поэта отказались публиковаться в серии, хотя изначально дали согласие. Книгу одного из них мы даже подготовили – Олега Клишина, она была подписана в печать, но договор с издателем автор отказался подписывать. А без этого книгу издавать нельзя. И вот я решил вне очереди выпустить уже подготовленный том Олега Чертова. Мы его делали вместе с его близкими людьми – женой Татьяной и омским поэтом и издателем Игорем Косициным.
Чем объясняется выбор? 29 февраля 1996 года Олега Чертова в подъезде собственного дома убили киллеры. Он окончил исторический факультет Ленинградского государственного университета, защитил кандидатскую диссертацию по философии Высокого Возрождения. Позже изучал бизнес в США, Англии, преподавал в тамошних университетах и получил огромный опыт. Когда вернулся в Омск, то понял, что надо не только писать, но и заниматься реальным делом. Этого требовала ситуация в России.
В Омске никто, кроме жены, тогда не знал, что Олег пишет стихи. Он был известен только как бизнесмен. Вы, наверное, знаете, что Чертов нашел спонсоров в Европе, чтобы поднять лежащий на боку огромный Омский шинный завод? И он помог его второму рождению. Все свои стихи Олег записывал на почтовых открытках и дарил своей Татьяне. И после гибели мужа уже к сороковинам Таня Чертова сумела выпустить книгу его стихов «Вечный Дом». Тогда мы и узнали о том, что он поэт и глубокий мыслитель. Это были потрясающие стихи, отборные, там не было ни одного проходного, случайного, слабого стихотворения. Было ощущение, что пишет выдающийся поэт. Таких случаев я в Омске больше просто не знаю. Мне кажется, что это один из лучших поэтов, родившихся, живших в Омске за всю его историю.
И вот сейчас выходит его книга. В ней 192 страницы, как и в других томах серии. Но у Олега Чертова ведь не так много стихов осталось, он не дожил и до 37 лет. И мы нашли отзывы о нем из разных уголков мира – из Лондона, Москвы, Санкт-Петербурга. Очень крупные ученые, писатели прислали свои впечатления. Виктор Петрович Астафьев написал: «Гениальные стихи, я давно не читал такого».
– Вадим Михайлович, на ваш взгляд, если говорить о поэтах, то насколько им важно быть профессионалами? Для литературных критиков, думаю, это обязательно, а для поэтов?
– Вопрос интересный. Рифмовать может всякий, тем более что сейчас и рифмы не обязательны. Иногда поэты умудряются писать даже без знаков препинания… Писать может любой, но настоящая поэзия – это искусство. В нем столько возможностей создать образ – с помощью слова, звука, ритма, синтаксиса, композиции, жанра. Достичь в отдельно взятом стихотворении целостности художественного образа – это высокое искусство. Я уверен, что без образованности это может только гениальный поэт. Пастернак говорил, что ничего не придумывает, а просто записывает то, что некая сила надиктовывает сверху. Но так только у гениев. А остальные за счет образования, опыта, общения с выдающимися стихами, друг с другом могут прийти к какой-то высоте. Но большая часть остается на уровне беллетристики.
– Раньше считалось, что поэты и художники, чтобы хорошо писать, должны быть голодными. А сегодня это правило работает? Насколько им для творчества необходимы испытания?
– Очень талантливый советский поэт Григорий Поженян однажды был на одном из островов в Средиземном море, любовался садами, пейзажами, а когда спросил у кого-то из местных: «Есть ли на острове поэты?», ему ответили: «А зачем нам они, у нас тут Рай!». Если душа не пережила чего-то очень глубокого, драматического или прекрасного, то поэзии не может быть. Это мое глубочайшее убеждение. Голодному лучше пишется.
– Вадим Михайлович, а кто еще из омских поэтов планируется к изданию в вашей серии?
– Кроме книги Олега Чертова, готовим еще две. Одна – Евгении Кордзахии, правда, поскольку ее настоящее имя Джемма (она из Грузии), мы решили на обложке все-таки оставить Джемму Кордзахию. У нее очень сложная драматическая судьба. Также готовится книга известного в Омске (и не только) поэта Валентины Ерофеевой-Тверской. Она руководит омским отделением Союза писателей России. А дальше хотим издать том лучших стихов об Омске, в него войдут и те поэты, кто ушел, и ныне живущие. И на рубеже 2021-2022 годов планируем с сыном издать книгу стихов омских поэтов, которые не получили своего отдельного тома, если они захотят участвовать в такой антологии и предоставить подборку из 7-10 своих лучших стихотворений. Будет мало одного тома, значит, издадим два, потому что поэтов в Омске много. И если получится, нам хотелось бы издать и книгу Аркадия Кутилова в этой серии. Я говорю «если», потому что в январе этого года в Знаменском умер прямой наследник творчества Кутилова – его сын Олег, и кто получит право распоряжаться его поэтическим наследием теперь, неизвестно.
Ранее интервью было полностью доступно только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 19 мая 2021 года.
